На высоте в милю с вампиром - Линси Сэндс

— Так и должно быть, — резко сказала Бриттани. «Мы можем сидеть друг у друга на коленях, если необходимо, но эти ящики останутся. . Или ты хочешь остаться снаружи? Отлично, у нас будет больше места. А в тебя вцепятся пв первую очередь.

Это все, что она хотела сказать. Скривив рот, Джейсон и остальные поставили ящики, которые начали убирать, и вместо этого сосредоточили внимание на тех, что стояли в центре. Когда все они работали, потребовалось меньше секунды, чтобы убрать оставшиеся ящики, а затем небольшая группа начала тесниться в центре клетки.

— Ты тоже, — сказала Куинн, когда Джет остался у двери, где он занял позицию, чтобы наблюдать за холлом на предмет приближения их преследователей.

— Сначала нам нужно заблокировать эту дверь, — пробормотал Джет, толкая ее.

Задаваясь вопросом, почему она сама об этом не подумала, Куинн кивнула и огляделась. Единственными вещами в комнате, которые имели для них какое-то значение, были ящики с алкоголем, вынесенные из камеры. Они с Джетом работали быстро, перетаскивая ящики и складывая их перед дверью. Она подозревала, что это пустая трата энергии, и ящики не замедлят их больше, чем на секунду или две, которые потребуются, чтобы толкнуть дверь с их то силой, но это было лучше, чем ничего.

Беспокоясь о том, что русские могут добраться до них в любой момент, Куинн не стала скрывать свою силу, таская ящики, перенося четыре и более ящиков в высоту по сравнению с двумя или тремя, которые мог поднять Джет. Она слышала шепотки среди собравшихся внутри камеры людей, которые могли видеть это, но проигнорировала их.

— Это последний ящик, — мрачно сказал Джет, ставя его.

Куинн кивнула. — Тебе нужно сейчас же попасть в камеру к остальным.

Джет нахмурился и заколебался, его взгляд скользнул от двери к ней, к камере, а затем он покачал головой и поднял дробовик, который держал в руке. — Я останусь и помогу тебе.

— Ты не можешь мне помочь, Джет, — сказала она. «Они могут контролировать тебя».

«Но-"

— Слушай, — прервала она, страх заставил ее выйти из себя. «Я не какой-то боец с черным поясом, как моя сестра. До этого я даже близко не стояла к драке. Это будет достаточно сложно, и мне не придется беспокоиться о том, чтобы помешать тебе выстрелить мне в спину или пойти к одной из них, пока я сражаюсь с другими. Просто иди в чертову камеру и позволь мне сделать то, что я могу.

Обеспокоенный прищуренным взглядом, Джет кивнул, протянул ей дробовик и начал поворачиваться к камере, но затем остановился и повернулся назад. К ее изумлению, он схватил ее за плечи, прижал к своей груди и наклонился, чтобы поцеловать.

Куинн подозревала, что он имел в виду очень быстрый поцелуй, на самом деле просто чмокнуть. Он должен был передать его благодарность, беспокойство и любые другие эмоции, которые они все испытывали. Но они были спутниками жизни. Или, по крайней мере, они были кем-то, признала Куинн, потому что, несмотря на ситуацию и ужас момента, в ту секунду, когда его губы коснулись ее, мир растаял, и они цеплялись и пытались поглотить друг друга прямо здесь, между испуганными людьми в камере и заблокированной дверью.

Это был грохот этажом выше, который, наконец, заставил их разорвать поцелуй.

— Они внутри, — выдохнула Куинн, ее пальцы сжались на дробовике, который она держала между ними. Затем она отступила от него. — Тебе лучше зайти в камеру.

Джет поджал губы, но на этот раз он не стал спорить и позволил ей завести себя в камеру. Люди внутри уже были в значительной степени друг на друге, но сумели освободить достаточно места для него. Куинн закрыла дверь, а затем нахмурилась и посмотрела на людей внутри. «Как мне вас запереть?»

«На полке у стены есть висячий замок, — сказал ей Шон.

Куинн нашла его и быстро заперла дверь камеры, пытаясь игнорировать тот факт, что дверь была единственной частью камеры, не защищенной стопкой ящиков. . и Джет был прижат к ней.

— Сейчас мы ничего не можем с этим поделать, — тихо сказал он, когда она подняла на него огорченный взгляд. «Действуй. Я в тебя верю.»

Куинн выдавила кривую улыбку и повернулась к забаррикадированной двери в комнату. Она подняла дробовик, чтобы прицелиться в дверь, а затем закусила губу. Дверь находилась в добрых пятнадцати футах(4.5 м) от нее, и она никогда раньше не стреляла из дробовика. Она, вероятно, пропустит любого, кто войдет в дверь на таком расстоянии, несчастно подумала она и подошла ближе, остановившись в десяти футах(3 м) от двери, прежде чем пройти еще пару футов к ней.

Решив, что это достаточно близко, Куинн снова подняла оружие и прицелилась в центр двери. Затем она затаила дыхание и прислушалась к любому звуку, который мог бы сказать ей, где находятся русские. Она услышала движение наверху. Это было похоже на топот ног, а затем до них донесся еще один крик. За этим последовал громкий скрежет над головой.

— Это шкафы для документов, — сказал Джейсон неестественно высоким голосом.

Она слышала, как Джет выругался, и кто-то еще молился, и они услышали громоподобные шаги над головой, которые двигались к задней части здания медленнее, чем она ожидала. Она догадывалась, что они обыскивают каждую комнату, пока она слушала. Казалось, прошло десятилетие, когда она заметила, что звуки исходят откуда-то из-за двери комнаты, в которой они находились, а затем ящики начали трястись и дрожать, когда дверь открылась, толкая их по полу. Куинн закрыла глаза и нажала на курок дробовика. Оружие подпрыгнуло у нее в руках, резко вонзившись в плечо. Морщась от боли, она открыла глаза и моргнула, обнаружив, что смотрит на Люциана Аржено. Однако мужчина не смотрел на нее; он смотрел на огромную дыру в плече, куда она его ранила.

Подняв голову, он изогнул бровь, глядя на нее. — Почему-то я ожидал, что ты будешь счастлива нас видеть.

— О, дерьмо, — выдохнул Куинн и выронив дробовик.

Глава 7

«Мне очень жаль. Боже мой, я не могу поверить, что сделала это, — пролепетала Куинн, срывая рубашку и скомкав ее, бросилась через комнату к Люциану Аржено. Поднявшись на цыпочки, она прижала ткань к раненому плечу мужчины, чтобы остановить кровотечение, и заверила его: «Я бы никогда не нажала на курок, если бы знала, что это ты».

— Ты бы это знала, если бы удосужилась открыть глаза перед