Останься со мной - Адалин Черно

— Такая сладкая, — продолжает вгонять меня в краску, целуя внутреннюю сторону бедер. — Невозможная…

Меня захлестывает желанием. Все тело горит, стоит Тарасу только прикоснуться. Он умело ласкает меня языком, а после добавляет еще и пальцы. Доводит до умопомрачительного оргазма. Я вскрикиваю и с шумом выдыхаю. Этот оргазм слегка отличается от того, которым меня накрыло вчера. Он острее, ярче и головокружительней. У меня почему-то закладывает уши, а мысли слегка туманятся.

Вот только Тарас не позволяет мне расслабиться. Нависает сверху, широко разводит мои ноги в стороны и, закинув их себе на бедра, входит в меня одним резким толчком.

Я цепляюсь за его плечи, слегка царапаю кожу ногтями и забываю обо всех проблемах. Меня одолевают эмоции. Его близость будоражит, а ласки заводят с каждым разом все сильнее.

Мы почти не разговариваем. Лишь изредка Тарас говорит о том, что я красивая, что от меня вкусно пахнет, а еще что он сходит от меня с ума. Последнее отзывается где-то глубоко в груди приятным покалыванием.

Вторым оргазмом меня накрывает неожиданно, но не менее сильно. Я дрожу всем телом, мычу что-то непонятное самой себе и тянусь за поцелуем к Тарасу. Не переставая двигаться во мне он мягко меня целует, а затем я слышу его приглушенный стон и чувствую, как он замедляется. После всего не позволяю ему тут же отстраниться, обнимаю Тара руками и ногами и прижимаю к себе. Он подается. Лежим так некоторое время. У обоих дико колотится сердце. У меня еще и мысли разбегаются в разные стороны.

— Нужно в душ, — Тарас все же отстраняется и смотрит на меня с улыбкой. — Пойдем вместе?

Я киваю, хотя после всего мне все еще немного неловко.

— Черт, — слышу приглушенное и оборачиваюсь, внимательно глядя на Тараса.

— Что-то случилось?

— У нас проблема. Порвался презерватив.

Я пока абсолютно ничего не понимаю. Стою, внимательно глядя на него нахмуренного. И только потом до меня доходит смысл его слов, а следом — накрывает паникой. Больше всего на свете я боялась забеременеть после секса. Одной из причин, по которой я до сих пор откладывала секс с парнями являлся именно этот страх. Я помню, как моя тетя умерла в родах. Она была жизнерадостной и веселой, ждала появления на свет Богданчика, но так и не смогла его увидеть. Из-за ошибки врачей муж тети остался вдовцом, а Богданчик так и не увидел маму.

— Что… — я замолкаю, не зная, что сказать. — Что делать? Это… я забеременею?!

— Спокойно.

Тарас абсолютно не паникует. Подходит ко мне, трогает меня за плечи и разворачивает к себе. Он спокоен и уравновешен, но это ведь не ему в случае чего ходить с большим животом. А вдруг он хочет ребенка?

— Ничего ужасного не произошло, — успокаивает меня. — Если боишься, я поеду в аптеку, есть специальные таблетки, которые нужно принять в таких случаях. Их нежелательно пить, конечно, лучше рассчитать время цикла. Когда у тебя были месячные?

У меня краснеет лицо. Я чувствую, как горят щеки и прячу взгляд в пол. Я никогда, ни с одним мужчиной, не считая Костика, которого я просто хотела выбесить и потому отправляла за прокладками и тампонами, не обсуждала эти дни. Тарас же говорит о них спокойно и, кажется, взаправду собрался что-то считать.

— Отмирай, Лиза, — встряхивает меня за плечи. — Скажи мне дату.

Я напрягаю воспоминания и называю цифры. Кажется, не ошиблась. Тарас смотрит в календарь на телефоне и говорит, что можно не беспокоиться, у меня какие-то «безопасные дни». О том, откуда он все это знает, стараюсь не думать, но в голову так и лезут настойчивые мысли, что он был женат. Жил с женщиной долгое время и знал о ней абсолютно все. Даже я, будучи девушкой, понятия не имею об этих «безопасных» днях.

— Лиза, — Тарас аккуратно прикасается к моему подбородку и вынуждает посмотреть на себя. — Если волнуешься — я поеду в аптеку и куплю препарат.

— Откуда ты все знаешь?

Тарас мотает головой, но все же признается:

— Мы планировали ребенка, но ничего не получилось.

— Вы поэтому разводитесь? Ты хочешь детей, а она не может забеременеть?

— Нет, не поэтому. Ребенка мы планировали давно. Несколько лет назад. Потом все как-то сошло на нет. У меня было много работы, Лена детей не хотела в принципе, поэтому не срослось. Разводимся мы потому что слишком разные и поняли это, к сожалению, поздно.

Я впитываю информацию, словно губка. Слушаю Тараса внимательно, потому что глубоко внутри почему-то ревную его. К женщине, которая по документам все еще является его женой. Что, если они передумают разводиться? Такое ведь случается, многие пары долго судятся, а потом остаются вместе. Кем я буду в таком случае? Любовницей? Временным развлечением? Я ведь совсем не этого хотела, не о таком мечтала. Я думала, что когда найду свою любовь, то буду для него единственной, а он будет таковым для меня.

— Эй, ты побледнела…

Тарас чувствует мое настроение, всматривается в мое лицо слишком внимательно, прищуривается, словно пытаясь понять, что со мной. Я и сама не знаю, но чувствую себя действительно не очень.

— Я быстро схожу в душ и поеду в аптеку, хорошо?

Я слабо киваю, после чего Тарас скрывается за дверью ванной, а я остаюсь стоять на месте. На мне ни сантиметра одежды, но сейчас я почему-то не смущаюсь. Смотрю на дверь, которая только что закрылась за шикарным мужчиной, и думаю о том, что хотела бы остаться с ним. Я бы, наверное, даже детей родить согласилась. От этих мыслей начинают трястись руки. Я страшно боюсь, что такое действительно может произойти. Я не смогу. Не выдержу, но ради Тараса согласилась бы на, допустим, суррогатное материнство. Хотя… не представляю, как обременить подобным другую женщину. А что, если с ней и ребенком что-то случится?

Когда Тарас выходит из ванной, я сижу в кровати, плотно закутавшись в одеяло. Меня всю трясет и он, конечно же, это замечает. Пересекает комнату в несколько шагов и присаживается рядом. Тянется ко мне и трогает лоб губами.

— У тебя жар, — хмурится. — Как себя чувствуешь?

— Не знаю.

— Что-то болит? Тошнит? Насморк?

— Ничего, просто…

Я не могу объяснить свое состояние. Я и сама не понимаю, что со мной. Прислушиваюсь к организму. Нет, ничего не болит, я