Жди до полуночи - Аманда Квик

– Меня тревожит, что это расследование может оказаться опасным для нашей девочки. – Эмма поджала губы и с суровым видом уставилась в камин. Она сидела в кресле, а ноги ее покоились на маленькой скамеечке. Комната освещалась теплым светом пламени, но пожилая леди не желала поддаваться расслабляющему воздействию обстановки.

Милли опустила книгу на колени и сняла очки. Многие годы они жили бок о бок, и Милли знала: Эмма долгие часы раздумывала о событиях последних дней и теперь готова обсудить непростую ситуацию, в которой оказалось их семейство.

– Не думаю, что нам стоит так уж волноваться о безопасности Кэролайн, – сказала Милли, откладывая очки в сторону. – Мистер Хардести произвел на меня впечатление человека, который с удовольствием сам присмотрит за ней.

– А кто защитит Кэролайн от самого мистера Хардести? – мрачно вопросила Эмма.

Милли хотела было ответить что-нибудь ободряющее, но промолчала. Обычно они неплохо уравновешивали друг друга, подходя к любой проблеме с противоположных концов. Эмма всегда смотрела на вещи несколько мрачно, а Милли старательно нейтрализовала пессимизм подруги своим жизнелюбием.

Вот и теперь первым ее порывом было стремление защитить Хардести. Мужчина понравился Милли необычайно, а инстинкт и жизненный опыт подсказывали, что ему можно доверять. Но с другой стороны, что она знает об этом джентльмене? Приходилось признать, что в данном случае имелись все основания для беспокойства и Эмма тревожится не напрасно.

– Кэролайн умная девочка. И достаточно взрослая. Она справится даже с этим Адамом Хардести. – Милли старалась, чтобы слова ее звучали убедительно. – После того, что случилось три года назад, нам нет необходимости напоминать ей об осторожности и осмотрительности. Она не может не сознавать опасности своего положения.

– Я не так уверена в ее разумности, – пробурчала Эмма. – Ты заметила, как они смотрели друг на друга?

– Заметила. – Милли вздохнула.

– Я все боялась, что гроза разразится прямо в гостиной. От них разве что молнии не летали!

– Ты права, воздух был буквально наэлектризован. Эмма взглянула на подругу:

– Ты не хуже меня знаешь, что любовная связь с таким человеком, как Хардести, не принесет Кэролайн ничего, кроме горя. Люди, обладающие деньгами и властью, женятся для того, чтобы увеличить богатство или влияние в обществе. Когда Хардести решит, что ему нужна жена, он выберет себе кого-нибудь равного по положению... какую-нибудь девицу высокого рода, да еще с приданым. Самое большее, на что может рассчитывать наша девочка, – необременительная интрижка.

Милли молчала. Они ступили на зыбкую почву, и тема была достаточно щекотливой даже для разговора с родным и близким человеком. Наконец, собравшись с духом, Милли мягко спросила:

– Ты уверена, что это будет так уж плохо?

– Неужели ты можешь сомневаться! – Лицо Эммы вытянулось, и она с негодованием уставилась на подругу: – Это же будет катастрофа!

– Ты сейчас думаешь о своей сестре, – тихо сказала Милли. – Но ведь Кэролайн совсем не похожа на свою мать. У нее совершенно другой характер. Это было очевидно уже тогда, когда она еще была младенцем. Наша девочка разумна и сильна духом. Ей не придет в голову сводить счеты с жизнью только потому, что любовник бросил се.

– Я не хочу, чтобы он причинил Кэролайн боль, не хочу, чтобы она страдала. – Морщинистые веки Эммы опустились, прикрывая глаза. Разговор давался ей нелегко.

– Это как раз тот случай, когда мы не можем защитить наше дитя. И если ей предстоит пережить это страдание – она его переживет. Рано или поздно каждая женщина сталкивается с этим. Так устроен мир. Мужчинам достаются развлечения, а нам – боль и слезы.

– Я знаю. Но все же...

– Позволь мне закончить. – Милли поднялась и подошла к креслу, где сидела Эмма. Опустила легкую руку на плечо подруги. – Когда твоя сестра умерла, мы взяли к себе девочку и решили заботиться о ней. Тогда же мы дали клятву – ты помнишь? Мы поклялись сделать все, чтобы она выросла сильной женщиной, способной на независимые суждения. Для этого мы не пожалели ни сил, ни денег и дали ей прекрасное образование. Мы учили ее следовать логике и видеть причины поступков как своих, так и чужих. Учили ее распоряжаться деньгами. Мы ясно дали ей понять, что она не должна выходить замуж только потому, что общество почитает брак обязательным для женщины. Если таково будет ее желание – то ради Бога. Но только когда она действительно этого захочет. Ей делали предложение дважды – по крайней мере про двоих претендентов на ее руку мы знаем наверняка, – но она отказала обоим.