Мы носим лица людей - Тори Ру

Стоянка у Дворца молодежи забита служебными автомобилями, внутри которых, разомлев на солнышке, спят или разгадывают кроссворды скучающие личные водители. Представительные пузатые дяди в дорогих костюмах и разодетые в пух и прах тети – видные представители местного предпринимательства – степенно поднимаются по лестнице и скрываются за огромными стеклянными дверями ДК.

Аудитория собирается влиятельная и серьезная – меня мутит и потряхивает от страха, Макс нервно улыбается и сжимает мою руку:

– Да уж… Как говаривал Иисус, легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому войти в царствие небесное… Боюсь, что почтенная публика пришла только ради вот этого. – Макс указывает на отравляющий летний воздух выхлопами микроавтобус с телевизионщиками, припарковавшийся на месте для инвалидов.

Проводив взглядом здоровенного оператора, взвалившего на себя камеру, мы с беспокойством переглядываемся и снова поворачиваемся к скамейке, на которой притулился наш всегда великолепный утонченный Ли – сегодня косматый и бледный. От него разит перегаром, его моральную разбитость подчеркивает даже поза – удрученно поникшие плечи, ссутуленная спина и взгляд, устремленный в землю.

Отчаявшийся Ротен в гневе указывает на него пальцем:

– Этот придурок пил всю ночь на лавочке и изливал мне душу. Под утро он заявил, что отказывается от всего мирского и не выйдет больше на сцену.

Макс в ступоре застывает, а Ротен разводит руками:

– Он, видите ли, влюбился…

– Чего?.. – Макс непонимающе разглядывает Ли и глубоко вдыхает, как всегда поступает в моменты, когда собирается навести шороху, но сила его праведного гнева не успевает обрушиться на виновника переполоха, потому что тот раскрывает рот первым:

– Я на всю голову больной урод!.. – Он закрывает лицо ладонями, и его плечи содрогаются в беззвучных стенаниях. – Я неудачник!

Только сейчас до меня доходит, что Ли все еще в стельку пьян, и это подстава…

В наступившей тишине Ротен поясняет:

– Рыженькая. Она его отшила.

– Она сказала, что не хочет меня видеть… я не достоин великого дела, к которому примазался… – невнятно бормочет Ли, и я тихо матерюсь: у нашего друга обострился еще и внутренний конфликт – его поступки пошли вразрез с самурайскими постулатами, на которых он помешан.

Макс молча кидает рюкзак на асфальт, садится на него и офигевшими глазами наблюдает за происходящим.

Дела наши плохи: нетрезвого Ли сотрясают рыдания, сонный Ротен в бессилии топчется у скамейки, а серьезная публика все прибывает и прибывает – через десять минут начало мероприятия.

– Ли, то есть ты за три дня успел влюбиться в эту прекрасную даму, она успела разбить тебе сердце, и теперь ты готов забить на всех нас? – в надежде уловить смысл в абсурдности ситуации, уточняет Макс и тут же констатирует: – Нет, Ли, это не любовь, просто ты дебил!

– Да в том-то и дело, что этот дебил влюбился в нее еще три года назад. Помнишь бородатую историю, как он поклялся разыскать девчонку, вместе с которой отдыхал в детском лагере?.. – Ротен осторожно косится на пребывающего в раздрае Ли. – Она сама его нашла. А он ее не узнал и предложил… ну… вы поняли…

– Та самая?.. – Удивленно таращит глаза Макс. – Ли, ты дурак?

– Она волосы перекрасила! Ну и… выросла… везде… я даже не присматривался! – заламывает руки Ли. – Теперь видите, какую из-за всей этой славы я словил звезду, чуваки?..

Макс окончательно приходит в ярость, резко вскакивает на ноги, закатывает рукава и грозно объявляет на всю парковку:

– Если прямо сейчас не встанешь, мудила, ты словишь от меня настоящую звезду!..