Пиратская принцесса - Сабрина Джеффрис

Похоже, фраза эта еще больше растопила лед. Кит Мериуезер улыбнулся:

— Уж конечно, майор. В Новом-то Орлеане развлечений было сколько угодно, а в этом городишке совсем нечего делать.

Кит был симпатичным молодым человеком с хорошими манерами. Саймон подумал, что он как раз подошел бы Дезире в ухажеры.

К всеобщему удовольствию, наконец принесли напитки. Саймон, в отличие от остальных, потягивал свой маленькими глотками. Ему надо было напоить остальных, а самому остаться трезвым.

— Я слышал, здесь где-то есть игорные дома — один или два, — заметил Саймон.

— Игорные дома! — горько усмехнулся Николас Тэйлор. — Может, здесь так и называют эти жалкие комнатушки на задворках, которые к тому же рано закрываются.

«Лицо Тэйлора не отличается особенно гармоничными чертами, но он высокий, стройный и вполне мог привлечь внимание девушки», — подумал Саймон. А что вообще, черт подери, главное в этом деле? Сначала он думал, что красота. Но иногда мужчина с весьма уродливым лицом, но острым умом может увлечь девушку не хуже любого другого. Он и сам не был таким уж красавцем, но женщин всегда покорял запросто. И Камилле, кажется, не внушают отвращения грубоватые черты его лица. Так как же догадаться, кто из этих четверых завладел сердцем Дезире Фонтейн?

— А мне до игорных домов никакого дела нет, — заносчиво заметил Дэниел Пендлентон. — Мне не хватает бальных залов. У них тут вообще балов не бывает. Тут все устраивают танцы в частных домах и чужаков не пускают.

— А уж мы-то знаем, почему Дэниел скучает по балам, — усмехнулся Николас Тэйлор, подмигивая друзьям.

Дэниел, в манерах которого сквозило природное изящество, заметил:

— Только не говори, что тебе нравится, когда тебя прогоняют из приличного общества.

— А кого это прогнали из приличного общества? — спросил Джордж Уайз. Он уже допил свой стакан, и официант проворно наполнил его снова доверху. С виду он был самым симпатичным из них, хотя и самым распущенным. — Нетрудно попасть в приличное общество в городишке, где столько публичных домов.

Остальные посмотрели на Уайза укоризненно. Они еще не настолько опьянели, чтобы не соображать, что разговаривать о публичных домах со своим бывшим командиром не совсем прилично.

Но подобная болтовня непременно приведет к разговору о женщинах, что было как раз на руку Саймону.

— И что же, в этом городишке столько же публичных домов, сколько было в Новом Орлеане? — В молодости он побывал в одном или двух заведениях подобного рода, но с возрастом предпочел не иметь отношений с женщинами, которых интересует только содержимое его кошелька. Но его новым приятелям знать это было совершенно необязательно. — И как вам здешние девицы? Есть красотки, которых можно сравнить с Софи?

При упоминании этого имени солдаты сразу расслабились. Саймон хоть и не ступал ногой за порог веселого дома в Новом Орлеане, но наслушался достаточно, чтобы вспомнить о всеобщей любимице мужской половины города, несмотря на непомерно высокую цену, которую она требовала.

— Ах, Софи, Софи, — вздохнул Уайз. — Скажите, майор, ну где еще искать человеку приличное общество, как не в объятиях таких женщин?

— Да, вы правы, — кинул ему Саймон понимающий взгляд. — Самые красивые женщины. И самые… дружелюбные.

— Ну и якшайтесь со шлюхами, — одернул галстук Пендлентон. — Я лучше станцую один танец с леди, чем проторчу неделю в публичном доме.

Остальные обменялись взглядами, выражающими явное отвращение. «Пендлентона из списка вычеркиваем», — подумал Саймон. Похоже, остальные подозревали Пендлентона в том, что ему нравилось только танцевать с девушками, и не более того. Об этом можно было догадаться и раньше: солдаты не слишком обрадовались, узнав, что Пендлентон тоже приглашен выпить.

Саймон вздохнул. Жалко, что это не он. С его изысканными манерами и любовью к балам он был бы наиболее подходящим вариантом.

— Я и сам не отказался бы от леди, особенно если она на спинке лежит, — проговорил Джордж Уайз со злобной усмешкой.

Солдатам, кажется, стало немного не по себе, и даже Саймон не сдержал сухого замечания:

— А-а, любитель девочек. Вам, наверное, со многими пришлось сразиться.

Тэйлор слегка улыбнулся на это, и Саймон подумал, что лучше бы Тэйлор оказался избранником Дезире, чем Джордж Уайз.

— Поверьте мне, — говорил в это время Уайз, — что леди, что шлюха — под одеялом все едино. Благородная будет краснеть и разыгрывать из себя недотрогу, но если ее разогреть как следует, то и она изгибается и стонет, как любая девка.

Саймон водил пальцем по краю стакана, стараясь скрыть отвращение.

— Похоже, ты человек с большим опытом. Должно быть, в твоей постели перебывало множество «благородных»?

Остальные хихикнули, а Уайз сказал:

— Нет, сэр, не то чтобы много, но несколько побывало.

— Креолки не в счет, — вмешался Мериуезер. — Всем известно, как легко затащить их в постель.

Саймон навострил уши.

— Серьезно? Я думал, за ними слишком пристально следят мужья или папаши.

— Ловкому парню это не помеха, — Уайз проглотил залпом свой виски и отер рот рукавом. — Если женщина действительно хочет мужчину, она найдет способ с ним встретиться.

Саймон не на шутку разволновался.

— Только не хвастайся, что тебе удалось тайком встречаться с креолкой.

Уайз откинулся на спинку стула, кривая усмешка тронула его губы.

— Ну я-то могу уломать любую, так, Мериуезер, скажи?

— Так, так, — подтвердил Мериуезер, незаметно подталкивая приятеля локтем. — У Уайза язык подвешен что надо. Он уложит красотку на спинку быстрее, чем вы произнесете слово «шлюха».

Саймон отпил виски.

— И тебя не беспокоит, что ты попадешь в неприятнейшее положение, если тебя застукают с чьей-то женой или дочерью?

— Не-а, — ухмыльнулся Уайз. — Я и на дуэли могу за себя постоять, если до этого дойдет.

— Ах, вот как, — Саймон бросил на него подозрительный взгляд. — А если чья-то дочка забеременеет от тебя, тогда что?

Он полагал, что вопрос его расценят как простое любопытство. Майор не догадывался, что в этой среде любое упоминание беременной девушки вызывает настороженность. Впрочем, все, кроме Тэйлора, не увидели в этом вопросе ничего странного, а тот посмотрел подозрительно сначала на майора, потом на недопитый стакан виски. Из них пятерых только Саймон не заказал до сих пор второго стакана, и Тэйлору это явно не понравилось.

— Если она обнаружит, что ее обрюхатили, — небрежно ответил между тем Уайз, — то меня это не касается.

— Да не слушайте вы их, майор, — неожиданно прервал друзей Тэйлор. Голос его был холодным как сталь. — Эти двое запросто убедят вас, что переспали со всеми девицами отсюда до Бостона, но я сильно сомневаюсь, что им под силу уговорить кого-нибудь, кроме проститутки.