Совсем другая история - Валерия Иванова

Обняла Джейса за пояс ногами, притягивая ближе, направляя туда, где больше всего нуждалась в нем. Начала тереться о него.

— Веснушка, — хрипло, с отчаяньем, — если сейчас не прекратишь, то я долго не продержусь. Возьму тебя быстро и грязно.

От этих слов новый табун мурашек прошелся по коже. Быстро и грязно, кажется, это новое мое любимое словосочетание слов.

— Я согласна и на две минуты, — заверила того и снова начала тереться о его возбужденный член.

Мужчина грязно выругался, что распалило меня еще больше. В следующее мгновение он освободил мои руки. Не успела я возмутиться, как он с силой сдернул с меня мои единственные трусики и вошел. Прикрыла глаза, теряясь в наслаждении, привыкая к этому ощущению. МакЛин стал покрывать поцелуями щеки, шею, грудь, не переставая двигаться во мне. Руками притянула его за шею, гладила напряженные мышцы спины и впивалась ногтями в ягодицы. Его движения ритмичные и размеренные и это настолько хорошо, что сводило с ума. Наши тела идеально понимали друг друга. Чувство наполненности им изнутри было всепоглощающим, оно оставляло след, как на теле, так и в душе. Джейсон быстро и сильно толкался в меня, а я лишь могла стонать, одобряя его действия.

Смотрела на него, он на меня, сердце разбивалось на миллионы частиц и сбиралось воедино. Это было столь ново для меня. Единственное, что я знаю совершенно точно… Я влюбляюсь в него.

Дыхание участилось, движения Джейсона стали хаотичными, а я чувствовала, как во мне зажигаются звезды. И с каждым толчком, с каждым прикосновением, с каждым хриплым словом они начинали светить все ярче и ярче. А затем ослепили, каждая взорвалась внутри феерией цвета. Оргазм был просто оглушительный. Джейсон хотел выйти из меня, но я не дала, скрестила лодыжки у него на спине и прижала к себе. Хочу полностью почувствовать его. С гортанным рыком он излился внутри меня, его трясло, а я целовала его, целовала, целовала… Когда он пришел в себя, то повалился рядом на землю, утягивая вместе с собой. Я оказалась сверху. Слушала биение его сердца и шумное дыхание. Он гладил меня по волосам и голой коже. А у меня даже мыслей никаких не было, только неконтролируемое чувство радости и счастья.

***

Утром проснулась с хорошим настроением. Потянулась и почувствовала во всем теле легкую, приятную боль. Улыбнулась. Повернула голову и посмотрела на спящего Джейсона. Солнце уже давно взошло и теперь переливалось в его волосах. Протянула руку и нежно прикоснулась кончиками пальцев, исследуя контуры лица. Интересно, как он выглядит без этой бороды.

— Ты из тех девушек, которые любят наблюдать? — сонно пробормотал гонщик, когда проводила по его губам.

Поймав зубами подушечку пальца прикусил. Я засмеялась.

— Не каждый день звезду встречаешь, — ответила, игриво, — хотя, ты не самый звездный человек, которого я знаю.

— Да неужели? — отозвался мужчина и ловко перевернул меня на спину, бесстыдно задирая на мне футболку.

— Ага, — с придыханием ответила, когда почувствовала, что он большим пальцем провел по возбужденному соску.

— Я недавно дом продала самому Лил Пони, — прикусила губу и выгнула спину навстречу ласкам. — Вот он настоящая звезда.

Лицо Джейсона оказалось в поле моего зрения, он нахально улыбнулся.

— Я звезда в другой области, Веснушка, — и поиграл бровями.

Я лишь глаза закатила. Какой пошлый намек. МакЛин поцеловал меня и быстро поднялся на ноги, стал натягивать джинсы, а затем кроссовки. А меня скрутило от желания, не сразу поняла, что он делает.

— Давай, вставай, пора отправляться в путь.

— Что? — тупо переспросила, все еще валяясь на траве с неприлично задранной футболкой.

— Воду искать пошли, — ответил тот и принялся за второй кроссовок.

Я медленно поднялась и села, с неверием посмотрела на него.

— Ты сейчас серьезно? — спросила и почувствовала, как волна злости начала подниматься внутри.

— Абсолютно.

— Да пошел ты # цензура # куда подальше # цензура # и без фонарика! — закричала, вскакивая на ноги.

Да кем он себя возомнил? Осел вислоухий.

— Эй, — поймал меня за запястье, когда я с остервенением натягивала шорты, на голую задницу! Потому что этот олень в кроссовках порвал мои трусы.

— Нам нужно найти воду, — словно маленькой объясняет.

— Без тебя знаю, — огрызнулась.

— Веснушка, если мы снова начнем предаваться греху, то будем здесь ночевать и умрем от обезвоживания, — тон серьезный, смотрит в глаза уверенно. А мои губы против воли расплылись в улыбке.

— Предаваться греху? Это мы будем делать дальше? Серьезно?

— Продолжать интимные отношения? — тут же предложил МакЛин, и я ничего не смогла поделать, засмеялась.

— Замолчи, — подняла с земли рюкзачок и надела на плечи.

— Сливаться в экстазе? — не терял попыток мужчина, я быстро натянула кроссовки и пошла прочь от него.

— Эй! Веснушка, подожди, как тебе совокупляться?

Настроение снова стало отличным, а улыбка не сходила с лица. Какой же он дурачок. Гонщик быстро догнал меня, слышала его шаги за спиной, а в следующую секунду была прижата к крепкому мужскому телу.

— Хочешь знать, что мы будем делать дальше? — жаркий шепот на ухо, внутри все сжимается от предвкушения. — Дальше я найду твоему ротику другое применение, — рука касается разгоряченной кожи бедра.

— А потом я буду тр#хать тебя, Стелла, — от одного этого шёпота готова кончить.

Затем вдавливается своей эрекцией мне в попку и начинает тереться. Прикрываю глаза от интенсивности ощущений. Дыхание становится тяжелое, рваное…

Но все закончилось внезапно. Вот только чувствовала его позади себя и уже подумывала, не начать ли умолять мужчину, как уже в следующую секунду он отошел от бездыханной меня и бодренько пошел дальше в лес.

— Не отставай, — крикнул не оборачиваясь.

— Сволочь, — процедила сквозь зубы и пошла за мужчиной.

Мы шли и болтали обо всем на свете. Было так легко открыться ему, рассказать о мечтах и целях. И он делился своими. Такое чувство, что мы знакомы тысячу лет и нам не нужно вести себя прилично и осторожно. Безумство вылезло сразу.

Шли уже несколько часов без остановки, Джейсон как раз объяснял мне скучные правила гонок, как мы услышали какой-то звук и замолчали. МакЛин смотрел на меня, а я на него.

— Это…? — спросила пересохшими губами.

— Вода.