Экспресс-знакомство - Сара Морган

Ощущая на себе объективы фотокамер, Кейти старательно улыбалась, мысленно повторяя слова: «Пожалуйста, пусть он победит, пожалуйста, пусть победит!»

Наконец представление номинантов закончилось. На сцену вышла известная актриса, которая выиграла номинацию «Лучшая женская роль» в прошлом году.

Нервы Кейти натянулись как струна, когда актриса после вступительных слов наконец-то вскрыла конверт. На лице ее заиграла улыбка, когда она взглянула на публику в зале:

— Премия «Сапфир» вручается Натаниэлю Вольфу за лучшую мужскую роль в фильме «Альфа-мужчина»!

Раздался гром аплодисментов. Глаза Кейти затуманились от слез, она взглянула на Натаниэля, чтобы поздравить его, и увидела, что он даже не улыбается. Он сидел неподвижно, глядя прямо перед собой.

— Натаниэль! — выдохнула Кейти. — Ты победил! — Она слегка подтолкнула его. Он повернулся, взглянув на нее, глаза его были пустыми. — Тебя ждут на сцене. Иди!

Он медленно поднялся на ноги, и все в зале тоже встали. Теперь они знали о печальной истории его детства. Натаниэль медленно шел к сцене. Он продвигался с трудом, потому что люди вставали со своих мест, обнимали и целовали его, восторженно пожимали ему руки. И Кейти смотрела на него, затаив дыхание, испытывая гордость и радость, и слезы щипали ей глаза.

Наконец он поднялся на сцену и получил награду.

Раздался гром аплодисментов, и сердце Кейти восторженно сжалось.

Натаниэль когда-то был маленьким мальчиком, пытавшимся уйти от ужаса реальной жизни. И этот маленький мальчик неимоверными усилиями проложил себе дорогу к самой вершине успеха.

Когда аплодисменты затихли и зрители уселись на свои места, Натаниэль улыбнулся своей фирменной сексуальной улыбкой:

— В этом месте, полагаю, я должен расплакаться?

Смех пронесся по залу, и Натаниэль насмешливо вскинул руки, словно извиняясь перед всеми:

— Прошу прощения, но я разочарую вас. У меня всегда были трудности со слезами, если только мне не платили за это, конечно. Спасибо вам за оказанную мне честь…

Он говорил свободно и раскованно. Поблагодарил свою партнершу по фильму, а также всех, кто участвовал в его создании. Затем сделал паузу, взглянув на свой сверкающий приз, и наступила тишина — все поняли, что сейчас он скажет нечто очень важное.

— Я посвящаю этот «Сапфир» своей матери, Кэрри. — Голос его не дрогнул, когда он взглянул прямо в камеру, поставленную перед сценой. — Кэрри, ты прекрасная, необыкновенная женщина, и ты всегда говорила мне, что однажды твой сын Натаниэль получит премию «Сапфир». Да, ты была права. Я выиграл ее. Она моя! — Он поднял высоко в воздух свою награду, странная улыбка играла на его губах. — Может быть, взглянув на этот «Сапфир» на твоей каминной полке, ты вспомнишь обо мне.

Для всех это прозвучало как обычное посвящение, но Кейти поняла, что скрывалось за этим: он надеялся на то, что мать признает в нем своего сына, когда увидит его с «Сапфиром» в руке.

Слезы полились по ее щекам, но она быстро смахнула их, осознав, что камеры могут быть направлены и на нее.

Натаниэль покинул сцену под еще более громкие аплодисменты. Кейти встретила его дрогнувшей улыбкой:

— Это потрясающе! — Она накрыла его руку своей рукой. — Она сейчас смотрит?

— Да. В Англии сейчас уже почти ночь, но Кэрри каждый год обязательно смотрит церемонию вручения «Сапфира». Даже специально наряжается.

Кейти быстро заморгала:

— Этот вечер будет для нее незабываемым.

В банкетном зале Натаниэля мгновенно окружили люди, наперебой поздравляющие его, и Кейти была оттеснена на задний план.

Она уже хотела удалиться в дамскую комнату, когда к ней подошел какой-то мужчина и дружески улыбнулся:

— Должно быть, вы Кейти? — Он протянул ей руку. — Говард Кеннингтон.

— О-о-о… — На секунду Кейти потеряла дар речи. — Натаниэль сказал, что отправил вам мои эскизы, но…

— Они потрясающие! Такие же, как платье, которое на вас. Даже Алисия была впечатлена, а ведь она — крепкий орешек!

Отведя Кейти в сторону, он стал задавать ей вопросы, и она вскоре так разговорилась, что стала изливать свои мечты. Ее невозможно было остановить.

— Простите. — Наконец Кейти замолчала. — Я все говорю и говорю…

— Вы мне все рассказали. Ведь вы не умеете ничего скрывать, да?

— Да… — Кейти покраснела. — Но я пытаюсь измениться!

— Не надо. Это делает вас уникальной. А уникальность в Голливуде — большая редкость. У вас несомненный талант. — Говард Кеннингтон улыбнулся.

Они проговорили еще минут двадцать. Затем он дал ей свою визитную карточку и предложил встретиться с ним и с Алисией Брент на следующей неделе.

Вне себя от счастья, почти танцуя, Кейти бросилась на поиски Натаниэля, желая поделиться с ним радостной новостью.

Она нашла его одного в комнате для интервью. Натаниэль полулежал на красном диване, глаза его были закрыты. Галстук-бабочка был ослаблен, пиджак небрежно брошен на спинку стула. Вожделенный «Сапфир» валялся на полу возле ног.

Решив, что сейчас не время сообщать о хорошей новости, Кейти подошла к нему:

— Ты не хочешь поехать домой?

— Шутишь? Вечер только начался. — Он открыл глаза, и она увидела, что он пьян. — Я выиграл «Сапфир».

— Я знаю…

— И если мне повезет, то моя мать, возможно, в конце концов поймет, что я — ее сын. — Его губы скривились в насмешливой улыбке.

— Натаниэль…

— Не смотри на меня своими огромными сочувствующими глазами. В жизни мало кому везет, мой ангел. А ты по-прежнему веришь в счастливый конец жизненных историй.

— Я думаю, что когда-нибудь у тебя тоже будет счастливый конец. — Кейти заметила пустую бутылку из-под шампанского, валявшуюся на полу. — Натаниэль… — Кейти присела рядом с ним. — Не хочешь со мной поговорить?

— Нет. Совершенно не хочу. — Он обнял ее и привлек к себе. — Я много чего хочу сегодня, но только не говорить!

С трудом подавив вспышку чувственного желания, Кейти спросила:

— Скажи мне, почему ты не отвечаешь на звонки Джекоба?

— А тебе какое дело?

— Никакое! — Гнев и отчаяние вскипели в ее груди. — Если ты считаешь, что это не мое дело, тогда мне больше нечего тебе сказать.

Черные брови сдвинулись на переносице.

— Кейти…

— Нет! — Она подняла руку. — Послушай, я готова разделить с тобой тяжелые моменты твоей жизни, мне не привыкать к трудностям. Но я терпеть не могу секретов. И я не хочу так жить.

Натаниэль сделал глубокий вдох:

— Кейти Филд… — Странная улыбка заиграла на его губах. — Ты бросаешь меня?