Мелодия звёзд - Оливия Вильденштейн

Мама беззвучно прошептала: Ты в порядке?

Нет. Я не в порядке. Я не покачала и не кивнула головой, не ответила ей вслух. Вместо этого я продолжила попытки устоять в асанах, глядя на настенные часы.

Когда мы собрали циновки, мама еще раз спросила:

– Все в порядке, детка?

Я еще никогда не сворачивала свой коврик так туго.

– Да.

Я первая вышла из студии йоги.

Мама открыла машину, и я бросила свой коврик назад рядом с ее, а затем опустилась на пассажирское сиденье.

– Что-то случилось на вечере выпускников? – спросила она, усаживаясь за руль.

Я посмотрела на маму. Я сомневалась, стоит ли рассказывать ей о моем открытии. Она, наверное, просто встанет на сторону Диланов.

– Нет. Ничего.

Она расчесала волосы пальцами, завела машину, и мы выехали со стоянки.

– Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной.

Зачем мне это, если ты со мной не разговариваешь?

Оставшуюся часть пути до «Золотого Дракона» я вертела в руках телефон. Мне было противно от того, что его подарил мне Тен. Настолько противно, что я решила стереть содержимое и вернуть его завтра. Как будто боги техники услышали мои мысли, мне пришло сообщение из магазина Apple о том, что мой старый телефон починили.

Мы припарковались напротив ресторана и вышли.

– Эй, мам, ты можешь забрать мой телефон завтра в торговом центре?

Она нахмурила брови.

– Твой телефон?

– Я оставила его там в ремонте. – Когда она посмотрела на тот, что подарил мне Тен, я сказала: – Я одолжила этот.

– О’кей…

– Джейд! Привет! – Мужчина с темными глазами и коротко подстриженной бородкой улыбался моей матери.

Я сунула телефон в карман толстовки.

На маминых щеках появились ямочки от широкой улыбки. Кем бы ни был этот человек, он ей нравится. Словно вспомнив, что я тоже там нахожусь, она положила руку мне на плечо и притянула к себе.

– Это, должно быть, Энджела, – сказал мужчина, протягивая мне руку.

– Просто Энджи. – Я пожала ему руку. – Энджела для тех случаев, когда у меня неприятности.

Мужчина засмеялся. У него был приятный, глубокий смех.

– Приятно познакомиться, Энджи. Я Джефф.

Он отпустил мою руку, и она, вместо того чтобы опуститься обратно, осталась висеть в воздухе.

Джефф… Я только что пожала руку Джеффу Дилану, или это какой-то другой Джефф?

К нему подошли два человека: высокий и низкий. Моя безвольная рука наконец опустилась. Вытерев ладонь о камуфляжные леггинсы, я вынырнула из-под маминой руки.

– Привет, милая. – Моя мама вышла и приобняла Нев.

Я услышала свое имя. Должно быть, Джефф задал мне вопрос. Я обратила взгляд на него, но в ушах у меня слишком громко звенело, чтобы я смогла уловить хоть что-нибудь из того, что он говорил. Мамина рука опустилась на мое плечо. Она чуть сжала его, и звон в ушах начал стихать.

– Детка? – одна из ее бровей приподнялась.

– Что?

– Джефф только что спросил, не хотим ли мы присоединиться к ним.

– Присоединиться к ним?

– Пообедать вместе. – Она указала в сторону «Золотого Дракона».

Я сделала глубокий вдох. Я не хочу обедать вместе, я даже не хочу дышать с ними одним воздухом.

Нев и ее отец смотрели на меня в ожидании ответа. Тен уткнулся в свой телефон.

Я раскрыла глаза невероятно широко.

– Я совсем забыла о домашке, которую нужно сдать завтра!

Мама удивленно или разочарованно нахмурилась – вероятно, и удивленно, и разочарованно.

– Это может подождать до конца обеда?

– Это диорама, мне нужно сделать огромный макет… Это займет у меня всю ночь.

Джефф посмотрел на сына.

– Тебе тоже надо сделать диораму, Тен?

Тен посмотрел на отца. Они были одинакового роста и одной комплекции: стройные и крепкие. Но у Тена глаза его матери, и цвет волос, и рот…

– Мы с Энджи не ходим на все уроки вместе, папа.

– Что ж, очень жаль.

Жаль, что мы не учимся в одном классе? Это дар божий!

Может, он намекал на то, что нам стоит уйти и дать им поужинать без нас?

Джефф прижал Нев к себе.

– Джейд, что насчет следующих выходных? Все в силе?

Нев не надела свою розовую бейсболку, но ее волосы были зачесаны вперед, скрывая большую часть ее лица. Она посматривала на меня украдкой, и, хотя глаза у нее серо-карие, как у отца, а бледное лицо усыпано веснушками, я заметила в ней много от Моны.

– Конечно, – сказала мама, сияя от улыбки.

– А что будет в следующие выходные? – спросила я, и это прозвучало немного резко.

– Нев останется с нами, потому что Джефф и Тен уезжают из города.

Неужели она не собиралась рассказать мне о нашем неожиданном госте?

Тен опустил телефон.

– Или ты можешь просто поехать с нами, Нев.

– Не говори глупостей, Тен, – сказала мама. – У меня уже запланирован девичник на выходные.

Губы Нев растянулись в улыбке, но затем ее пристальный взгляд остановился на мне, и улыбка исчезла. Она восприняла мое удивление как враждебность и прижалась к отцу.

Ну и дерьмо. Теперь я чувствую себя ужасно.

– Мама запланировала кучу интересностей, – сказала я, хотя я и понятия не имела, что там мама собиралась делать.

Наконец Нев отлипла от отца.

Я улыбнулась. Может, Нев и носит фамилию Дилан, но ей нравится петь. Если ей нравится петь, она не может ненавидеть свою мать, не так ли?

– О, Джейд, у меня было время просмотреть образцы ковров, – сказал Джефф. – Они у меня в машине. Давай я отдам их тебе сейчас, завтра у меня встреча рано утром, думаю, что у меня не будет времени что-либо обсудить перед отъездом. – Он отпустил Нев, затем кивнул в сторону сверкающего темно-синего спортивного автомобиля, припаркованного на улице. Это, конечно, нехорошо с моей стороны, но все, о чем я думала тогда, это не на алименты ли Моны была куплена эта тачка.

В журнале People было написано, она должна платить ему супружескую поддержку, так как она более успешна из них двоих.

Мама направилась за Джеффом к его машине, оставив меня наедине с Теном и Нев.

– Диорама, говоришь? – сказал Тен, как только наши родители оказались вне пределов слышимости.

Нев хмуро посмотрела на него, потом на меня.