Его желанный триумф - Шэрон Кендрик

Впервые в жизни у Джейн не было плана. Через несколько часов после случившегося она вылетела из Кафалы в Лондон. Но она не вернулась в свою арендованную квартиру. Не посмела. Она сказала Саиду, что не хочет иметь с ним ничего общего, но понимала, что все не так просто. Формально она все еще оставалась его законной женой. А что, если он снова захочет секса с ней? Он может попытаться ее найти, и она не собиралась рисковать.

Не осмеливалась рисковать, потому что понимала, что не сможет ему противостоять.

Она отправилась в дом Клео, опасаясь того, что может там обнаружить, и с удивлением узнала, что ее сестра переехала. Она больше не жила в обшарпанной комнате в дальней части восточного Лондона. Клео теперь обитала в Аскоте, в милом домике, стоящем на территории огромного поместья.

– Я – домработница, – сказала Клео в ответ на молчаливый вопрос сестры. – И не смотри так удивленно, Джейн. Ты же не думала, что я всю жизнь проживу в обувной коробке, пытаясь стать моделью? – Ее глаза сузились. – Ты считаешь, что я не могу изменить ситуацию? Разве только ты способна на позитивные изменения?

– Нет, конечно нет, – медленно ответила Джейн, опуская свой единственный чемодан на пол и размышляя, как бы удивилась ее сестра, узнав, что ничего позитивного из ее брака с Саидом не вышло. Ничего, кроме боли в сердце и понимания, что всю свою жизнь она будет скучать по этому мужчине. – Просто я не могу представить тебя домработницей.

Клео улыбнулась.

– Ты имеешь в виду, служанкой, ползающей на коленях и моющей полы, как Золушка? Ты же не думаешь, что я стану портить свой маникюр? – Она пошевелила своими пальчиками с ярко-красным лаком на ногтях. – Ничего подобного. Парень, который владеет всем этим, содержит армию уборщиков и садовников, которые ухаживают за большим домом. А я просто живу там, когда его нет, и мое присутствие должно отпугивать потенциальных грабителей.

– Но безопасно ли это? – обеспокоенно спросила Джейн.

– Я сказала ему, что у меня черный пояс по дзюдо.

– О, Клео, нет!

– Почему нет? Я действительно хожу на тренировки по вечерам. Так что кто знает… И вообще, – сестра задумчиво посмотрела на Джейн, – хватит обо мне. Ты собираешься рассказать мне, почему ты плакала?

– Я не плакала.

– Джейн, – мягко сказала Клео. – Это я, помнишь? Я тебя знаю. И не могу поверить своим глазам, потому что ты никогда не плачешь.

Беда была в том, что с тех пор, как она покинула Кафалу, она не могла остановить потоки слез. Они снова потекли из глаз, когда Джейн села на диван, а Клео подала ей дежурную чашку чаю. Почему никто не сказал ей, что бывает так больно?

– Хорошо, – торжественно сказала Клео, присаживаясь на диван. – Последнее, что я о тебе слышала, – это восторженный прием в Вашингтоне и ужин в Белом доме. Что я пропустила?

Новый поток слез хлынул из глаз Джейн, и она откровенно рассказала сестре свою историю. Конечно, не всю. Несмотря на то что она очень злилась на Саида, она не считала возможным раскрывать интимные подробности их супружеских отношений.

– Итак, у вас был брак по расчету, который помог мне выбраться из чертовски затруднительного положения, за что я тебе бесконечно благодарна, и все пошло не так, когда ты начала влюбляться в своего мужа.

– Я не говорила, что влюблена в него.

– О, Джейн! Перестань. Это написано на твоем лице. – Клео прищурилась. – И он думает, что ты интересуешься этим парнем, Дэвидом.

– В двух словах так.

– Но если Саид не любит тебя, почему он так сильно ревнует тебя к какому-то случайному однокурснику из университета?

– Потому что он – собственник, – мрачно ответила Джейн. – Он не хочет меня, но он также не хочет, чтобы я была у кого-то еще.

– Мастерски, – восхищенно вздохнула Клео.

– Жестоко, – поправила Джейн.

– И что ты теперь будешь делать?

Джейн глубоко вздохнула, опустив нетронутую чашку с чаем. Она думала об этом, но так ничего и не решила.

– Мне хватит денег на какое-то время, – сказала она. – Я собираюсь найти уединенное и недорогое место для жизни… – Она вдруг решилась. – И я собираюсь написать историю Кафалы.

– Но… – Клео выглядела смущенной. – Если ты хочешь забыть Саида, написание книги о его стране сделает это невозможным, разве не так?

Джейн покачала головой и внезапно загорелась собственной решимостью.

– Это будет катарсис, – твердо и мрачно произнесла она. – Никто раньше такого не делал. Я заполню эту нишу на рынке исторической литературы и одновременно исключу эту страну из своей жизни раз и навсегда.

– А что насчет Саида? Что, если он захочет связаться с тобой?

– Он не захочет, – упрямо сказала Джейн, ненавидя себя за дрожь в теле, возникающую всякий раз при мысли о шейхе. – В крайнем случае он сможет это сделать через своих замечательных адвокатов, – закончила она с горечью.

Стоя в своем огромном кабинете в Кафалахском дворце, Саид смотрел на висящую над столом картину, на которой были изображены три синие башни Тираба. Шейх забрал эту картину из клуба, в который пригласил Джейн, чтобы сделать ей предложение, потому что это полотно очень понравилось ей. Он сожалел, что так и не отвез свою шейху в это сказочное место, чтобы она смогла своими глазами увидеть это прекрасное древнее сооружение, вдохновившее многих живописцев.

Но он не хотел думать о своих ошибках, совершенных в качестве мужа, он хотел сосредоточиться на неудачах своей жены. О той возмутительной нелояльности, которую она проявила, втайне от него общаясь с другим мужчиной.

И не важно, сколько раз он пытался убедить себя в обратном, в глубине души он хорошо понимал, как безобразно поступил по отношению к ней. Однажды, когда его застилающая разум ревность ненадолго отступила, Саид принялся размышлять о случившемся и был потрясен тем, как превратно он понял ситуацию. Такая девушка, как Джейн, никогда бы не стала флиртовать с каким-то дипломатом! Ведь было совершенно очевидно, что именно он, Саид, был центром ее внимания. Она давала ему больше, чем он мог мечтать. Изобретательна в постели, прекрасный собеседник, отлично воспитана, образованна и необычайно умна. Она была образцовым партнером во всех отношениях. Шейх покачал головой. Он сказал Джейн, что больше не нуждается в ней. Кого он хотел обмануть? Он не нуждался в ней так же, как не нуждался в матери и отце в период взросления. Почему он так скучал по ней? Почему без нее все казалось лишенным блеска и даже золотые купола дворца потускнели после ее отъезда?

Конечно, все уже знают, что шейха покинула резиденцию. В западной прессе появились статьи, намекающие, что в их браке не все благополучно, что необычный союз распался. Высказывались также осторожные сожаления о том, что королева пустыни, которая произвела такой фурор в Вашингтоне, не сможет посетить другие страны, желающие принять ее у себя.