Вспышка нежности - Маргарет Уэй

— Теперь вы видите, что я имел в виду, когда говорил о Бретте Кантрелле.

Дана почувствовала неловкость и ответила слегка виновато:

— Я думаю, вы преувеличиваете опасность, Джефф.

— А вы? — Он улыбнулся ей почти с жалостью.

Дана была уверена, что под его утомленным внешним видом плейбоя скрывается жуткое отчаяние. Она смягчилась.

— У вас богатое воображение, Джефф. Вы страдаете по надуманной причине.

Он положил руку ей на плечо.

— Поверьте мне, Дана. Мне так хочется, чтобы хоть кто-нибудь был на моей стороне. Но давайте забудем о драмах, пойдемте на террасу и выпьем вместе.

Когда они выходили из гостиной, Бретт поднял голову и нахмурился, глядя им вслед. Снаружи было прохладно, но они засиделись на террасе, ведя пустой разговор. На безоблачном черном небе появились звезды, и яркая белая луна окрасила серебром дом и сад. Острые запахи ночи заставляли глубже вдыхать воздух, из окон лился мягкий, теплый свет и доносились веселые голоса гостей Мысль об очередном бокале заставила Джеффа подняться и вернуться в дом, а Дана с облегчением вздохнула, глядя, как он уходит. Депрессивное настроение Джеффа передалось и ей. Кроме того он мучился от зависти к Бретту, а зависть является одним из семи смертных грехов.

Гости сновали из гостиной на террасу и обратно, смеялись, болтали, обсуждали дела.

— Ну и ну! Кого только не увидишь на этой вечеринке! Привет, Карен, Пол! — услышала Дана высокий голос Марго и огляделась, ища, где бы спрятаться. Но поздно было бежать — Марго преисполнилась решимости поговорить с нею. Она подошла прямо к девушке и молча начала рассматривать ее, явно испытывая неприязнь к тому, что видит. Красивая сама, она не могла терпеть, когда другая женщина выглядела лучше. — А где же мой дорогой муж? — наконец спросила Марго, скривив губы.

— Добывает себе еще одну порцию виски, я полагаю. Он слишком любит выпить, — ответила Дана.

— Ты мне это говоришь? — Марго подняла брови. — Только не думай, что он и тебя любит тоже. Даже если ты — блондинка. Это его любимая масть на сегодняшний день. Как я называю таких — его «золотовласки». — Глаза Марго неприятно сузились.

— На что вы намекаете? — осторожно уточнила Дана, сильно удивившись ее словам.

— Не трать на него времени, моя милая. Мне он не нужен, но я знаю одну особу, которой он, как ни странно, дорог. Джефф — это фасад, за которым нет ничего, кроме пустоты. — Она рассмеялась тихим звенящим смехом без радости.

— Я не знаю, что вы имеете в виду, но могу сказать одно: вы ошибаетесь, миссис Рэнкайн, в отношении другой женщины, — сказала Дана. — Это совсем не то, что вы думаете.

Марго долго молча смотрела на нее, затем спросила, бледнея на глазах:

— В какие игры ты тут играешь?

— Я не играю ни в какие игры, — спокойно ответила Дана. — Просто я случайно стала свидетельницей их встречи. Я видела Джеффа с белокурой женщиной, о которой вы, должно быть, говорите, и поверьте мне, там не было никакой романтической привязанности.

— И ты бы ее узнала?

— Думаю, да.

Марго поколебалась немного.

— И почему я должна тебе верить? — спросила она наконец с застывшим лицом.

— Мне абсолютно все равно, верите вы мне или нет. В любом случае, как вы сами сказали, вам наплевать на Джеффа. Или нет? — Она взглянула прямо в глаза Марго.

— Он мне давно безразличен, можешь не сомневаться. С тех пор, как я встретила настоящего мужчину.

Дана тяжело вздохнула, заметив ее горящий страстным желанием взгляд.

— Извините, миссис Рэнкайн, мне кажется, я вижу своего отца. И не беспокойтесь, я не специалист по интригам.

— Отлично, держитесь от этого подальше. Это предупреждение, — злобно бросила Марго.

Дана поспешно отошла от нее, даже не оглянувшись.

Из гостиной доносились веселые голоса и звуки танцевальной музыки. Джефф стоял рядом с баром, привалившись к стойке и пристально глядя на дно своего бокала. Было десять часов, и в столовой уже накрыли ужин. Гости сразу же оценили великолепную еду. Дана смотрела с галереи вниз на толпящихся у столов людей, разыскивая своего отца. Наконец она заметила его. Он стоял, счастливый и беззаботный, беседуя с элегантной дамой лет пятидесяти. Слоан поднял голову, увидел дочь и подмигнул ей. Она улыбнулась ему в ответ. Странно, но она не испытывала голода и решила остаться в гостиной. Через открытые окна она могла видеть черное небо, усеянное звездами, и сказочную луну.

Внезапно девушка была атакована двумя молодыми повесами, которые сразу же решили превзойти один другого в искусстве обольщения, стараясь завладеть ее вниманием. К тому же они оказались заядлыми спорщиками.

— Уйди куда-нибудь! — то и дело повторяли они друг другу. — Сейчас же!

Дана чувствовала себя рядом с ними гораздо мудрее и старше, чем они оба, вместе взятые. Она улыбнулась одному, потом другому, и порядок был на время восстановлен. Но вскоре они вновь вернулись к своим нелепым и тщательно продуманным сценам обольщения, которые ее утомляли. Со стороны она показалась бы уравновешенной красивой молодой женщиной, скучающей в обществе двух болванов.

— Прошу прощения, — раздался голос за спиной Дэвида.

— Салют! — Дэвид обернулся и улыбнулся Бретту.

— Могу я одолжить на минутку эту равнодушную юную леди?

— Равнодушную? — хором переспросили молодые люди, с удивлением переглянувшись.

— Я совершенно против равнодушных женщин, — усмехнулся Крис. — Но эта? Нет, в ней нет равнодушия.

— Вы говорите безнравственные вещи, — сказала Дана и вздрогнула, когда Бретт взял ее за локоть.

— М-м… — неопределенно промычал он. — Именно поэтому мы уходим отсюда, мисс Грегори. Увидимся позже, Дэв, Крис.

Молодые люди кивнули ему и повернули назад к столу, продолжая обсуждать вопрос о равнодушных женщинах.

Бретт крепко сжал локоть Даны и повел ее через комнату на террасу, а затем в сад. Деревья в лунном свете казались совершенно белыми, только тени были глубокого фиолетового и черного цветов. Дана ускорила шаги, пытаясь вырваться из цепких рук Бретта. В спешке она споткнулась о камень и чуть не задохнулась от боли — снова пострадала поврежденная лодыжка. Бретт потянул ее назад на тропинку.

— Что вы пытаетесь сделать? Покончить с собой?

— Я именно так и сделаю, если вы начнете читать мне очередную лекцию.

— Зачем? Разве вы не обладаете всеми достоинствами молодой красивой женщины: застенчивостью, целомудрием, как у певчей из церковного хора, умением обращаться со спицами?

Дана рассмеялась. Ее смех звучал очаровательно, женственно и весело. Темные глаза Бретта изучали мерцающий в лунном свете профиль девушки.