Прикосновение любви - Никки Логан

Несправедливое обвинение задело Элиота. Она действительно так о нем думала?

– Не использую.

– Я думала, ты не упустишь ни малейшей возможности, чтобы заключить с нами сделку.

Элиот напряженно молчал, потом ответил:

– Я действительно стараюсь вам помочь.

– Я не хочу уезжать. Я не хочу перемен.

– Жизнь здесь, на ферме, – единственное, что она знает, – вмешалась Элен. В голосе слышалось участие, но она не отводила глаз от дочери.

И внезапно Элиот задумался, действительно ли Элен Морган была такой спокойной и пассивной, как казалась. Ее слова звучали очень… продуманными.

– Я не боюсь! – настаивала Лейни, прочитав между строк истинное мнение матери.

– Нет, нет. Конечно нет, – запротестовала миссис Морган, но было очевидно, что она не изменила своего мнения.

Отец заговорил вновь:

– Я уверен, в Америке есть множество приспособлений, благодаря которым люди с потерей зрения чувствуют себя комфортно. И они не…

Лейни вскочила на ноги:

– Это не важно, поскольку я не еду в Америку.

– Я поеду, – сказал Оуэн, лениво подняв руку, словно в ожидании, что его вновь не заметят. Как и всегда.

– Мы наймем кого-нибудь, – продолжал Роберт.

– Перестань, ты же знаешь меня, – вздохнула Лейни. – Ты думаешь, я буду счастлива, если кто-то другой будет делать мою работу? Я не смогу ее оставить.

– Да, так и будет, – согласился Элиот. – Потому что ты не можешь иначе и потому что, несмотря ни на что, ты хочешь, чтобы все было сделано хорошо. Ты перфекционистка.

Оуэн фыркнул:

– Очень точное замечание.

– Давай, Лейни, тебе же любопытно. Я наблюдал за тобой. В глубине души ты думаешь, что у этой идеи есть шанс. Так же считают и твои родители.

– Конечно, ты должен был это сказать.

– Разве я не прав?

Лейни нахмурилась, и Элиот понял, что попал в точку.

– Поместить логотип Морганов на Эвересте ради рекламы тоже неплохая идея – это не значит, что я должна сделать это.

Боковым зрением он видел, что родители Хелены следят за ними, словно наблюдая за игрой в настольный теннис.

– Это отличная возможность для Морганов. Было бы ошибкой не воспользоваться ею.

– Нет, ошибкой было бы вынуждать нас делать то, что нам неинтересно.

Элиот постарался сдержать себя:

– Это просьба, Лейни, не принуждение. Это сделает ваш бизнес очень успешынм, просто оцени перспективы.

– А какую выгоду с этого будешь иметь ты?

– Я просто ненавижу смотреть, как чей-то потенциал растрачивается впустую.

– Жизнь полна разочарований, Элиот. Ты справишься.

Она нахмурилась, когда он пересек комнату и взял ее руки в свои:

– Лейни. Я знаю, что работа над этим проектом нарушит твою зону комфорта, но каждый в этой комнате понимает, что ты можешь сделать это. Тебе нужно просто поверить в себя. Смелей.

– Ты думаешь, это как-то связано с мужеством, Элиот? Не стоит брать на себя роль судьи.

– Я лишь пытаюсь тебя поддержать.

– Ты судишь меня. Но мне комфортно пребывать в стабильности и спокойствии.

– Ты понимаешь, что своим упрямством мешаешь развитию семейного бизнеса?

Лейни подскочила на стуле:

– Все, что я делаю, я делаю для семьи.

– Твои родственники не одобрят предложение, если ты не согласишься, Лейни. Ты центр семьи. Все зависит от твоих решений.

Ее глаза грозно сверкнули.

– Теперь понятно, почему ты уделял мне так много внимания.

– Лейни, не надо…

– Твое общение со мной оказалось просто стратегией.

– Речь не обо мне, Лейни…

– Как раз о тебе, Элиот. О тебе и твоей неспособности признать, что кто-то может быть менее амбициозным, чем ты.

– Но именно так люди добиваются успеха в жизни.

– Нет, риск – это способ, которым именно ты получаешь все в своей жизни. Многие из нас идут другой дорожкой.

Элиот выдохнул сквозь стиснутые зубы.

– Признай, Элиот, ты думаешь, что мое нежелание соглашаться на твои условия – показатель неуверенности. Ты и своей матери не простил ее слабость. Признай. Я просто не хочу хвататься за каждую возможность в жизни и гнаться за ней. И знаешь что? Это никак не связано с моим зрением, Элиот, это просто мой выбор.

– Лейни…

– И знаешь что еще? Таких, как я и твоя мать, – множество. Мы видим удовольствие в простых вещах. Это не делает нас виновными в чем-то.

Все внутри Элиота сжалось.

– Но ведь ты намеренно отказываешься от возможностей дальнейшего личностного роста.

Воцарилась тишина.

– Назови мне хоть одну вещь, которую я могла бы сделать, но не сделала?

Ответ был очевиден.

– Ты не согласилась на мой проект, – твердо и тихо сказал Элиот. – И я хочу понять, почему?

– Почему? – сорвалась на крик Хелена. – Может, потому что мне надоело быть ребенком с плаката для слепых. Мне надоело, что папа вступает на местных собраниях, пытаясь настоять на появлении аудио-книг в школьной библиотеке или на переоборудовании школьного автобуса, чтобы в нем поместилась собака-поводырь.

Роберт запротестовал, и Лейни повернулась к нему:

– Прости, пап, я знаю, ты пытался упростить мне жизнь, но мир мне ничего не должен. Я хочу быть здесь, в доме, который я люблю, заниматься любимой работой и наслаждаться тем, что интересно мне.

Лейни нервно ерзала на стуле.

– Милая, – наконец сказала миссис Морган, – ты никогда не говорила об этом.

Лейни подняла руки в воздух:

– Я не хотела ранить вас, ведь вы столько для меня сделали. Я люблю вас обоих безумно, но почему вы всегда требуете от меня чего-то большего?

– Успокойся, Лейни. – осмелился вторгнуться в разговор Оуэн. – Ты всю жизнь отказываешься от привилегий и возможностей, которые тебе выпадают. Так позволь сейчас хотя бы мне реализовать выгодный проект. Мы родились в одно время, но ты всегда получала все привилегии.

Лейни осела на стуле:

– А как же серфинг?

– Я люблю это дело, но никогда не стану профессионалом. И возня с пчелами – не по мне. Я бы хотел делать что-то большее. И я бы действительно хотел попутешествовать. Вокруг меня целый мир, ждущий, когда я его открою.

Лейни фыркнула:

– Ты говоришь как Элиот.