Любовь как чудо - Энн Вулф

– Я – доктор Коллинз, – представился врач.

– Меня зовут Триш. Триш Макаути, – заставила себя улыбнуться Триш. Доктор показался ей симпатичным: уже немолодой, он выглядел подтянутым и аккуратным. Высокий умный лоб, вызывающая доверие улыбка, веселые глаза, но где-то в их глубине – хорошо спрятанная печаль.

– Больно знакомая у вас фамилия. Где-то я ее слышал… Ну да бог с ним. Доверите мне вашу ногу?

– Только если вы не собираетесь забрать ее насовсем, – через силу улыбнулась Триш.

– Пациент с чувством юмора – настоящая находка, – оценил ее шутку доктор Коллинз. – Разумеется, не собираюсь. Я только осмотрю ее, вынесу диагноз и попробую снять боль. Джек, приготовьте ей чего-нибудь горячего. Она бьется, как в лихорадке. Может, сварите глинтвейн?

– Разумеется. Сейчас скажу миссис Бигль. Не хочется оставлять Триш наедине с вами. У вас скверная репутация, доктор.

По улыбке Джека и хитрому прищуру глаз Триш поняла, что он шутит. Шутит, чтобы подбодрить ее.

– Что за репутация, доктор? – подыграла она Джеку.

– Известного бабника, – ответил Коллинз, сосредоточенно ощупывая ногу Триш. – Слухи ходят за мной по пятам, не отстают ни на шаг. Пожилые мамаши боятся доверять мне своих дочек. А дочки, завидев меня, краснеют, как будто им только что показали… ну, вы сами понимаете, что.

Манеры доктора позабавили Триш, боль потихоньку отступала.

– Это почему же? – поинтересовалась она.

– Видите ли, Триш. Можно я буду называть вас по имени? Однажды меня угораздило влюбиться в одну очаровательную молоденькую пациентку… Постарайтесь расслабиться… Вылечив эту девушку, я соблазнил ее… Так, так, очень хорошо… Ей это очень даже понравилось. Да кого я обманываю? Она была просто в восторге… Проблема заключалась в том, что ей оказалось недостаточно одного, если так можно выразиться, соблазнения… простите, Триш, но мне придется снять с вас ваши обтягивающие джинсы… Короче говоря, она задумала женить меня на себе…

– Насколько я понимаю, ей это не удалось? Ой!..

– Лежите спокойно, Триш. Вас я точно не собираюсь соблазнять… Конечно не удалось. Доктор Коллинз не из тех, кто женится… Пришлось ее бросить…

– Мне казалось, доктору нельзя вступать в связь со своей пациенткой…

– Конечно нет.

– И почему же вас не лишили практики?

– Смеетесь, Триш? – улыбнулся доктор Коллинз, легонечко стукнув по ляжке Триш указательным пальцем. – Кто бы тогда лечил всех этих надменных идиотов? Я – один из лучших докторов Голуэя. Как вы думаете, что для них дороже: нравственность или собственная шкура?

Триш рассмеялась. Доктор был чертовски забавен. Она не сомневалась, что от этого типа тетушки были бы в настоящем восторге. После процедуры осмотра Коллинз помазал ногу Триш каким-то пахучим гелем и перетянул бинтом.

– Вы закончили, доктор Коллинз? – спросил Джек, вернувшийся в гостиную со стаканом дымящегося глинтвейна.

– Угу, – кивнул Коллинз, натягивая брючину на ногу Триш, которая морщилась от боли и изо всех сил старалась это скрыть.

– Что вы скажете? Это перелом? Необходима госпитализация?

– Да не волнуйтесь вы, Джек. Ваша овечка в полном порядке. Это всего лишь растяжение. Конечно, ей придется немного полежать… А сегодня ей лучше вообще отказаться от каких-либо поездок, – подмигнул он Джеку. – Но все гораздо лучше, чем могло бы быть. А на вашем месте, юная леди, – повернулся он к Триш, – я бы впредь не безумствовал. Молодость – молодостью, а жизнь дается нам всего один раз. Советую вам хорошенько подумать над этой, пусть и избитой, но все же истиной. Обещаете?

– Обещаю, – кивнула Триш.

– И напоследок – подарочек от дядюшки Коллинза, – улыбнулся доктор, открывая сумочку. – Да не бойтесь вы так, это всего лишь обезболивающее. Даже шприца не будет – вам нужно всего лишь съесть таблетку. Одну – сейчас, другую – перед сном, третью – завтра утром. А потом приедет старый доктор Коллинз, наговорит вам кучу гадостей, ну и заодно осмотрит больную ногу. Кстати, я вспомнил, откуда знаю вашу фамилию, Триш. Ко мне в гости приезжала племянница, маленькая озорница Лидия. Она читала книжку под названием… – Доктор наморщил лоб, вспоминая. – Кажется, что-то вроде «Мальчик Гугуций…» ну и кто-то там еще, уже не помню. И автора этой книжки звали Пит Макаути. Случайно, не ваш родственник?

– Ее муж, доктор, – объяснил Джек.

– Сочувствую, Джек, – усмехнулся доктор. – И еще раз напоминаю, Триш: сегодня – никаких переездов. Все телодвижения только завтра, после моего осмотра. Обещаете?

– Обещаю.

Как же я объясню это Питу? – подумала Триш, когда Джек ушел провожать доктора Коллинза. Мало того что я повредила ногу, так еще и останусь ночевать в доме малознакомого мужчины, который к тому же за мной ухаживает. Конечно, Джек ничего такого не делал и даже не намекал на возможность их романа, но разве это поймет Пит, который утром исходил ядовитой слюной и даже не маскировал свою ревность?

С другой стороны, Пит тоже хорош. Он вовсю милуется с этой Сьюлен, а Триш предоставил развлекаться так, как ей захочется. Вот она и развлеклась. Между прочим, Пит, а не Джек должен был поддержать ее в это нелегкое время. Но Пит спрятался. Триш не сомневалась: он спрячется и сейчас, когда ей снова понадобилась помощь, на этот раз – физическая.

– Подозреваю, о чем ты думаешь, – сказал вернувшийся в гостиную Джек. – Наверное, пытаешься сочинить оправдательную речь перед мистером Макаути. Я угадал?

– Пожалуйста, без иронии, Джек. Я не сомневаюсь, что Пит будет в шоке.

– По-хорошему, – начал Джек, устроившись на диванчике рядом с Триш, – оправдательную речь нужно придумать мне.

– Это еще почему?

– Ну, во-первых, я позвал тебя в гости, а следовательно, должен был вернуть в целости и сохранности. Во-вторых, я учил тебя кататься на лошади, а, соответственно, должен был быть более бдительным. Как ни крути, я виноват во всем. Так что звонить Питу и оправдываться перед ним – мой долг.

– Прости меня, Джек, я чертовски виновата… Если бы не мои безумства…

– Какая ты умилительная, когда делаешь виноватое лицо… – улыбнулся Джек и, взяв со стола стакан воды, протянул Триш.

– Зачем это?

– Запить таблетку. А вот и она. – Джек вытащил из кармана серебристую упаковку, надавил на нее, и на его ладонь выскочила белая горошина. – Давай, Триш. Я в тебя верю.

Триш терпеть не могла таблетки – уж лучше бы доктор Коллинз сделал ей укол, – но все-таки зажмурила глаза и выпила.

– Вот и умница. А теперь устройся поудобнее. Сейчас мы будем огорчать твоего мужа.

– Джек, я же просила – без иронии…

– А что, по-твоему, мы его не огорчим?

– Джек…

– Ну ладно, ладно. Диктуй телефон.