Помощница тирана - Рокси Нокс

– Они очень вкусные, – обрадовано говорит сокурсница Шуйской, заворачивая сладости, – как член сладкие.

– Чо блять? Какой член?

– Как печень! Я сказала.

– А что у нас печень сладкая?

– Нууу, да…

– Ты говори, да не заговаривайся.

Ишь, член у нее сладкий, мой вспомнила что ли?

Хоть убей, не помню её.

Перед глазами Шу все равно стоит, будто ее трахал тогда 8 марта, а не эту селёдку Алекс.

– Вот, приятного аппетита, с вас две тысячи рублей.

– Сикока-сикока?

– Две тысячи. А вы что думали? Это авторская работа. Очень сложная и продукты дорогие…

– Ясно, на, вот тебе, – отстегиваю три.

Разумеется, за предоставленную информацию о Мицуо Судзуки, а не выпечку. Меня развести не получится, я бабки умею считать.

– Макар, а может… Поужинаем вместе?

– Ты жрать хочешь? Ну закажи что-нибудь и запиши на мой счёт, – встаю со стула и кладу в меню деньги за лапшу.

– Мудак, – шипит мне вслед рассерженная Алекс.

– Такая оригами, – отвечаю ей, не оборачиваясь.

Этому японскому разговорному научил меня господин Судзуки. Он отлично знает русский и нашел параллели со своим родным языком, и получилась ржачная смесь, которой мы троллили девок.

А потом Тако убил его родственник, и я выясню, почему он это сделал.

Глава 30

Дед не ночевал дома.

И впервые я этому рада, потому что выходит, он провел эту ночь с бабулей.

У меня никогда не было матери. Она приезжала наскоками, совала мне в руки какие-то подарки и снова уезжала. Поэтому ничего удивительного, что своими настоящими родителями я считала полковника и бизнес-вумен. Они обо мне заботились, в то время как мать кукушка бросила. И надо отдать им должное, недостаток ласки я никогда не испытывала.

Я за них очень-очень рада!

Хоть бы помирились.

А пока собираюсь на работу и уделяю побольше времени своей внешности. Даже пораньше встала сегодня, чтобы накраситься. Признаваться в том, что делаю это ради босса, не хочу. Даже себе.

На рабочем столе меня уже ждут охлаждённые пирожные. Где он их взял с утра пораньше?!

Мне так приятно, просто не передать словами! Какой Сам-сам заботливый.

Выходит из кабинета, чтобы… Меня поцеловать.

– Доброе утро, – клюет меня носом в щеку, потому что уворачиваюсь от его губ.

– Доброе, Макар Романович.

– А что это мы шугаемся от меня? – спрашивает строго.

– Просто… Мы на работе, я так не привыкла.

– Привыкай, – сгребает меня в охапку и целует.

Кофе, ментол, одеколон…

Схожу с ума от запаха Самарина. Ну зачем он такой вкусный, а?

Ноги как сломанные спички подогнулись, а по позвоночнику прокатилась огненная колесница.

Сама не заметила, как обняла его за талию и ответила на жаркий поцелуй.

– Кхм… Кхм…

Здесь посторонние!

Отскакиваю от босса к своему рабочему месту и поправляю блузку, которую он успел чуть-чуть смять.

Это двое охранников из Нунчаков. Как стыдно… Вот говорила же: не надо на работе. Но кто меня слушал? Теперь будут думать обо мне, что я – новая любовница шефа.

– Макар Романыч, простите, мы по важному делу.

– Что у вас там? – как ни в чем не бывало спрашивает Самарин.

– Насчёт дома на Калужской, который мы охраняем…

Сам уводит мужчин в кабинет, а я выравниваю дыхание, включаю компьютер и беру в руки маленькую ложечку. Обожаю десерты!

Начала с белого желе с клубникой. Выглядит аппетитно. Отправляю вкусняшку в рот и наслаждаюсь. Необычно. Я такие не видела нигде. Где он раздобыл их? А что такие маленькие – туда-сюда и нету? Ладно, у меня ещё есть второе. Ковыряю его ложечкой, что-то очень странное…

Отправляю порцию в рот, и мои глаза лезут из орбит.

Сладкое пирожное с острым перцем!

Ааа, во рту пожар, язык горит, па-ма-ги-ти!

Бросаюсь к кулеру, набираю воду и выпиваю целый стакан.

Ну и что за приколы?! Пошутить хотел надо мной? Не забыл записать на видео мои метания по приемной с горящим языком?!

Всё, я обиделась!

Выбрасываю горькое пирожное в урну и ещё минут десять цежу воду мелкими глотками. Вообще не смешно было. Гад такой. Язык не чувствую вообще.

– Сашуль. Принеси кофейка, – просит босс.

Месть подаётся горячей.

Держись, босс!

Потирая ручки, бегу на нашу кухню. Я точно видела там пакетики с приправой. Некоторые сотрудники предпочитают обедать в офисе и для них оборудовали столовку, в которую они натащили всякой всячины. Красный перец – то, что мне нужно!

Сардонически посмеиваясь, добавляю перец в кофе, перемешиваю напиток и несу шефу. Сейчас я посмеюсь. Когда я просила шуток Самарина, то не имела в виду издевательства надо мной. Вот теперь пусть получает!

У двери сталкиваюсь с Нунчаками, которые выходят из кабинета Макара. К счастью, они даже не посмотрели в мою сторону, чем-то обеспокоены. Зря я думала, что они будут меня осуждать за связь с начальником. Им нет никакого дела до нас.

– Открой рот, закрой глаза, – милым голосом прошу шефа.

– Нахоя? Ты хочешь плюнуть мне в рот?

– Боже, нет… Кофе.

– Ладно, – подозрительно быстро соглашается.

Раскусил мои намерения?

Тогда рот зачем открыл?

Плеснула ему на язык немного остывший кофе (чтобы не обжечь) и подождала реакции.

Перекатил жидкость во рту и выплюнул обратно в чашку.

– Шо за гадость?

– А вы мне что за гадость притащили?! – подбочениваюсь.

– Пирожные за три косаря.

– Что?! Да я бы и десять рублей за них не заплатила!

– А что в них не так? Было обещано одной… гм… кондитершей, что они сладкие, как писюн.

– Тогда это ваша… гм… кондитерша сосет перцы.

– Чиво? – покатывается со смеху. – Какие ещё перцы?

– Красные и горькие.

– Клянусь, мой перец красный, но не горький, – обезоруживающе показывает ладони. – Можешь прямо сейчас попробовать.

Краснею как болгарский перец на солнце и пытаюсь смыться. Но прыткий Макарий уже схватил меня за грудь.

– Куда? Мы ещё перцы не обсудили.

Вжимает меня в себя и яростно целует. Скрещиваем наши пылающие и горькие языки.

Ааааа! Такое чувство, что мы сейчас загоримся оба. Мощь!

Животом ощущаю его эрекцию. Даже жалко его, я-то в последнее время получаю от него один оргазм за другим, а он на голодном пайке сидит.

Упаси боже, если Томке своей начнет названивать опять.

– Сделаешь минет? – выдыхает мне в ухо.

– Макар…

Только сама об этом думала, а теперь отнекиваюсь.

Потому что опыта в этом деле ноль.

Да и на работе же…

Он быстро запирает дверь на ключ, и, расстегнув брюки, садится в кресло. Его член торчит из белоснежных боксеров, такой привлекательный