Ирландский трон - М. Джеймс

— Макгрегор-сан. — Кайто обращается ко мне достаточно уважительно, и я встаю, склонив голову.

— Накамура-сан.

— Недавно я имел сомнительную честь познакомиться с вашим братом, — говорит он со смехом. — Вы совсем другой. Я это уже вижу.

Я хмурюсь, прищурившись, глядя на него.

— Лиам?

Кайто ухмыляется, с важным видом подходит к кожаному дивану и лениво плюхается на него. По тому, как Нобура поджимает губы, я вижу, что в его поведении нет ничего необычного, даже перед гостем.

— Он искал женщину. Пришел сюда в сопровождении Левина и какого-то священника.

Я чувствую, как у меня сжимается челюсть.

— И вы помогли ему, предоставив информацию, необходимую для поиска указанной женщины?

Улыбка Кайто расплывается в улыбке, но она не встречается с его глазами.

— Ты мне скажи.

— Достаточно. — Голос Нобуры резкий и чистый, он не повышается ни на октаву. — Кайто, будь уважителен к нашему гостю. Он старший сын важного дома.

— И все же его брат возглавляет королей, не так ли? — Темные глаза Кайто не отрываются от меня ни на секунду. — Должно быть, он нашел ту женщину. Ты выглядишь взбешенным при одном упоминании о ней.

— Вы очень много знаете о том, что происходит с нашим бизнесом в Штатах, — натянуто говорю я. Возможно, это была не та хорошая идея, о которой я думал.

— Мы считаем своим долгом быть в курсе деловых отношений всех других важных криминальных группировок, — осторожно говорит Нобура, затягиваясь сигарой. Пока Кайто был занят противостоянием со мной, Айя налила саке и выскользнула из комнаты. Теперь Нобура протягивает мне маленькую фарфоровую чашечку, изящно расписанную лесным пейзажем. Через мгновение он тоже вручает одну из них своему сыну.

— Я рад, что вы относите нас к числу важных семей. — Я слегка пригубил саке. — Это хорошее предзнаменование для того, о чем я пришел сюда поговорить с вами сегодня.

— Я бы хотел предупредить вас, что мы в якудзе редко заключаем союзы за пределами наших собственных домов, — осторожно говорит Нобура. — И даже тогда мы часто не в ладах. Но опять же, вы, конечно, это знаете. Вы старший сын своего отца.

— И все же его брат лидирует, — ухмыляется Кайто. — Вас долго не было. Что вы делали, Макгрегор-сан, пока все думали, что вы мертвы? Мы не задавались этим вопросом, — добавляет он небрежно. — Жизнь одного американского ирландца для нас ничего не значит.

— Учился прокладывать свой собственный путь. — Я снова обращаю свое внимание на Нобуру. — Накамура-сан, это правда, что мой брат по-прежнему занимает высокое место за столом королей. Но я работаю над тем, чтобы вернуть себе свое право по рождению. Я женился надлежащим образом и привез с собой своих людей из Лондона и альянса дублинских королей, а также альянсов с мафиозной семьей Романо и Виктором Андреевым…

— Все это прекрасно, — перебивает Кайто, залпом выпивая саке, вместо того чтобы потягивать его маленькими глотками, как это делали мы с его отцом. — Но что вы можете предложить нам такого, чего Лиам уже не может?

— Я только что сказал… — Мой тон мрачнеет, и Нобура бросает на меня взгляд, предупреждающий, чтобы я был осторожен в разговоре с его сыном.

— Кайто несдержан в своих формулировках, — говорит Нобура, — но он прав. Твой брат уже занимает кресло. Мы не заинтересованы участвовать в войне.

— Лиам один, — говорю я прямо. — Он удерживает место только потому, что отказывается уходить, и я предупредил любого, кто причинит ему вред, что я буду добиваться крови за кровь. Этот вопрос должен быть решен между ним и мной, и мы его уладим. Когда я займу это место, я хочу сделать это со всей силой, которую я могу предложить королям, и вернуть наследие моей семьи.

— Это все еще на грани гражданской войны в вашей организации, — говорит Нобура, качая головой. — Мы, якудза, знакомы с этим. У меня нет интереса участвовать в чьей-либо еще.

Я открываю рот, чтобы ответить, не желая пока сдаваться, но Кайто заговаривает раньше, чем я успеваю.

— Почему бы не править вместе? — Небрежно спрашивает он. — У тебя есть право первородства и больше знаний, у твоего брата есть желание и напористость. Я вижу по твоим глазам, что ты делаешь это по долгу службы, а не потому, что хочешь быть здесь или даже там. Так почему бы не объединить свои сильные стороны, а не разобщать их?

Я пораженно смотрю на Кайто. Переход от ленивой беспечности к проницательному допросу сбивает меня с толку, и я знаю, что он сделал это намеренно. Тогда мне приходит в голову, что, хотя его поведение и раздражает его отца, это похоже на притворство. Осторожный поступок, чтобы скрыть, насколько он проницателен на самом деле. И это работает. Меня одурачили, и мне интересно, скольких других так же одурачили. Интересно, недовольство им его отца тоже является частью этого поступка?

— Похоже, вы многое знаете о моей семье, — осторожно говорю я. — Но это предположение.

Кайто пожимает плечами.

— Я знаю твоего брата. Хорошо известно, что ты бросил королей, когда между тобой и твоим отцом была вражда. Твой брат держал их вместе в отсутствие вас обоих. — Он наклоняется вперед, ожерелья качаются, когда он пронзает меня своими проницательными черными глазами. — Твой брат — человек, полный страсти. Я помог ему, потому что уважал это. Человек, не желающий позволять другим отнимать у него то, что он любит. — Он откидывается на спинку дивана, снова раскинув руки. — Тебе не удастся победить так легко, как ты думаешь, Макгрегор-сан. Ты слышал историю о Хару Накамуре?

Я хмурюсь.

— Нет, не слышал.

— Конечно, — ухмыляется Кайто. — Американцев так мало волнует история кого бы то ни было, кроме их собственного происхождения. Даже тех, с кем они хотят вступить в союз.

Нобура бросает на сына предупреждающий взгляд.

— Простите грубость моего сына, Макгрегор-сан, — осторожно произносит он. — Он упоминает об этом, потому что эта история мало чем отличается от ситуации, в которой вы оказались сейчас.

Я смотрю на него.

— О?

— Мой отец не был старшим сыном в нашем клане, — медленно произносит Нобура. — Его брат, Хару, был. Однако мой дедушка решил нарушить традицию и передать роль кобунта моему отцу, а не Хару. Он чувствовал, что темперамент моего отца лучше подходит для лидерства, хотя у моего отца не было реального желания играть эту роль. Тем не менее, долг — это все для нас, и мой отец согласился. — Он делает паузу. — Я полагаю, вы можете предсказать, к чему это привело дальше.

Я киваю, но ничего не говорю, позволяя ему продолжать.

— Хару был обижен и разгневан тем, что его обошли. Он ждал, когда мой дедушка скончается, и когда мой отец официально стал мадекумичо, он напал со своими людьми. Между моим отцом и дядей была великая