Предай меня, если сможешь - Кира Владова

Пытка продолжается, пока не наступает необходимость мыть посуду после завтрака. Один контейнер к этому времени опустел, но Альвин притащил другой. Конца и края нет этим гусеницам!

У мойки ко мне присоединяется Джуми. Хватает одного взгляда на ее бледно-зеленое лицо, чтобы не задавать никаких вопросов.

— Мой медленнее, — шепчет Джуми.

Я не спрашиваю, почему. И так все понятно.

Но посуда, рано или поздно, заканчивается. И приходит очередь жареной саранчи, которую нужно очистить от крыльев. Кода наступает время обеда, мы с Джуми, не сговариваясь, бежим в туалет. Одна мысль о том, что нужно что-то съесть, вызывает тошноту.

— Ничего, — говорю я после. — Разгрузочный день — это полезно для фигуры.

Вторая половина дня проходит спокойнее. Мы моем посуду после обеда. Я смазываю маслом лепешки из тандыра. Перебираю самую обычную гречку. И запахи уже не раздражают: нос попросту перестал их различать. Я даже размышляю о том, должна ли я, как жена дракона, знать рецепты его любимых блюд. И прихожу к выводу, что, в принципе, справилась бы, ведь домашнюю еду не нужно готовить в таких количествах.

— Ты дура? — вздыхает Джуми, когда я делюсь с ней мыслями. — Принцессы не стряпают.

— Для Раду я приготовила бы даже жареных пауков, — вздыхаю я.

Джуми молчит, а после произносит:

— Не поверишь, но для Йона… и я постаралась бы.

Они ждут нас у входа в столовую. Раду и Йон, отчего-то серьезные и встревоженные одновременно. Йон первый нас замечает, а Раду первый делает шаг вперед.

Мы с Джуми переглядываемся и, взявшись за руки, поворачиваем в противоположную от них сторону.

— Иль! — растерянно окликает меня Раду.

Услышав его голос, я перехожу на бег, увлекая за собой Джуми.

Фальшивая забота и лживые утешения — это не то, чего хочется после такого тяжелого дня.

* * *

Радгар

Пытаюсь следовать за Иль, но Йон хватает меня за руку, удерживая на месте.

— Не надо, — говорит он. — Не будем навязываться. Они подошли бы, если бы хотели.

— Что за чушь! — возмущаюсь я. — Они обе пережили не лучший день. Мы поддержали бы их!

— Они не хотят нас видеть, — повторяет Йон. — Я их понимаю.

Мне нечего возразить. Я помню слова ректора. Мы с Йоном задели чувства Иль и Джуми. Иль уверена, что не нужна мне. И Джуми, наверняка, так же думает о Йоне. Они обижены на нас, это можно понять.

Но я был уверен, что после такого испытания Иль будет искать утешения, а не сбегать, сверкая пятками. Все же я плохо разбираюсь в людях.

— Может, попробуем с ними поговорить? — предлагаю я.

— Завтра, — говорит Йон. — Сегодня они не будут нас слушать.

— Ты дашь шанс чувствам?

Я удивился, что Йон составил мне компанию. Обычно он категоричен и не меняет решений.

— Нет, — отвечает он. — Шансов нет. Я хочу извиниться и объяснить Джуми, что дело не в ней, а во мне.

— Откроешься ей?

— Конечно, нет!

— А я хочу, — признаюсь я.

— Его величество…

— Хочу, — перебиваю я. — А не сделаю. Попробую поговорить с отцом, чтобы ускорить помолвку. Если он откажет, поступлю так, как хочет Иль.

— Чего же хочет Иль?

— Она хочет, чтобы я забрал ее у принца, — усмехаюсь я. — Придется подыграть. Я не желаю отпускать ее от себя ни на шаг.

Особенно теперь, когда я знаю о грязных играх драконов. Увы, но мой план не сработал: никто не заказал лягушачьи лапки. Я собирался было поставить отца в известность о том, что происходит в академии, но отмел эту мысль. Сообразил, что он может посчитать академию опасным для меня местом, и тогда я вынужденно расстанусь с Иль. Мы не увидимся, пока не закончится ее обучение. Такого я допустить не могу.

— Раду, у меня есть просьба… — говорит Йон.

Мы медленно идем к нашему общежитию. Никаких планов на вечер нет ни у него, ни у меня.

— Слушаю.

— Уверен, ты помиришься с Иленоре…

— Естественно.

— Пожалуйста, попроси ее не оставлять Джуми без присмотра.

— Ты о чем? — хмурюсь я.

— С нее потребуют долг.

Он говорит о мерзком соглашении, услуга за исполнение желания. И хотя глупая девчонка сама виновата, что подставилась, я понимаю его беспокойство.

— Как только Джуми получит сообщение от исполнителя, она сообщит о нем ректору, — напоминаю я.

— Раду, а как бы ты поступил на месте исполнителя? — спрашивает Йон.

— Ты в своем уме?! — возмущаюсь я. — Да я никогда…

— И все же, — перебивает Йон. — Просто представь. Ты отправил бы сообщение жертве, зная, что ректор его ждет?

— Я выкрал бы глупую девчонку, — нехотя произношу я, — дождавшись удобного случая.

— Ее накажут, — кивает Йон и сжимает кулаки. — Бесит!

— Охраняй ее, — предлагаю я. — Со мной ничего не случится.

Он одаривает меня угрюмым взглядом. Да, это не вариант. Йон — мой телохранитель, и серьезно относится к своим обязанностям.

— Тогда признайся Джуми в чувствах…

— Раду! — тихо рычит Йон.

— Ты не заботишься о ней, а лишаешь права выбора, — заявляю я. — Может, она предпочтет быть счастливой хотя бы недолго. Может, согласится ждать.

— Да кто бы говорил! Обманывать, как планируешь ты, лучше?!

— Лучше, — отрезаю я. — Да, Иль может обидеться, может не понять, почему я так поступил. Но я иду на риск, а ты попросту трусишь!

Мне кажется, Йон хочет что-то сказать, однако он тяжело переводит дыхание и замолкает, отвернувшись.

— Я присмотрю за Джуми, — тихо добавляю я. — И Иль попрошу не оставлять ее одну. Даже объясню, почему. Но ты не прав, Йон. Подумай еще.

Он медленно кивает, не поворачивая головы.

Я опять не могу уснуть, все мысли — об Иленоре. Добралась ли она до комнаты? И почему я не проследил! Чем она занимается? Отдыхает? Плачет? Проклинает драконов?

Отправляю короткое сообщение отцу: «Надо поговорить». И неожиданно получаю быстрый ответ.

«Что случилось? Можешь написать? Прости, нет времени на встречу».

Похоже, отец в хорошем расположении духа. Он игнорирует мои просьбы, если занят. И уж, тем более, не ведет переписку по зашифрованному каналу связи.

Что ж, я могу и написать.

«Когда объявишь о помолвке?»

«Еще не время».

«Когда?» — повторяю я вопрос.

«Так не терпится? — В его вопросе мне слышится смешок. — Ты и слышать не хотел о браке».

«Папа, когда? — настаиваю я. — Год? Два? Когда она закончит обучение?»

Я уверен, что он знает ответ.

«Потерпишь до конца года?»

Нет. Нет! Нет! Нет!

Но я не могу отказать отцу, когда он не приказывает, а просит. Он не стал бы откладывать помолвку без