Герой моих грез и кошмаров - Лана Ежова

   – Наш лорд, вообще, говорит мало,только то, что нужно знать нам в данный момент, -наставительно произнес носатый. - Оно и правильно: от обилия знаний голова пусть болит у начальства, не у нас.

   Шутил он с серьезным видом или по–настоящему так cчитал, я не поняла – слишком мало знакомы для выводов.

   – Как вы себя чувствуете? - спросила я молодую мать. - Идти сами сможете?

   – Да, - тихо ответила она, с легким страхом глядя на бесчувственного мужа. - Вы можете продержать его во сне, пока я с малышкой доберусь к родителям?

   – Мы можем и притопить его под шумок. – Бенджи почесал свой выдающийся нос. – Хотите?

   – Нет!

   – Что так? - Он прищурился. – Вернетесь к нему?

   Женщина поежилась.

   – Нет, ни за что! Но и смерти ему не желаю.

   – Вы в курсе, что можете пожаловаться на него? Супруг дoлжен защищать, а не увечить.

   Жертва семейного тирана печально вздохнула.

   – Доказательств нет. Пока носила его «сына», он не обижал меня. Я просто хочу развестись и жить с моими родителями.

   – Хорошо, это мы можем устроить, – кивнул Бенджи.

   Через несколько минут мы отправились к карете. Я несла новорожденную, Янош – мой кофр и поддерживал под локоть роженицу, носатый волочил за руки непутевого муженька, старательно выбирая одни кочки.

   Не ожидала, что есть те, кто не попадает в ловушку глупой мужской солидарности,и по-настоящему сочувствует пострадавшим женщинам.

   – Известно, кто и почему напал на мост? - осторожно спросила я.

   Хоть новые знакомые были полны радушия, чувствовалась некая неловкость, а может, мы просто все устали.

   – Вампиры, – отозвался целитель. - Я видел, что одного наемника лорд взял живым, но тот быстро умер.

   – Клыкастые дают клятву на крови,и она их убивает, но не позволяет назвать имя заказчика, -объяснил Бенджи.

   – Пострадавших и убитых много?

   – К счастью, нет, - ответил Янош. - Мы потеряли одного из преступников.

   Я всполошилась. Отца Χлои было жаль.

   – Кого именно? Мэра Подгорска или его племянника?

   – Молодого мага. Воспользовавшись суматохой, он бежал.

   – Скорее всего, в антимагических кандалах утонул в реке, - предположил Бенджи бессердечно.

   Я поспешила его разочаровать:

   – Лорд Грэхем водник, мог и уцелеть.

   – Стихия, да, его пощадит, - легкомысленно отозвался он, - но не зубастые рыбки.

   Почему-то мне казалось, что Бенджи ошибается, но я не стала спорить. Мне нравились мужчины из команды инспектора: вели себя по-свойски, как будто мы давно знакомы, но при этом не проявляли откровенного любопытства.

   Возле кареты собралось несколько боевых магов и Аламейский. Злой, как тысяча демонов, но все такой же притягательный. В черной одежде, взъерошенный, со сверкающими синими глазами, он окинул меня таким взглядом, что сердце екнуло.

   – Госпожа Ρутшер, где я велел вам находиться, пока идет бой?

   – Я была там, где нужна моя помощь.

   – Вампиры напали, какая может быть помощь?! – Αламейский смотрел на меня, как на сбежавшего из дома подростка. И радовался, что цела вернулась, и явно хотел отшлепать.

   – Помощь госпожи Ρутшер пришлась весьма кстати, - деликатно отозвался Янош. - Без второго целителя я мог и не справиться.

   – Она недоучка без диплома. Какая из нее целительница? – Неожиданный укор ударил в самое сердце,точно острый нож.

   Несправедливое обвинение, злое, хамское… У меня перехватило горло от обиды. Не ожидала я oт инcпектора подобного пренебрежения!

   Не желая больше выслушивать беспочвенные претензии, я молча поднялась в карету.

   – Зря вы так, мой лорд. Γоспожа Рутшер прекрасно справлялась с самыми сложными ранениями, -примирительно заявил Янош. - Не знаю, где она его приобрела, но опыт чувствовался немаленький.

   В военном госпитале приобрела!

   Озвучивать ответ я не собиралась – Аламейский в ярости, что нарушила приказ, и все равно не услышит. Я также не собиралась его ненавидеть – готова вытерпеть любое отношение, лишь бы помог устроиться в пансион Оливера.

   – Против вампиров никакой опыт не поможет, и ты знаешь, что они делают с захваченными женщинами, – отрезал Аламейский и уже роженице велел: – Чего стоите? Быстро в карету с ребенком!

   Пока моя невольная пациентка устраивалась, ласково воркуя над уснувшей малышкой, к открытой двери подошел Бенджи.

   – Эй, Джемма, – он поманил пальцем,и когда склонилась к нему, прошептал: – Не обижайтесь на лорда, он неплох. Просто безопасность женщин – его пунктик.

   – Почему? – Вопрос вырвался пpотив воли сам собой, ведь я и не собиралась интересоваться персоной инспектора. Что творится у него в голове, меня совсем не волнует и не касается.

   – Во время войны у лорда погибла любимая.

   Выдав чужой секрет, Бенджи поспешно ретировался.

   Откинувшись на спинку сиденья, я постаралась совладать с возмущением, рвущимся наружу. Погибла любимая... Я тоже потеряла возлюбленного во время войны, но это не повод бросаться на людей!

   Во сне Оливер безошибочно нашел меня и, довольно вздохнув, прижался к боку. Лил и Хлоя смотрели с жадным любопытством, но терпеливо молчали. Что ж, подождут, на рассказ нет сил.

   Чужое мирное сопение навевало дрему,и я устало прикрыла глаза. Боги, я так устала. Не только сегодня, а вообще по жизни.

   Я только на пару минуточек закрою глаза...

   Проснулась я, переполненная сил. И это сразу насторожило. Тело не затекло – я не сидела в карете, а лежала на узкой кровати. Повернулась – и она протяжно печально заскрипела.

   И где это я? Явно какой-то деревенский домик с низким потолком и стенами из потемневшего от времени дерева. В комнате я одна, но несколько своих кофров у стены узнала. Еще на соседней кровати, застеленной зеленым плетеным покрывалом, лежала шляпка Лил и летний синий пиджак Оливера. Моя семья неподалеку, отлично. Паника, не начавшись толком, завершилась.

   И все же, как я здесь оказалась? Настолько выложилась, что уснула и даже не почувствовала, когда меня перенесли на кровать?

   Потянувшись, обнаружила, что на мне не просто нет верхней одежды, но и вместо нательной рубашки