Аккорды сердца - Алёна Нова

─ А сейчас ты будешь хорошим внуком и поздороваешься со всеми, кому я тебя представлю, ─ лупит ба, пока девицы покидают свой кукольный пьедестал, а я наблюдаю, как Костя подаёт Нике ладонь.

─ Это ещё зачем?

─ За надом, ─ настойчиво тянет меня куда-то, а когда я снова ищу глазами сладкую парочку, их уже нет.

Твою мать.

***

─ И как это расценивать?

Он уводит меня прочь по коридору так стремительно, что я не успеваю ноги переставлять.

─ Как хочешь, ─ выдаёт сквозь зубы, крепко сжимая мою руку.

Этим вечером Константин Евгеньевич совсем иной. У него всегда была немного опасная аура человека, с которым можно и в огонь и воду, но сегодня он будто снял маску, и теперь он совсем не тот, кого я привыкла видеть.

─ Да погодите, ─ отчаянно торможу, едва не запинаясь о ковёр, в котором вязнут дурацкие шпильки.

Почти падаю, но меня ловят, и я оказываюсь в таких давно забытых объятиях, что на миг забываюсь, замирая, однако меня быстро приводят в чувства.

─ О чём ты думала, идя сюда? ─ держит крепко, пытаясь найти в моих глазах ответ. ─ Или так нравится выставлять себя перед богатыми ублюдками?

Ого.

─ Остановитесь, пока не наговорили того, чего не знаете, ─ выдыхаю со злостью и, наконец, освобождаюсь. ─ Я понятия не имела, что здесь будет происходить.

─ И как же твой… спутник, ─ его и без того острое лицо становится совсем хищным при упоминании Эля, ─ тебе ничего не объяснил?

Мне бы тоже не помешало знать, но почему-то хочется как-то оправдать сталкера, понять его мотивы.

─ Вас это не касается.

─ Да неужели?

─ Представьте. Вы потеряли право вмешиваться в мою жизнь, когда дали понять, что всё нужно прекратить.

И это до сих пор незакрытый гештальт. Я думала, что переболела, но дело даже не в том, как всё получилось между нами — просто чувство этой дурацкой незавершённости снова возникло, как только я встретила его в универе.

Он тоже явно вспоминает, как сообщил мне о том, что мы должны остаться просто учителем и ученицей, и что ко мне у него никогда не было ничего серьёзного, а потом свалил к невесте. Я поверила, ведь мы всегда верим в то, во что хотим верить, вот только боль оказалась слишком сильной.

─ Что? Нечего ответить?

Его одеколон по-прежнему всё тот же.

Его взгляд такой же, как пару лет назад, когда мы впервые поцеловались, но от этого только хуже.

Его близость уже не опьяняет так, как раньше — скорее, отравляет, и мне ясно, что этот вечер при любом раскладе для меня ничем хорошим не завершится.

─ Ты не представляешь, во что влезла, ─ устало качает головой, словно поймал меня курящей косяк прямо за школой, но я ведь ничего не сделала.

Добивает, что уже второй человек подозревает меня в каких-то преступлениях, о которых я ни сном, ни духом, и от этого я на самом деле начинаю ощущать себя преступницей.

Чем я такое заслужила?

─ Во что же? Просветите.

Осматривает нарочито-медленно, ведя глазами по телу, и мне тяжело выдерживать этот взгляд, однако ещё тяжелее слышать его слова.

─ Ты не похожа на эскортницу, ищущую покровителя, Ника. Так зачем тебе всё это нужно?

Да что за?

─ Если Вы намерены оскорблять меня, то я пойду. Они вряд ли обеднеют без ваших миллионов, ─ усмехаюсь, но меня хватают за руку, удерживая на месте.

─ Они не откроют двери до полуночи. Если бы у твоего мужчины не хватило денег, ты бы несколько часов безуспешно пыталась отсюда сбежать, но Эдер бы тебе не позволил. Запер бы тебя в номере и не выпускал до утра, а может, и дольше — его старший сын настоящий ублюдок. Правда ничего не знала?

Я нет, а вот Эль — да.

Он намеренно привёл меня, прекрасно зная, что может произойти, при этом, ничего не сделал, чтобы остановить Евгения Константиновича. Случайность или продуманный ход? А я как дура всё ещё верю ему?

─ Ника, ─ зовёт уже другим тоном, а я с трудом прихожу в себя, как после наркоза. ─ Я выведу тебя отсюда.

Кажется, дыхания опять начинает не хватать, но я держусь. Напоминаю себе сомнамбулу, потому что мир как будто замедляется, и даже говорить по какой-то причине не получается громко.

─ Почему? Почему он так поступил?

─ Забудь о нём, ─ почти приказывает, а я всё ещё пытаюсь осознать, как чуть не влипла. ─ Мы уходим.

─ Мои вещи…

─ Разберёмся. ─ Срывает с меня браслет, кидая его на пол, а после снова смотрит в глаза. ─ Проведи со мной этот вечер.

─ Потому что Вы меня купили?

─ Нет, потому что я спрашиваю тебя.

Именно этим они с Элем и отличаются. Тот не просит — он просто делает, а я в этот миг со всей чёткостью понимаю, почему сталкер так завладел моим вниманием. И это бесит, ведь он завладел моим вниманием. Засел в голове навязчивой мелодией, не собираясь оттуда вылезать.

─ Хорошо, ─ тихо роняю. ─ Для начала, я хочу уйти.

Без слов сжимает мою ладонь, продолжая движение и на ходу кому-то пишет.

Не знаю, о чём и с кем он там общается, но стоит спуститься на первый этаж, никто нас не задерживает — никого попросту нет вокруг, будто все вымерли. Мне на плечи опускается чужое тёплое пальто, и лишь когда мы оказываемся на свежем морозном воздухе, тревога немного отпускает.

─ Куда ты хочешь поехать? ─ спрашивают меня, едва мы добираемся до его машины.

А я ничего не хочу так, как быть подальше от этого места и лучше в одиночестве, подальше от очередного разочарования.

Но не только это занимает мысли.

Константин Евгеньевич так близко, что мне ничего не стоит его коснуться. Это иррациональное желание всё сильнее нарастает, стуча в ушах пульсом, пробуждая к жизни дурацкий порыв.

У меня секунда на раздумья, и я пользуюсь ей, подаваясь вперёд. Дотягиваюсь до чужих губ, едва замечая нахмуренные брови, но этого хватает, чтобы мужчина