Месть лавандовой феи - Ива Лебедева

Глотнув кофе, хозяин выпутался из одеяла, встал.

Его нижние штаны явно нуждались в чистке, но слуга поостерегся об этом говорить. Правильнее будет накормить господина, дождаться, когда он подобреет, и только после этого предложить смену одежды, разумеется, не заостряя внимания на несвежести носимых штанов.

— Что это? — скривился хозяин и отшвырнул пирог.

Рыбная начинка вывалилась на пол.

— Мой господин, простите, но другой еды действительно нет. Осталась крупа, но вы не любите кашу.

— Чтоб тебя… Сам ешь эту дрянь. Подай мне сюртук. Я буду завтракать в трактире.

Спорить слуга не решился, лишь намекнул:

— Господин, неплохо бы выдать кухарке денег, чтобы она закупилась на обед и ужин.

— Деньги будут днем, — отмахнулся господин и провел ладонью по щеке, укололся. — Проклятье, неси таз. Бриться надо. Сегодня я должен выглядеть прилично! Если дельце обстряпаем… больше я такой дрянью в жизни давиться не стану!

Мортин действительно поверил, что удача почти в его руках. Еще немного — и он ухватит эту своенравную птицу за радужный хвост. Жаль, что приходится идти на риск, но что делать, если папаша с мамашей в свое время плохо позаботились о своих детях? Были бы пошустрее да поразворотистее — и наследство оставили бы приличное. А не копейки, которые еще и пришлось делить с сестрицей.

О том, что сестрицыну долю он уже давно присвоил и проел, Мортин предпочел не вспоминать. Да и вообще, кто ей виноват, что сама дура? Дураков надо учить. Так что он, собственно, никого не грабил.

— Господин Палмер? — вдруг окликнул его кто-то возле самого трактира, куда Мортин направлялся, чтобы позавтракать. Здесь у него все еще был открыт кредит, и хозяин пока даже не заикался о том, что хорошо бы оплатить все съеденное и выпитое под запись.

— Вы кто такой?! — Столкнуться у заветного местечка с кредитором было бы неприятно. Лучше сразу отвадить.

— Поверенный господина де Алмейда к вашим услугам, господин Палмер. Прошу прощения за столь внезапное появление, и в качестве извинения позвольте угостить вас завтраком? У моего господина к вам некое щекотливое дело. Выгодное дело. И вам, и моему господину.

Думать на голодный желудок было тяжело. Мортин был далеко не самым удачливым человеком, но и невезучим себя обоснованно не считал, ведь с вложений каждый месяц капала скромная, но денежка. Чутье подсказывало, что поверенный может быть не тем, кем представляется.

Морти погладил себя по животу и решил, что позавтракать за счет проходимца прекрасная идея. Послать можно и после еды. Но и сразу соглашаться неправильно.

— Я не знаю вашего господина.

— Все верно. Мой господин прибыл из султаната. Вслед за госпожой Ильбер-Байан. Думаю, вы слышали о ней хотя бы краем уха.

— Продолжим за столом.

Отрекомендовавшийся поверенным кивнул и пропустил собеседника вперед, одобрил заказ. Мортин не постеснялся заказать самое дорогое и в количестве на пятерых, еще и слуге знаком показал, чтобы пошел к трактирщику и предупредил, что все несъеденное нужно будет упаковать. Это будет и обед, и ужин, и еда на весь день завтра…

Довольный собой, Мортин благосклонно кивнул на предложение попробовать султанатского гранатового вина со специями.

— За едой говорить о делах последнее дело, — поморщился поверенный.

— Согласен.

И если поначалу Морти был настроен послать проходимца, то теперь решил, что можно выслушать, прежде чем рассмеяться в лицо и отказать.

— Ну, какое у вас дело? — сыто отдуваясь, спросил он пятнадцать минут спустя. Гусь оказался хорош, давно такого жирного не ел, все экономил, старался не наглеть в долг и не злить трактирщика. — Пиво будете?

Пиво новый знакомый тут же заказал, спрятав усмешку в густые кавалерийские усы. Мортин окончательно подобрел спустя две кружки. Кажется, сегодня удачный день.

— Я слышал, господин Палмер, что у вас хорошая репутация в Земельном банке, — щедрый посланник некоего Алмейды начал издалека.

Мортин только бровями на него вопросительно двинул над третьей кружкой с пивом.

— Мой господин хочет иметь надежный сейф в этом банке. Но вы же знаете, это не так просто оформить, если ваши предки не жили на этой земле несколько поколений. Просто счет открыть — милости просят любого иностранца. Но фамильный сейф…

— И вы рассчитываете, что я дам рекомендательное письмо? — нахмурился Морти.

Он не слишком разбирался в особенностях оказания банками финансовых услуг иностранцам, но справедливо заподозрил, что рассчитывать на одно письмо… по меньшей мере глупо. Пусть иностранец этого не понимает. А поверенный что? Обманывает своего клиента? Тогда нужно требовать долю.

Но стоит ли подписывать бумагу? Подпись — штука такая, ее один раз поставишь и больше не вымараешь. Морти поежился, вспомнив, как однажды потерял весьма приличную сумму.

— Что вы! Боюсь, для банка и десяти рекомендаций не хватит, разве что личная виза его светлости. Но где господин де Алмейда — и где регент? Дело совсем иное. Дело вашей дальней родственницы в свое время было весьма громким, поэтому не тайна, что вы стали обладателем сейфа, арендованного ее предком на сто лет. Я хочу от имени своего владельца заключить с вами договор субаренды.

Глава 28

— Это вам дорого встанет, господин хороший, — после долгой ошеломленной паузы произнес Мортин и осоловело моргнул на остатки гуся в тарелке. Зря он пожадничал, теперь тяжелый желудок давил на голову и мешал думать.

— Уверяю, мой клиент не будет скупиться, господин Палмер, — кивнул поверенный. — Конечно, в пределах разумного.

— Ха! — Счастливый обладатель чужого наследства вскинулся. Он, признаться, давно считал эту часть присвоенного добра совершенно бесполезной и сильно досадовал, что деньги за аренду сейфа нельзя забрать, отказавшись от этой телеги без колеса. — Куда уж разумнее, господин хороший! Это ведь моя репутация пострадает, если ваш иностранец задумает использовать сейф в какой-нибудь афере! За какую-то мелочь вы предлагаете мне рискнуть своей репутацией и даже, возможно, законопослушностью?!

— Но ведь я еще не озвучил вам предложение своего клиента, — резонно заметил поверенный.

Мортин колебался.

С одной стороны, предложение явственно пахло аферой. С другой стороны, Морти хотелось денег. Он