Беру тебя в жены - Аманда Квик

У Эммы чуть не разорвалось сердце от спокойного, стоического отчаяния, прозвучавшего в голосе Джудит.

– Мне так жаль!

Джудит снова повернулась к ней:

– Вы сказали, что у вас от нее письмо?

– Позвольте мне объяснить. До недавнего времени я работала компаньонкой. Несколько дней назад я сопровождала свою хозяйку на загородный прием в Уэр-Касле.

Выражение лица Джудит стало напряженным.

– Именно туда в качестве платной компаньонки леди Уэр отправилась и Салли.

– Знаю. Получилось так, что мне отвели комнату, в которой до этого жила и она. – Эмма открыла сумочку и достала письмо. – Я нашла его за вышивкой. Оно адресовано вам.

– Святые небеса!.. – Джудит с трепетом взяла письмо и открыла так, будто боялась того, что там находится. Она быстро прочитала послание и подняла глаза – в них блестели слезы. – Простите меня, но теперь я точно знаю, что она умерла. Он ее убил!

Эмма похолодела:

– Вы хотите сказать, что Бэзил Уэр убил Салли?

– Именно об этом я и говорю. – Джудит сжала письмо. – И он никогда не предстанет перед судом благодаря своему богатству и положению.

– Но зачем ему совершать подобный поступок?

– Потому что она стала мешать, разумеется. Знаете, Салли была очень красивой. Она верила, что сможет справиться с Уэром. Я ее предупреждала, но она меня не послушала. Думаю, Салли позволила ему соблазнить себя. У нее был план, в который она меня не посвятила.

– А как вы думаете, что это был за план?

– Полагаю, она ему солгала, сказав, что беременна. Вероятно, обещала уехать, если он даст ей немного денег.

– Понятно.

Джудит посмотрела на письмо.

– Я уговаривала ее не подвергать себя такому риску. Но Салли была полна решимости спасти нас обеих от беспросветной нищеты. Как видно, Уэр пришел в бешенство и убил ее.

Эмма вздохнула. Логика Джудит не выдерживала никакой критики. Светским мерзавцам нет нужды прибегать к убийству, чтобы избавиться от неудобной любовницы. Они просто не обращают на них внимания. Было ясно, что Джудит настолько обезумела от горя, что почувствовала потребность обвинить в смерти Салли ее соблазнителя.

– Даже если Салли и была в связи с мистером Уэром, – мягко проговорила Эмма, – у него не было причин убивать ее, мисс Хоуп. Мы обе знаем, как это делается. Ему нужно было только уволить ее, когда она ему надоела. Что, судя по всему, и произошло.

– Но если он вышвырнул ее из замка, то где она? – гневно спросила Джудит. – Почему Салли не смогла отправить это письмо?

Эмма была в нерешительности.

– У меня нет ответов на ваши вопросы, но я могу сказать, что письмо – не все, что она оставила.

– О чем вы?

Эмма бросила взгляд в сторону двери гостиной, чтобы убедиться, что та закрыта. Тогда она быстро подняла юбки своего нового муслинового платья для прогулок и достала из одного кармашка туго свернутые банкноты и носовой платок и вручила их Джудит.

– Не понимаю… – Джудит, раскрыв рот, смотрела на купюры. Затем подняла непонимающий взгляд на Эмму. – Откуда у вас?..

– Тс-с!.. – Эмма многозначительно посмотрела на дверь. Из опасений, что экономка могла подслушивать у двери, она ближе наклонилась к Джудит и понизила голос:

– На вашем месте я бы ничего об этом не говорила.

– Но это же… целое состояние!.. – прошептала Джудит.

– Я нашла эти деньги и маленький носовой платок вместе с письмом. Очевидно, Салли хотела, чтобы эти деньги были у вас, Должно быть, ей их дал Уэр.

– Но…

Эмма выхватила платок из рук Джудит и развернула, открыв необычный цветок, вышитый пунцовыми и фиолетовыми нитками.

– Милая работа. Хотя такого цветка я не знаю. Интересно, не в оранжерее ли леди Уэр она его увидела?

Джудит как оглушенная смотрела на цветок.

– Салли вышила для меня целый сад платков. Она знала, как я люблю необычные цветы. Она всегда говорила, что однажды у нас будет настоящий сад с настоящими цветами.

– Понятно. – Эмма поднялась и возвысила голос до нормальной громкости, присущей обычной беседе. – Если вы меня извините, я пойду, мисс Хоуп. Сегодня в пять часов я со своим… э… женихом должна ехать на прогулку в парк.

Джудит медленно поднялась:

– Да, конечно. – Она проглотила стоявший в горле комок. – Мисс Грейсон, не знаю, как вас и благодарить.

– Не нужно благодарностей. – Эмма снова понизила голос:

– Мне только жаль, что с вами нет вашей подруги Салли, чтобы вы вместе могли поискать маленький коттедж.

– Мне тоже. – Джудит на мгновение закрыла глаза. – Моя чудесная, безрассудная Салли. Если бы только она меня послушала!..

– Полагаю, с вашей стороны было мудро посоветовать ей не влюбляться в мистера Уэра. – Эмма вздохнула. – Романтические отношения с работодателем – это всегда ошибка.

– Влюбиться в него? – Глаза Джудит расширились. – Что бы ни произошло в Уэр-Касле, уверяю вас, Салли никогда не любила Бэзила Уэра.

– Откуда вы знаете?

Джудит колебалась.

– Не вдаваясь в подробности, мисс Грейсон, скажу только, что Салли мужчин не любила. Совершенно невозможно, чтобы она получала удовольствие от романа с Уэром.

– Понимаю.

– Если она и позволила ему соблазнить себя, то только потому, что надеялась вытянуть из него побольше денег, когда их связь закончится. Она всегда говорила, что мы должны что-то сделать, чтобы изменить свою судьбу.

– И Салли добилась, чтобы у вас было достаточно денег. Как вы теперь поступите?

Джудит подняла взгляд к потолку. И впервые улыбнулась. Эта была слабая, очень печальная улыбка, но зато искренняя.

– Что ж, пожалуй, сообщу о своем увольнении.

Эмма улыбнулась:

– Что-то мне подсказывает, что именно об этом и мечтала Салли.

– Ты добился больших успехов, Эдисон. – Игнатий Лорринг передал Стоуксу стаканчик бренди и опустил свое похожее на птичий скелет тело в кресло с высокой удобной спинкой. – Разумеется, для этого у тебя было все необходимое. Такого ученика, как ты, никогда не было. Когда я думаю, как высоко ты мог бы подняться в рамках Великого Круга Ванзы…

– Мы оба знаем, что возможности Ванзы не смогли бы удовлетворять меня вечно, – отозвался Стоукс.

В комнате было удушающе тепло. Хотя день выдался солнечный и мягкий, в камине ревел огонь. Эдисон ничего не сказал по поводу жары. Вокруг шеи Игнатия был обмотан шерстяной шарф, словно он сидел не в своей библиотеке, а на улице и вокруг бушевала метель. На столике рядом с ним стоял маленький голубой флакон. Эдисон знал, что он содержит какое-то болеутоляющее. Возможно, настойку опия.