Моё прекрасное чудовище - Ная Геярова

– Кого они убили? – обреченно спросила я.

– Они уничтожили семью Салтьер.

Вот тут подо мной покачнулось кресло, намекая о моем желании как минимум рухнуть в обморок.

– Вашу… леди с портрета? – мой собственный голос казался чужим. Будто не я говорю, а какая-то древняя старуха.

– Шайра, – немилостиво подсказал Астеш. – Ее звали Шайра.

Я вскинула на него взгляд.

– Вот почему вы ненавидите меня?

Он приподнял бровь, и губы снова разрезала холодящая душу усмешка, злая и тоскливая одновременно.

– Я же говорю, что у меня к вам очень неоднозначные чувства. Вы слишком похожи на Шайру Салтьер.

В голове скользнула неприятная догадка.

– Поэтому вы не называете меня по имени?

Он едва слышно вздохнул.

– Боюсь, что не сдержусь и назову вас Шайрой. Это было бы болезненно для меня – назвать вас именем той, кого убил ваш отец.

Я бессильно откинулась на спинку кресла. Едва слышно прошептала:

– Чего вы хотите от меня? Поквитаться с дочерью убийцы вашей возлюбленной? Опозорить его род? Унизить? Заставить мучиться за вашу боль? У вас это почти получилось.

Взгляд Астеша стал задумчив.

– Изначально именно этого я и хотел. Но…

Я уже ничего хорошего не ожидала.

Он продолжал:

– Чем больше я о вас узнаю, тем более пугающим становится для меня ваше сходство. Пугающим и притягательным.

– Это чем же? – не удержалась я от невеселой иронии.

Он резко встал. Стремительно шагнул ко мне, протянул руку и сжал мой подбородок, заставляя смотреть в свои глаза. Минута, кажущаяся мне бесконечностью. Минута, во время которой я видела собственное отражение в синих шаенских глазах, где играли, плескаясь, магические искры. Пугающие магические искры.

Минута.

Потом отпустил. Отшатываться мне было некуда, и я просто вжалась в спинку кресла.

– Ваше сходство опасно, – произнес он, возвращаясь в кресло. Сел, зеркаля меня, откинувшись на спинку, и сложил на груди руки. – Дело в том, что… семья Салтьер была изгнана из государства шаенов. Именно поэтому она и попали в ваш мир.

– Они были изгнанниками?

– Да. Род Салтьер обладал очень редким темным даром. Они могли подчинять себе любую тварь сумрака. Любое темное заклятие повернуть против того, кто его нанес. Тьма была их родовой магией. Исключительная тьма.

– Но разве не все шаены?.. – напряженно начала я, пытаясь понять, к чему клонит господин.

– Нет, – оборвал меня Астеш, – далеко не все. Можно сказать, никто.

– И за это их решили изгнать? – все еще не понимала я.

– Уничтожить, – разнеслось по комнате пронзающим холодом.

– Целый род! – Я была искренне поражена. – Уничтожить целый род только потому, что он обладает какой-то там необычной магией? И никто ничего не сказал? За ваших… Салтьер никто не заступился? Это же бред какой-то.

Астеш тяжело вздохнул.

– К сожалению, страх иногда делает из людей настоящих зверей. И шаены – не исключение из правил. Род Салтьер был сильным. У отца Шайры было семь дочерей и трое сыновей. Это очень много даже для шаенской семьи. После полного вступления в силу они могли бы подавить власть государя. По Шаразару пошли поистине пугающие слухи. Представьте только… Что бы вы сделали, зная, что в любой момент в ваш дом могут ворваться твари сумрака и истребить всех по одному приказу некой семьи? Никто не встал на защиту рода Салтьер. Кроме того, большая сила – это еще и большая зависть. Им закрыли все пути, поставили магические барьеры. Тогда лучшие маги нашего мира первый и единственный раз собрались вместе по приказу государя Горда Харейцкого. Род Салтьер, согнанный в одно из их загородных поместий, держал осаду почти месяц.

Астеш прикрыл глаза. От меня не укрылось то, как он сжал кулаки. Веки задрожали. Голос стал глух.

– Когда от рода осталось всего несколько шаенов, я встал на колени перед государем. Я просил о милости к оставшимся. Умолял не уничтожать их. Оставить хотя бы детей и стариков. Я валялся в его ногах.

Горечь слов Астеша сизым маревом плыла по комнате. Горечь, которую можно было ощущать, осязать, чувствовать тяжелым биением сердца, в котором застыла боль. Его боль была ощутима физически. Она проникала в меня, передавая все, что так долго томилось и варилось в его искалеченной душе.

– И его величество позволил? – едва слышно спросила я, не в силах говорить, потрясенная услышанным.

– Да, – резко выдохнул Астеш. У него нервно дернулась щека. – Шрам на моем лице – вечное напоминание о событиях тех дней. След предательства короны. И роспись моего полного пожизненного подчинения государству. Его не вывести, не убрать никакой магией. После ночи переговоров государь смилостивился, приказав оставшимся покинуть пределы Шаразара навечно.

– И они ушли? – слова давались мне с трудом.

– Да.

«Шайра?» – вопрос не прозвучал – он висел в воздухе. Но Астеш услышал.

– Она была старшей дочерью лорда Дариана Салтьера. И ушла вместе с ними. В ночь. Без моего ведома. Когда я вернулся из замка государя, ее уже не было. Хотя я готов был дать Шайре убежище и сделать все, чтобы она осталась. Она могла опереться на покровительство моего рода, став моей… – Он откашлялся. – Женой. Отречься от тьмы и стать леди Райен, что навсегда стерло бы ее родовую принадлежность, но позволило бы жить. Нормально жить! Рядом со мной.

От всего услышанного у меня в горле стоял ком.

– Неужели вы не пытались ее вернуть?

Он горько усмехнулся.

– Пытался. Но на поиски ушло время. Я нашел их тропу и вместе с Хайном, наплевав на приказ государя, отправился за ней. – Взгляд Астеша был болезненно-усталым и пустым. – Мы не успели. Они перенеслись в ваш мир. Шли пешком, выплеснув последние силы на открытие портала и закрытие своего следа. А после столкновения с колдунами государства магия и так была на исходе. Я потратил слишком много времени на поиск их пути…

Внезапная тишина показалась мне пугающей, но перебивать я боялась. Молчала, ожидая, и Астеш снова заговорил. Резко, с дрожью в голосе.

– Я нашел пепелище. Их уничтожила гвардия Эсварии.

Его взгляд приобрел жизнь. Жутковатую, переливчатую и сине-черную, от которой хотелось убежать, спрятаться, лишь бы не видеть.

– Остатки рода Салтьер уничтожил тот, кого вы долгое время считали своим отцом, леди.

– Что значит – считала? – Мне показалась, что я ослышалась и Астеш так зло шутит.

– Вы не ослышались. Мало того, – он скупо бросал слова, – я уверен, что вы способны сложить два и два, чтобы понять. Ваше сходство, магия…

Обморок. Почему я не умею падать в обморок? Он бы мне сейчас пригодился. Потому что от этого потока ужасающей информации голова начала кружиться, а перед глазами заплясали темные искорки.

– Вы намекаете, что я?.. – выдавила, теряя голос.

– Вы шаенка, леди… – Он помолчал, а затем сухо произнес: – Киара.

Это стало для меня новым потрясением. Из уст Астеша мое имя звучало как-то… вызывающе резко. Но на этом наш разговор точно не