Принцесса и садовник - Ребекка Уинтерз

— Я не имела представления...

— То совещание было авантюрой. И когда ты убежала от него после круиза, я не мог спать по ночам из-за страха, что сделал неверный шаг. Дицо так нужна была помощь, что я дал ему ваучер на поездку в Афины и молился, чтобы ты была там. И кто-то наверху откликнулся. Можешь ли ты простить меня за то, что я причинил тебе столько неприятностей?

Реджина обвила его шею руками.

— Ты самый замечательный брат на свете! Если бы ты не сделал того, что сделал, я бы не стала его женой. Спасибо, дорогой брат. Помнишь, что говорил папа: «Самая большая любовь мужчины — это та, когда он отдает свою жизнь друзьям». А я бы сказала «Своей сестре». Я люблю тебя, Лукка. — Она поцеловала его в щеку.

— Я тоже, малышка.

— Я бы хотела попросить тебя кое о чем. Не мог бы ты отдать мне те фотографии?

— Они твои. — Он подошел к ящику и протянул ей конверт. Она вынула черно-белую фотографию, на которой она буквально висела на Дицо под окном фермы. Теперь Реджина точно знала, что сделает с нею.

— Спасибо. Теперь мне пора в клинику. Дицо не поверит, когда я все расскажу ему.

Однако сначала, до поездки к мужу, ей нужно кое-что сделать.

Дицо осмотрел больного котенка и выписал рецепт для его хозяина. Вышел в переполненную приемную, чтобы вызвать следующего. Надо было бы радоваться, что его ветеринарная практика так бурно развивается, но он не мог избавиться от тревоги — Джина еще не вернулась из дворца.

Теперь, после их медового месяца, он знал, что она любит его всем сердцем. Но старые страхи уходили с трудом. Он успокоится, только когда она легкой походкой войдет в дверь клиники.

Джина вернулась только днем, когда он готовился к удалению опухоли у бульдога. У нее был такой сияющий вид, что он простил ее за свои волнения. Она была одета в летний костюм дивного розового оттенка. Глядя на ее черные локоны и соблазнительный изгиб губ, он с трудом сдерживался, чтобы не накинуться на жену прямо здесь.

Она озарила его улыбкой и направилась в приемную.

Дицо считал секунды, пока последний пациент уйдет из клиники. Наконец он снял халат и пошел искать ее. Она осматривала своих питомцев в приюте. Он подошел сзади и обнял ее.

— Мне хотелось сделать это целый день, — пробормотал Дицо.

— А мне еще больше.

— Как мне ни нравится твой роскошный наряд, нас разделяет слишком много одежды. Поехали домой!

— Я говорила тебе, как люблю тебя и наш дом, наш рай? Ты сделал меня такой счастливой.

— Джина, — воскликнул он и снова поцеловал ее. — Мне потребуется целая ночь, чтобы показать свои чувства.

Она загадочно улыбнулась.

— Когда мы придем домой, я скажу тебе что-то важное.

Он опустил ей руку на ногу. Не мог устоять, когда она была рядом.

— У нас будет ребенок?

— Возможно. После Афин это более чем возможно. Но сейчас я говорю о другом.

— Нужно подождать?

— Да. Я хочу сказать тебе об этом за обедом, который специально приготовлю для нас.

У Дицо быстрее забилось сердце.

— Так вот почему ты приехала в клинику только после ланча. А я подумал, что ты захотела провести день со своей семьей.

— Я это знаю. Если ты не заметил, я страстно люблю некоего красивого сардинца и не могу долго находиться без него. Тебе понятно?

— Лучше, чем ты думаешь, красавица моя.

В квартиру она вошла сразу за ним.

— После того, как ты освежишься, тебя будет ждать обед на столе.

— Почему нам не сделать это вместе? — Он схватил ее и поцеловал в губы.

Она оттолкнула его.

— Потому что, если я поднимусь с тобой наверх, мы уже не спустимся вниз.

— В этом ты права. Я потороплюсь.

Реджина приготовила моллюсков с картофелем по рецепту его тети. Гвидо сообщил ей, какое вино любит Дицо, и она купила его. Когда он вошел в кухню, все было готово.

— Входи и садись.

— Что это? — Дицо взял подарок, который она положила около его тарелки.

— Открой.

Он разорвал бумагу.

— Тебе дал это Лукка?

— Я попросила его.

— Зачем?

Она глубоко вздохнула.

— Если ты начнешь сомневаться во мне, хорошенько посмотри на эту фотографию. Эта женщина отчаянно держится за тебя. Влюбленная женщина, которая хочет отдать свою любовь тебе, Диноццо Форнезе. Это видно с первого взгляда. Дицо прижал фотографию в груди.

— А какую еще важную вещь ты хотела сказать мне?

— Мой брат беспокоился, правильно ли он поступил, позволив нам пожениться.

— Я знаю. Он говорил мне.

— Ты знал? — в шоке воскликнула она.

Он вышел из-за стола, поднял ее со стула и обнял.

— Я понял это после того, когда ты ушла из оранжереи в тот вечер. Когда Лукка поблагодарил меня за то, что я не воспользовался тобой. Он тогда сказал: «Если я могу что-нибудь сделать для тебя, только попроси». Потом он сказал, что твой отец хотел, чтобы я работал ветеринаром в Савоно. Вот тогда я начал понимать, что он, возможно, на моей стороне и старается мне помочь.

— Лукка всегда хотел быть твоим другом.

Дицо кивнул.

— Я действовал в соответствии со своей интуицией, желая увидеть, к чему это приведет. К моей радости, он предложил мне тебя на золотой тарелочке. Мне не надо было даже ни о чем думать. Я схватил тебя обеими руками.

— Дицо...

Они прижались друг к другу. Ему пришлось поддержать ее ослабевшее от чувств тело.

— Я так плохо вела себя...

Дицо наградил ее крепким поцелуем.

— Это я сделал тебе больно, отвергнув перед Луккой, но я знал, что не могу оттолкнуть твоего брата. Он — король, и у него были все карты на руках.

Она подняла голову и посмотрела в его темные глаза.

— Ты бы не оставил меня, даже если бы мы не поженились?

— Я пытался уйти от тебя на один день и вернулся через двадцать четыре часа. Лукка знал, что я не могу быть вдали от тебя.

— А я узнала об этом последней. Твоя бабушка имела полное право быть недовольной мною... Слава богу, мы помирились перед тем, как я уехала с Сардинии.

Дицо внимательно посмотрел на нее.

— Что произошло между вами? Она так и не сказала мне.

— Я покажу тебе. — Реджина взяла сумочку, вытащила пакет с фотографиями и протянула их Дицо. — Я подарила ей свою любимую, где ты со своей мамой. Она поняла, что ты — моя жизнь.