Любовь всегда права - Дженни Лукас

Поэтому он воспользовался предстоящей сделкой как предлогом, чтобы дистанцироваться от жены.

Войдя в ванную комнату своего кабинета, он почистил зубы и мрачно посмотрел в зеркало. Под глазами у него были темные круги от стресса и недосыпа. Он скучал по Холли. Он скучал по сыну. Он хотел быть дома.

Ему снова и снова приходилось напоминать себе, чтобы он держался от них подальше. Потому что если Холли влюбится в него, то рано или поздно потребует, чтобы он ответил ей взаимностью. Когда он не сможет, она попросит развода. Это уничтожит их семью.

А может, она и не станет просить развода. Но это будет хуже. Она будет навечно поймана в ловушку молчаливого отчаяния.

Быстро побрившись, он старался не смотреть на свое отражение в зеркале. Выйдя из ванной, Ставрос резко остановился. В центре кабинета его ждала жена.

– Привет, – сказала Холли, держась за ручку детской коляски.

– Привет, – ответил он потрясенно.

В тот единственный раз, когда она посетила здание «Миноса» после их свадьбы, он был слишком занят, чтобы разговаривать с ней.

– Что ты здесь делаешь, Холли?

Она опустила голову.

– У меня поблизости будет встреча. Николь пригласила меня на чашечку кофе. – Она застенчиво улыбнулась. – По очевидной причине.

Очевидной причине? Что она имела в виду?

И тут он вспомнил.

– Чтобы поблагодарить тебя?

– За что?

– За десять миллионов.

Лицо Холли ничего не выражало.

– О чем ты говоришь?

Ставрос нахмурился. Если его финансовый подарок кузену не был очевидной причиной, то что же она имела в виду?

– О ренте, которую я назначил.

Ее губы приоткрылись.

– Ты даешь Оливеру деньги?

– Не волнуйся, – заверил он ее. – Контракт абсолютно прозрачен. Он просто получает миллион вперед, и за каждый год, пока они оставались женатыми, он будет получать еще по одному миллиону. Но только если Николь будет каждый год подписывать заявление, что он делает ее счастливой.

Холли выглядела потрясенной.

– Ты платишь Оливеру за то, чтобы он оставался женатым на моей сестре?

– Только первые десять лет, – смущенно ответил он. Почему Холли так расстроилась? – Я знаю, что ты не можешь быть счастлива, если люди, которых ты любишь, не счастливы. Эти деньги для меня – гроши. Так что я обо всем позаботился.

Ее лицо выражало недоверие.

– И ты думаешь, что, заплатив этому жиголо за то, чтобы он оставался женатым на моей сестре, ты обеспечишь ее счастье?

– А разве нет?

– Любовь – вот что создает брак! А не деньги!

Ставросу не нравилось, куда клонится этот разговор. Скрестив руки на груди, он напряженно произнес:

– Я скажу своему адвокату, чтобы он аннулировал ренту. Это все?

– Нет, это еще не все! – Ее прелестное личико в форме сердечка было бледным, она вздернула подбородок. – А почему ты вчера не пришел домой?

Мысль о том, чтобы причинить ей боль, вызывала у него тошноту. Это его разозлило. Он пристально посмотрел на нее.

– Я заключаю очень важную сделку. Тебе это известно. А сейчас прошу меня извинить, мне нужно идти.

– И это все, что ты можешь мне сказать? После того, как тебя не было всю ночь? Ты даже не написал мне сообщение.

– Холли, я работаю. Прости, что не позвонил. А теперь, пожалуйста, пропусти меня.

Она глубоко вздохнула.

– Ставрос, нам надо поговорить.

Сейчас ему меньше всего хотелось с ней разговаривать. Почему она не может понять намек на то, что он не хочет и не заслуживает ее любви? Неужели он должен был объяснять ей это по буквам?

Ставрос презрительно кивнул в сторону дивана, на котором проспал несколько неуютных часов.

– Неужели ты думаешь, что я был здесь всю ночь с какой-то другой женщиной? Ты считаешь, что я такой же, как все Миносы?

Ее прекрасное лицо побледнело, потом покраснело.

– Ты не должен быть таким жестоким, – прошептала она.

– Послушай, если ты мне не доверяешь, то почему мы вообще женаты?

Скрестив руки на груди, она посмотрела на него.

– Да, но почему тогда мы с Фредди тебя почти не видим?

Ставрос посмотрел на часы. Переговоры уже начались. Если он не поторопится, это может стоить его компании миллионы долларов.

– Мы поговорим сегодня вечером, – прорычал он.

– Ну да. Да, конечно. – Она слегка покраснела, выглядя мило застенчивой. – Я с нетерпением жду сегодняшнего вечера. Ты придешь домой пораньше?

– Вряд ли, – коротко ответил он, удивляясь, почему она так обрадовалась его возвращению домой сегодня вечером, ведь они обязательно поссорятся и он скажет ей в лицо то, что она уже должна была знать, – что он никогда не полюбит ее. – Мне пора идти.

– Ну ладно. – Она подошла ближе, на лице застыли надежда и страх. – Я хочу тебе кое-что сказать. Очень важное. – Но когда она посмотрела на него, что-то заставило ее изменить выражение лица, отступить. – Впрочем, не важно. Увидимся позже.

Она развернулась и убежала из кабинета с ребенком.

Ставрос с облегчением выдохнул. Возможно, он ошибся. Холли в него не влюбилась. Она была слишком умна, чтобы отдать свою любовь мужчине, который этого не заслуживал.

Выйдя из кабинета, он рявкнул одному из своих помощников:

– Позвоните моему юристу. Я хочу, чтобы сделка с моим кузеном была немедленно расторгнута.

Он не замедлил шаг, чтобы услышать ответ. Потому что если болезнь чему-то и научила, так это тому, что жизнь коротка. Важные вещи нужно делать сейчас, потому что неизвестно, наступит ли завтра.

И, заглушив все эмоции в своей душе, Ставрос поспешил в конференц-зал, где его ждали переговоры по миллиардной сделке.