Свадьба Эмбер - Сара Вуд

- Джейк, ты говоришь, что хочешь разобраться в родстве Джинни с Винсентом. А мне кажется, что у тебя есть другие интересы. Поэтому ты лгал мне, может быть, во всем.

- Ну вот! - зло сказал он. - Винсент уже заморочил голову Джинни, а теперь и ты сомневаешься во мне.

- Скажи наконец, какие у тебя мотивы, и предоставь мне самой судить обо всем. Если Винсент - мой отец, - отчетливо произнесла она, - как же быть с тем, что, по-твоему, он убил твою жену и ребенка?

- Мою жену? - Джейк казался сбитым с толку.

До чего же хитрый, подумала Эмбер, он бы провел и святую инквизицию.

- Я говорю о Каролине.

Его удивление только возросло.

- Но она не была моей женой. Что за странные мысли!

- Каролина Кавендиш, - с ударением произнесла она. - Не притворяйся, Джейк, ее имя было на картине.

- Но это вовсе не означает, что она моя жена, - спокойно повторил он. - Каролина была моей сестрой.

- Твоей сестрой?! - нетвердым голосом переспросила Эмбер. - Но ты же говорил, что у тебя нет ни брата, ни сестры.

- Теперь нет - из-за Винсента Сент-Оноре.

- О, Джейк... - печально отозвалась она.

- Каролина была моей старшей сестрой. Но во многих отношениях она была младше меня. Мне нравилось опекать ее, защищать. - Его взгляд затуманился.

- Прости, - пробормотала Эмбер.

Он подошел к ней, положил руку ей на колено.

- Понимаешь, с самого первого раза, как ты о ней заговорил, я думала, что вы были любовниками.

- А почему же ты не спросила? Мне и в голову это не приходило. Прости, Эмбер, но откуда такая странная идея?

- То, как ты говорил о ней, думал о ней... И потом, когда я увидела портрет... она так прекрасна...

- Да, - сказал он странно напряженным голосом.

- Джейк, теперь я понимаю, почему ты так зол на Винсента. Но я беспокоюсь. Здесь есть что-то еще, что заставило тебя везти меня через полмира, в эти места, - что это?

- Справедливость.

Да, ее опасения подтверждались. Она печально сказала:

- А может, эта твоя справедливость - месть?

- Эмбер, - сказал он, - ты думаешь, я могу стерпеть, что Винсент и Джинни живут во лжи? У нее нет прав на плантацию. Это касается всех членов семьи Сент-Оноре, и они рассчитывают на меня.

- Да, конечно, - вспомнила она. - Ты ведь встречался вчера с Паскалем и его матерью.

Ей было странно думать, что у нее могут быть здесь родственники. Странные люди и странная земля, на которой они живут, со своими странными обычаями, с кровной враждой и семейными тайнами, как в средневековье.

Джейк сжал ее ладонь, будто понимая, что творится у нее в душе.

- Паскаль очень красив, голубоглазый блондин, атлетически сложенный, но сначала он был настроен очень враждебно. В конце концов мы поладили, - добавил он, - возможно, благодаря его жене, Мэнди. Она сейчас ждет ребенка. Она очень доброжелательна, они, кажется, счастливы вместе.

Эмбер спросила:

- А как насчет матери Паскаля, сестры Винсента?

- Сюзанны? - Глаза Джейка сузились. - Она безумно носится с Паскалем и ненавидит своего брата. Даже имени его слышать не желает.

- Да? - Ее голос дрогнул. - А ты сказал им обо мне?

- Я сказал им, что уверен в том, что дочь Винсента - это ты. Для Сюзанны это было потрясение. Мне показалось, она знает, что претензии Джинни будут опровергнуты.

- И Сюзанна надеется на наследство? - закончила его мысль Эмбер. - Но ведь Винсент может оставить все какому-нибудь другу или даже кошачьему приюту.

- Винсент никогда такого не сделает. Он потомок старинного французского рода. Он гордится своими предками и озабочен отсутствием наследника. Он оставит «Бо Риваж» только тому, в ком течет его кровь, прежде всего, конечно, своему ребенку.

Джейк имеет в виду ее! Но это было бы ужасно.

- Почему ты так уверен в этом?

Джейк легонько дотронулся до медальона на ее шее.

- Портрет в твоем медальоне - фотография жены Винсента. Вчера я видел газетную вырезку с их свадебным фото. Никаких сомнений, Эмбер.

- Ну, тогда мы должны поговорить с самим Винсентом, - нервно сказала она.

- Незачем.

- Да, но этот человек, возможно, мой отец! - вскричала Эмбер. - К сожалению. Как бы я хотела, чтобы моими родителями были Энгус и Элизабет и чтобы я никогда не слышала о Винсенте Сент-Оноре. - Ее глаза наполнились слезами.

- Дорогая, он даже не станет нас слушать. Надо ждать результатов теста Джинни.

- Я не могу ждать, мне надо его увидеть! Я покажу ему медальон и поведаю свою историю. Посмотрим, что он на это скажет! О, пожалуйста, Джейк, давай покончим с этим немедленно, - умоляла она.

Надо сделать это прежде, чем я передумаю, до того, как Джейк заберет меня домой и я забуду про существование и «Бо Риваж», и Сент-Оноре, лихорадочно размышляла она.

Пауза затянулась. Потом он нехотя сказал:

- Хорошо. Если ты действительно этого хочешь...

Путь через горы был очень тяжелым. А тут еще тропический шторм. Джейк едва разбирал дорогу, хотя «дворники» работали беспрерывно.

- Сто шестьдесят дюймов осадков в год, - прокомментировал он погоду.

- Все выпало сегодня, - добавила Эмбер.

Странным образом разбушевавшаяся стихия вызвала у Эмбер душевный подъем. Это было гораздо увлекательнее, чем то, что пришлось пережить за последнее время. Джейк отличный водитель, человек, на которого можно положиться.

Наконец Джейк сказал:

- Смотри, радуга! Ненастье проходит.

- Две, три... о, я насчитала четыре радуги, какая красота!

- Красота. Давай передохнем.

Он остановил машину.

- Ты, наверное, совсем вымотался за рулем. Достань еду, которую Ипполита дала нам в дорогу. Банановые лепешки и цыпленок в чесночном соусе. Я съем это, если ты не возражаешь.

- Что, банановые лепешки?

Он окинул ее многозначительным взглядом.

- Нет, чеснок.

Эмбер порозовела. Она наклонилась и взяла кусочек цыпленка. Он последовал ее примеру, но тут же отложил цыплячью ножку и потянулся к ней, прикоснувшись ладонью к ее щеке. Она хотела было сказать что-то, но его губы встретились с ее губами, и она забыла обо всем. Это был нежный и в то же время настолько эротичный поцелуй, что внутри у нее все растаяло. Она чувствовала требовательный зов прильнувшего к ней тела. В объятиях Джейка Эмбер ощущала себя в безопасности от всего, способного ранить ее сердце. Его руки гладили ее тело, расстегивали пуговицы блузки.