Бизон и Радуга - Татьяна Богатырева

– Иди сюда, моя прекрасная леди.

Я шагнула к нему, даже не успев подумать. Просто ноги сами послушались его, вперед мозгов. Мозги бы и не включились вовсе, если бы между мной и Джеем не оказался мой телефон. И откуда он тут взялся? В Темзу его, в Темзу!

– Тебе идет моя футболка, – шепнули мне, отводя мою руку с телефоном куда-то к столу. – А еще ты великолепно смотришься в моей постели.

Следующему раунду сексуального марафона помешал банальный звон чашки, на которую наткнулась моя рука с телефоном.

– Упс. Чуть не утопили, – без капли раскаяния сказал Джей, вынимая телефон из моей безвольной руки…

Нет. Пытаясь его вынуть, но наталкиваясь на мое сопротивление.

– Ты обещал мне горячего чаю, мистер Бизон.

– Горячего чаю?.. – Он насмешливо поднял бровь и чуть-чуть, едва заметно, повел взглядом вниз. Туда, где красные перчики на фартуке очень выразительно топорщились. – Уверена, что именно чаю, мисс Рейнбоу?

Я была уверена, что очень хочу задрать на нем этот чертов фартучек и взять то, что мне предлагают. Вместо чертова телефона, да покроется он илом на дне Темзы. Но я же рыжая, да? И как все рыжие – упрямая дура.

То есть это сейчас я понимаю, что дура. Как всегда, задним умом.

– Чаю и еще кое-чего. После чаю.

– Буду расценивать это как заявление о намерениях, мисс Рейнбоу. – Мне чопорно поклонились и отодвинули стул. – Вам с медом? С вареньем?

– И можно без хлеба… – заглядевшись на сильные руки, наливающие чай в тончайшую белую с зеленым чашку, машинально ответила я.

Я говорила, что у него изумительные руки? Изящные для его роста запястья, длинные пальцы с ухоженными ногтями, светлая кожа, покрытая золотистым пушком, в верхней части предплечья переходящим в этакую мягкую шерстку. Так и тянет потрогать! И шерстку, и совсем светлую полоску кожи на запястье, там где он носит часы.

Странно, сегодня я не видела на нем часов… Божечки, о какой ерунде я думаю, дура влюбленная!

– Какого цвета у тебя глаза? – внезапно спросил он.

Я вздрогнула и подняла на него взгляд.

– Голубые. Кажется.

– Голубыми они были вчера. А сегодня – зеленые… или синие?

– Желтые, – усмехнулась я, приходя в себя. – Как у всякой уважающей себя ведьмы. Кстати, мистер Бизон, мне нужен номер твоего счета и название банка.

– Оу… вот так сразу? Мисс, вы не теряете времени даром! – отшутился он почти без задержки. Разве что в его синих, определенно и безусловно синих, глазах мелькнуло нечто жесткое и хищное.

– Вы успешно отвлекали меня целый час или даже два, мистер Бизон. Но у вас на Уолл-стрит разве не принято сначала закончить с делами, а потом уже пить чай? Я не люблю быть должной, Джей.

– Рейнбоу, забудь, – слегка поморщился он. – Это была не ссуда, а дружеская помощь.

– Отдам – и забуду.

– Рейнбоу, – он нахмурился сильнее, – если тебе не нужны эти деньги, отдай их на благотворительность. Я не привык забирать свои подарки.

Черт. Кажется, у нас случилось первое непонимание. Как-то быстро и не вовремя. Впрочем, лучше сейчас, чем когда я придумаю имена нашим шести детишками.

– Я тебе очень признательна, Джей. Ты в самом деле очень меня выручил. Но я не хочу брать у тебя денег. Черт, ты же сам говорил, что вложил все в свои операции.

– Не беспокойся о моих финансах, – он расслабился, найдя причину моего отказа. Неверную, но он-то пока об этом не знает. – Я еще не докатился до того, чтобы продавать фамильные драгоценности.

– А у тебя они есть?

Я невольно опустила взгляд на чашку, которую сжимала пальцами. Полупрозрачную, явно дорогущую чашку из костяного фарфора. Возможно, антикварную. Как ни странно, Джей настолько естественно смотрелся в окружении всей этой роскоши, что я почти забыла – он здесь только гость. Как и я.

Перехватив мой взгляд, Джей тоже посмотрел на чашки. На миг на его лице отразилось нечто… странное. Словно он ненавидел эти чашки. Но странное мелькнуло и исчезло, а Джей криво усмехнулся и глянул мне в глаза.

– А это важно, Рейнбоу? Если у меня нет ни драгоценностей, ни титула, ни семейного бизнеса, ничего?

Я медленно покачала головой.

– Нет. Важно другое. То, что у тебя тут, – я коснулась пальцами его виска, – и тут, – следом я коснулась его груди там, где билось сердце.

Джей накрыл мою руку своей, аккуратно перехватил в ладонь и поднес к губам.

– Я говорил, что ты похожа на счастье, Рейнбоу?

– Ты бессовестно мне льстишь, мистер Бизон.

– Впервые встречаю девушку, которая жаждет расстаться с дареными десятью тысячами, тем более когда они тебе явно нужны. Почему, Рейнбоу?

– Потому что для меня важнее не быть должной. Не хочу, чтобы это выглядело, будто ты мне платишь.

Не знаю, что я сказала не так, но Джей мгновенно заледенел. Так, будто я его оскорбила в лучших чувствах.

– Не думал, что для тебя это выглядит именно так, – сказал он, отпуская мою руку.

– Прости, Джей. Я не хотела тебя обидеть, просто… не хочу зависеть…

Я мысленно хлопнула себя по губам, но поздно. Не стоило этого всего говорить. Мужчины иногда так странно реагируют на все, кроме «да, мой повелитель» и «конечно, мой повелитель». Жаль, что Джей в этом плане ничуть не отличается от Кисы. Чертовски жаль.

– Не стоит извиняться, Рейнбоу. Раз ты готова принимать что-то только от своего мужа, это твое право.

Я хотела спросить, причем тут вообще Киса, но вовремя прикусила язык. Молчание – золото. И безопасность. Ну и Мак же наверняка рассказал Джею в подробностях, как я торговалась с Кисой за каждый пенс. Это же нормально, что Джей хочет помочь. Ненормально отказываться. Наверное. Просто… просто я не могу иначе. Не хочу. Хватит того, что я во всем зависела от Кисы. С Джеем такого не повторится.

Даже если на этом все закончится.

Мгновение я смотрела ему в глаза и не видела там ничего, кроме льда. Синего, острого льда. А через мгновение Джей поднялся.

– Принесу телефон. Я не из тех монстров, которые помнят номера счетов наизусть.

Я старалась не смотреть ему вслед, чтобы не разреветься. Нельзя мне реветь. Линзы смоет, и я опять останусь слепой курицей. Не реветь, я сказала! Ом мане падме хум…