Нет тебя прекраснее - Донна Кауфман

— У тебя грустный голос.

— Я сказал всего одно слово. У тебя хороший слух.

— Еще у меня золотые руки. Тебе бы сейчас не помешал массаж.

Тело требовало принять это предложение, но разум отклонил его.

— Послушай, Эрин…

— Да, я слышу, тебе нужен отдых. Давай завтра встретимся у Джимми?

Она ни о чем его не расспрашивала, хотя наверняка умирала от любопытства. Брейди оценил это.

— Хорошо. Утром созвонимся еще раз, договоримся точнее.

— Отлично. — После небольшой паузы Эрин снова заговорила: — Я обещала себе не говорить об этом по телефону, но все-таки… Я знаю, у тебя тысяча причин, почти все убедительны, чтобы не продолжать наши встречи. Но… план не сработал.

Если бы Брейди так не нервничал, его бы рассмешило то, с каким трудом она находила слова, чтобы охарактеризовать их отношения.

— Ага, план…

Сердце Брейди замерло. Она с ним расстается? Конечно, вовремя, но…

— Да. У меня не получается оставаться холодной и беспристрастной.

— Ты хочешь сказать, пришла пора расстаться?

— Нет! — почти крикнула Эрин. — Я просто не могла не сказать тебе об этом.

Внезапно Брейди почувствовал прилив энергии.

— Значит, мы будем встречаться дальше, но… не по плану? — Он не хотел ее дразнить, просто мысли путались в голове.

— Ты начинаешь меня раздражать.

— Тогда почему ты веселишься?

— Я не веселюсь. Просто… немного улыбаюсь.

— Так-так. Я хочу еще послушать о том, чем мы займемся не по плану.

— Будешь много разговаривать, я тебя накажу.

Брейди нравилась эта словесная игра. Усталость окончательно покинула его. Как он раньше мог жить без Эрин?

— Ты сказала, из тысячи причин, чтобы нам не встречаться, почти все убедительны. А какие не убедительны?

— Те, которые говорят, что если есть преграды, то не стоит пытаться их преодолеть.

— Ты так легко говоришь об этом. Предлагаешь отнестись к нашим с тобой отношениям серьезно, со всеми вытекающими последствиями. Это плохо. В любую минуту мне надо быть готовым к тому, что я потребуюсь на работе, и никогда не известно, как долго буду там нужен. Это серьезная преграда, Эрин, а не моя прихоть. Я не хочу, чтобы мы попали в печальную статистику.

— Но, может быть, ты все-таки будешь доверять мне?

— То есть?

— То есть я достаточно разумна и понимаю, что в твоей профессии семья всегда вынуждена уступать интересам работы. — Эрин дала ему секунду подумать и продолжила: — Ты говоришь, что видел, как разрушаются семейные отношения у коллег. Неужели у всех?

— Нет, но…

— Но ты не хочешь попробовать? И готов всю оставшуюся жизнь сомневаться, не была ли я права?

— Я очень не хочу ссор между нами.

— Я тоже не хочу.

— Как ты можешь гарантировать, что их не будет?

— Я не могу. Но мы уже не дети и можем попытаться избежать их. Я могу обещать тебе только одно — что я всегда буду честной с тобой. Если я не буду справляться, то скажу тебе об этом, и мы вместе найдем правильное решение.

— Я начинаю понимать, почему ты преуспела в своем бизнесе.

— Для меня это нелегкие переговоры, О'Киф. Но я жду от тебя согласия. Я тебя убедила?

— Да.

Брейди был готов поклясться, что слышал, как она еле слышно произнесла: «Слава богу». В этом была вся Эрин — внешне твердая и несокрушимая, как скала, а внутри — очень нежное и ранимое существо.

Брейди ушел от Эрин в пять утра. Пейджер этой ночью не звонил. Эрин собиралась предложить ему в следующий раз принести к ней сменную одежду.

Она вошла в свой кабинет, улыбаясь и пританцовывая. Подойдя к столу, опустилась в кресло и немного поерзала, устраиваясь поудобнее. «Суперполицейский, супермужчина», — пробормотала она. Вот это была ночь! Джина заглянула к ней в кабинет.

— Мм, ты выглядишь весьма довольной жизнью. Или детективом? — Она присела на краешек рабочего стола. — Рассказывай.

— Знаешь ли, если будешь совать свой нос в чужие дела…

— Не переживай, у меня есть запасной. Расскажи мне все. Судя по твоему лицу, это презабавная история.

— Джина…

— Эрин… — Джина громко вздохнула. — Знаешь, меня вчера бросил Джереми, а ты можешь какой-нибудь подробностью поднять мне настроение.

— Какой Джереми?

— Тот самый. Рассказывай.

— Ты знаешь, среди мужчин встречаются и достойные экземпляры.

— Боже, она влюбилась.

— Я этого не говорила!

— Мне не надо об этом говорить, подруга.

Эрин задумалась.

— Я еще не влюбилась, Джина. Пока еще.

— Но он же полицейский. Ты говорила…

— Да. Но мы решили, что мы достаточно разумные люди и вполне можем справиться с возможными проблемами. Я знаю, это нелегко. Но мне нужен только он.

— Человек, регулярно рискующий собой?

— Это часть его жизни. Без нее он был бы другим.

— Я думаю, ты всегда успеешь уйти, — кивнув, согласилась Джина.

— Вот видишь, ты понимаешь меня. Я не откажусь от него из-за каких-то там возможных проблем.

— Ты боишься?

— Конечно. Но я чувствую, что справлюсь с этим. Я сильнее страха.

— В таком случае, — Джина соскользнула со стола, чтобы обнять Эрин, — желаю вам счастья. Обоим.

— Спасибо. — Эрин боялась расплакаться. Но плакать было некогда. — Ты видела коммерческое предложение для Дэвидсона?

— Да. Собственно, поэтому я и зашла. В целом ничего, но местами слишком много энтузиазма. Мне кажется, из-за успехов в личной жизни ты смотришь на все сквозь розовые очки.

— Я просмотрю его еще раз к полудню.

— Хорошо. — Джина грустно улыбнулась и отправилась к себе.

Когда она уже вышла, Эрин окликнула ее.

— Он ушел от меня в пять. Это тебе подробность.

— Все. Больше ни о чем не спрашиваю, — снова улыбнулась Джина. — А идиот Джесс меня бросил. Или как там его зовут.

На столе у Эрин зазвонил телефон. Она сняла трубку, погруженная в мысли о предложении, лежавшем перед ней на столе.

— Махони и Бриггс, говорит Эрин Махони.

— Эрин.

— Брейди, привет! — Она была так рада его слышать, что не сразу поняла, каким тоном это было сказано. — Что случилось?

— Дело Сандерсона растет и ширится. Новое убийство, на этот раз — Смитс, глава департамента городского строительства. Похоже, мы знаем, кто это делает. Не жди меня, возможно, я сильно задержусь. Позвоню, если смогу.