Время любить - Барбара Гилмур

— Мы придумаем вот что, — сказала она ему в первый день занятий. — Ты будешь мальчиком-французом по имени Пьер и можешь называть меня любым французским именем.

Стивен серьезно отнесся к ее предложению.

— Я знал пуделя по имени Люсетт.

— Пусть будет Люсетт, — согласилась Джиллиан и улыбнулась. — Надеюсь, я не напоминаю тебе пуделя?

— У нее, — сказал он, — волосы такого же цвета, как у моей мамы.

Они сидели у камина в гостиной. Джиллиан приготовила кофе. Стивен сказал, что ему нравится кофе больше, чем молоко. Джиллиан не поверила, но спорить не стала. Он никогда раньше не говорил о своей матери.

— У нее?

— Кейт, — нехотя объяснил Стивен.

— У твоей мамы были светлые волосы? — мягко спросила Джиллиан.

— Да.

Джиллиан надеялась, что он скажет больше. Ему станет легче, если он поговорит об этом, но она не имела права настаивать.

— У вас темные волосы. Вы совсем не похожи на мою маму.

— Нет.

— Но вы больше походите на нее, чем она.

— Правда?

Стивен не ответил, и Джиллиан поняла, что он не хочет больше говорить об этом. Она весело произнесла:

— Я похожа на Люсетт, а ты на Пьера. Это комната во Франции, и все вещи носят французские названия.

Брэнди лег у ног Стивена.

— Даже Брэнди?

— Даже он.

Стивен нахмурился.

— Ты будешь Гастоном. Гастон — это негодяй в моем рассказе, — объяснил он Джиллиан.

Он уселся на корточки рядом с Брэнди и погладил его морду.

— Ты не негодяй, — серьезно сказал он, — но я не знаю других французских имен.

— Пусть будет Гастон. Скажи ему по-французски, Пьер.

— Если уроки будут такие, то я не возражаю! — улыбнулся Стивен.

Французский шел легко. В погожие дни Джиллиан шла со Стивеном на вересковые пустоши. Она заставляла его говорить простые предложения о том, что они видели. В дождливые или очень холодные дни они сидели в гостиной и делали вид, что находятся в разных местах. То это был магазин, и они по очереди изображали продавцов, то это была лодка, то самолет. Проигрывание ситуаций внушало Стивену уверенность в своих силах. Джиллиан решила, что неплохо бы написать рождественскую пьесу для родителей, и спросила, не хочет ли он сыграть роль Иосифа.

— На сцене перед множеством людей? — Стивен не был уверен.

— Нет, в классе перед родителями.

— Да, мне бы хотелось.

— Отлично. Спроси миссис Пирсон, нет ли у нее старой ткани, чтобы сделать костюм. Ей не нужно будет его шить, я сама это сделаю.

Обычно Иан в субботу подвозил Стивена к школе, оставлял его у ворот и забирал через два часа. Он не видел Джиллиан, и она никогда не выходила к нему. Стивен передал ее просьбу миссис Пирсон, и та попросила своего хозяина выяснить, о чем идет речь.

Иан посадил Стивена в машину и попросил его подождать несколько минут, пока он поговорит с мисс Уорд. Когда он вошел в школу, Джиллиан несла в руках пустые кофейные чашки.

— Неудивительно, что ему нравится приходить. Я вижу, у вас есть сандвичи.

Джиллиан пригласила его войти.

— Я пришел не просто чтобы спросить насчет костюма. Поздравляю вас. Вы делаете большую работу.

Джиллиан покраснела от удовольствия.

— Его французский стал лучше. Латынь для нас сложнее.

— Я понимаю, но не беспокойтесь. По крайней мере, он будет знать хотя бы немного. Кстати, кто такая Люсетт?

Джиллиан объяснила ему. Иан усмехнулся.

— Я рад. А то недавно он написал на зеркале в ванной «Аmo Lucette»^[1].

Джиллиан paccмеялась.

— Это ничего не значит. «Любить» — первый латинский глагол, который он выучил. Он мог бы написать «Аmo Gaston».

— Гастон?

— Брэнди.

Иан удивился.

— Брэнди — это французский пес по кличке Гастон. Стивен — Пьер. Я Люсетт. А эта комната может превращаться во что угодно.

Иан улыбнулся.

— У вас богатая фантазия. Кстати, как продвигается роман?

Джиллиан наполовину перепечатала его, но все еще сражалась с последней главой.

— Он займет следующий триместр. Я надеюсь закончить его к Рождеству.

Это напомнило ему о костюме, и Джиллиан объяснила, что ей нужно.

Иан сказал, что передаст ее просьбу экономке.

— Это достижение, что вам удалось уговорить его играть. Год назад он бы на это не решился.

— На это нужно время. Год назад было еще слишком близко… — Джиллиан замолчала.

— К несчастному случаю? Согласен. К следующей Пасхе он свыкнется с мыслью, что ему придется уехать из дома. Надеюсь, вы ему не сказали?

— Нет.

Иан взглянул на нее с легким удивлением, понимая, что ей потребовалось усилие, чтобы не сказать ему больше. Он поспешил уйти, прежде чем она успела бы нарушить его доброе расположение духа.

Детям понравилась мысль о рождественской пьесе. Они написали собственные версии пьесы и голосовали, чтобы выбрать лучшую. Пьеса Стивена оказалась лучше всех, поэтому ее и выбрали. Были написаны программы и назначена дата.

За неделю до представления в школе появился Дэвенпорт. Он был настроен воинственно, пытался это скрыть, но безуспешно.

— Я хотел спросить, могу ли я сделать для вас сцену? — Его взгляд, как обычно, скользнул по Джиллиан, задержавшись на ее груди и длинных, стройных ногах.

Она попыталась скрыть неприязнь и ответила:

— Вы очень добры, но сцена нам не понадобится, поскольку зрителей будет немного.

Он этого ожидал и был бы смущен, ответь она иначе.

— Как пожелаете. Скажите мне, мисс Уорд, что вы имеете против Тима?

Вопрос был таким неожиданным, что Джиллиан не сразу нашлась что ответить. С мальчиком у нее были хорошие отношения. Иногда он ее сердил, впрочем, не очень сильно. Она пыталась идти навстречу его интересам, а он, в свою очередь, старался как мог.

— Я вас не понимаю, — ответила она.

Намерения Дэвенпорта стали очевидны.

— Он ведь самый старший в классе?

— Да, на пару месяцев.

— Но вы не выбрали его версию пьесы.

— Я не выбирала ничьей версии. Дети сами голосовали.

Он ей не поверил:

— Выбрали Стивена Роско, не так ли?