Романтика с риском для жизни - Джени Крауч

Дилан легонько сжал ее руку.

– Давай попробуем тебя успокоить?

Шелби едва заметно кивнула.

– Ты волнуешься из-за кода и компьютера? – Дилан сам не знал, чем, собственно, будут заниматься Шелби и Меган.

– Нет, как раз в этом я уверена. С цифрами я никогда не ошибаюсь.

Дилан улыбнулся. Он в ней и не сомневался.

– Тебя беспокоит, что придется притворяться доктором Уандер?

Шелби покачала головой:

– Нет. Конечно, я не актриса, но, по-моему, тут все будет нормально.

– В чем же дело? – спросил он как можно мягче.

– Я не знаю, как смогу общаться с людьми. Понимаешь, мне уже очень давно не приходилось бывать в огромном здании, вроде «Омеги», где полно народу. – Признание Шелби застало Дилана врасплох. – Дилан, я очень успешная разработчица компьютерных игр. Я стала миллионершей, потому что лучше других делаю свое дело.

– Знаю, милая.

– И я нанимаю людей, помощников, которые делают за меня то, что я не люблю делать. В том числе они вместо меня посещают многолюдные места и проводят совещания… – Она помолчала, а потом продолжала: – Сейчас я никого не могу нанять вместо меня!

– Шелби…

– Дилан, мне с трудом удается общаться с твоими родными, хотя они все такие добрые и милые и… ну да, они так влюблены в своих спутников жизни. Даже с ними мне было не по себе, хотя мы общались всего два часа. Как я смогу находиться в здании, полном народа?

Она уже кричала, но Дилан не прерывал ее. Она встала и развернулась к нему лицом. По ее лицу текли слезы.

– Ничего не получится! – Она закрыла лицо руками и разрыдалась.

Дилан обнял ее, но она отстранилась, стряхивая с себя его руки.

Дилан встал и посмотрел на миниатюрную рыжеволосую красавицу, которая плачет из-за того, что ей придется… всего-навсего разговаривать с людьми! Дилан вдруг осознал, что улыбается. Однако Шелби, похоже, расстроена не на шутку, и он вовсе не склонен отмахиваться от ее проблем. Он встал перед Шелби и нежно провел руками по ее плечам снизу вверх.

– Шелби, тебя сталкивали с дороги, чуть не переехали, ты побывала в падающем самолете и держалась так, словно каждый день попадаешь в такие передряги!

– Но ведь… – Шелби ненадолго перестала плакать, но не убрала руки от лица.

– Ты готова была вытащить меня из горящего самолета, спасла нас от ядовитой змеи, прошла пятнадцать миль по бездорожью, да еще под дождем, а потом на тебя набросился наемный убийца. И все время оставалась собранной и сильной.

Шелби пожала плечами и наконец убрала руки от лица. Дилан взял с тумбочки бумажные платки и с трудом удержался от смеха, когда она громко высморкалась – совсем как маленькая девочка.

Дилан крепко прижал Шелби к себе.

– Я знаю, что ты не очень любишь людей. В этом нет ничего страшного. – Он приподнял пальцем подбородок Шелби, чтобы она посмотрела на него. – Но тебе известно, что большинство из тех, кто окажутся в здании «Омеги», вовсе не собираются разговаривать с тобой.

– Знаю! – Лицо Шелби с восхитительными веснушками густо покраснело. – Я сама понимаю, что веду себя глупо и нелепо. Но ничего не могу с собой поделать.

– Слушай, у всех свои тараканы в голове. – Не в силах устоять, Дилан поцеловал ее. – Мы уже почти у цели. Так не сдавайся сейчас!

Шелби еле слышно вздохнула:

– Я не сдамся. Пойду до конца. Понимаю, насколько это важно.

– Важнее всего ты сама, – прошептал Дилан, чуть отстранившись. – Кроме того, не забывай, я буду с тобой все время. Мы все будем рядом, чтобы помочь тебе и вмешаться, когда понадобится. Особенно если придется с кем-то разговаривать. Мы не можем рисковать.

– Извини, что не сдержалась. – Шелби криво улыбнулась, и Дилан подумал, что ничего красивее давно уже не видел. – Мама очень злилась, когда я была подростком и закатывала истерику всякий раз, как приходилось общаться с новыми людьми. Она очень общительна и легко со всеми знакомилась. Ей очень нравилось хвастать мной и моей способностью запоминать цифры.

– По-моему, это не могло окончиться хорошо.

– Да, мне так и не удалось стать той общительной дочкой, какую она хотела. У нас с ней даже сейчас напряженные отношения, хотя ей и не нравится в этом признаваться.

Наверное, желание матери, чтобы Шелби стала более коммуникабельной, лишь осложнило ее положение; вот почему сейчас она не выносит людей. Дилан вспомнил о своих любящих и чутких родственниках, и ему стало больно, когда он представил, как тяжело приходилось Шелби.

– Понимаю, тебе не очень повезло с родными, но в нашей семье можешь быть совершенно уверена. Мы тебя поддержим. Поняла? Если в «Омеге» возникнут сложности и ты испугаешься, дай знать кому-нибудь из нас, и мы поможем.

Шелби закинула руки ему на шею и прильнула губами к его губам.

– Спасибо! – шепнула она.

– За что?

– За то, что не считаешь меня сумасшедшей. Не отмахиваешься от меня. За то, что веришь в меня.

Дилан хотел многое ей сказать, но забыл обо всем, когда Шелби шагнула вперед, вынуждая Дилана отступать до тех пор, пока его ноги не уперлись в край кровати.

Дилан обнял ее, и они повалились на постель, срывая с себя одежду. Дилан стащил с Шелби джинсы, стараясь не задеть больную ногу. Он охнул, увидев, что на ней те самые черно-красные трусики танга. А на губах играет соблазнительная улыбка.

Мигом исчезли все мысли об опасности и риске, на который им предстоит пойти вечером. Теперь Дилан мог думать только о Шелби. Здесь и сейчас.