Три дара любимому - Сандра Филд

День ее свадьбы.

Дейвон лежала на кровати в той же самой комнате, которую ей отвели, когда она впервые приехала в «Дубки» на свадьбу матери и Бенсона. Теперь уже был ноябрь. Не самый любимый ее месяц, дождливый и унылый. Дождь, судя по шуму за окном, шел и сейчас.

В час дня они с Джаредом должны стать мужем и женой. Свидетели — Бенсон и Алисия, Бенсон настоял на том, чтобы пригласили тетю Бесси с дядей Леонардом. После праздничного обеда Джаред и Дейвон должны отправиться в Торонто, а оттуда — на Багамские острова, на четыре дня, в новый туристический комплекс, купленный Джаредом на одном из островов Эксумы. Затем они намеревались переехать в Ванкувер, чтобы остаться там, в доме Джареда, где он намеревался осесть на пару лет. Оттуда он сможет ездить в Нью-Йорк — или куда еще его призовут дела.

В компании ее годичный отпуск приняли без возражений. Квартиру в Торонто она сдала, потому что рынок недвижимости был в упадке и на продаже она бы изрядно потеряла, да и не готова была продавать свое жилище. Ее мебель, картины и даже красная «мазда» уже были на пути в Ванкувер.

Шаг за шагом уходила она от своей прежней жизни, все подлаживая под желания и образ жизни Джареда. Работа Джареда, дом Джареда в Ванкувере... ребенок Джареда. Результат этой бессмысленной интрижки. Теперь Дейвон точно знала, откуда у него такое богатство: если Джаред принимал какое-нибудь решение, то шел к цели напролом, безжалостно сокрушая всех и вся на своем пути.

Ее беременность достигла той стадии, на которой постоянно хочется спать. Она слишком устала, чтобы продолжать бороться с ним. Легче просто во всем ему подчиниться. Оставить работу. Выйти замуж. Поселиться где-нибудь в Монголии. Родить тройняшек, если он того захочет. Какая разница, в конце концов?

Она чувствовала себя парализованной, обездвиженной, стреноженной. Словно кукла в витрине магазина, говорящая кукла, которая произносит одни и те же слова, когда на ее спине нажимают кнопку. Да, Джаред. Нет, Джаред. Как скажешь, Джаред.

«Я живу в сказке, — думала Дейвон. — Но сочиняю ее не я, а Джаред».

А что, если она очнется? Будь у нее хоть капля рассудка, она выбежала бы сейчас из дома, оседлала Раджу и поскакала навстречу закату солнца. Только разве увидишь закат за этими дождевыми тучами... и к вечеру она уже будет замужем.

Слишком поздно бежать.

Дейвон свернулась клубком, укрылась с головой одеялом. Слишком много людей связано с ней, чтобы убегать. На следующий день после отъезда Джареда в Гонконг Дейвон пригласила Бенсона и Алисию на ужин. Первым блюдом она подала все тот же морковный суп и, когда Алисия похвалила его аромат, пробурчала в ответ:

— Мы с Джаредом решили пожениться.

— Что? — воскликнула Алисия.

— Зачем? — спросил Бенсон.

Дейвон старательно размешивала сметану в супе.

— Через две недели. В «Дубках», если вы не будете против.

— Дорогая! — воскликнула Алисия. — Конечно, мы будем только за! Любовь с первого взгляда — это замечательно! Надо же, а я даже не заметила!

Бенсон проворчал:

— Мне не приходило в голову, что вы даже отдаленно подходите друг другу.

— О да, — без запинки солгала Дейвон. — Нам понадобилось некоторое время, чтобы понять, что это не так. — Вся тщательно подготовленная речь вдруг полностью забылась. Продолжая помешивать ложкой суп, она бухнула даже без подготовки: — Я беременна. У вас будет внук.

Алисия замерла, онемев. Бенсон очень отчетливо произнес:

— Ты любишь Джареда, Дейвон?

— Полюблю. Мне нужно время, — поднимая подбородок, сказала она.

— А он тебя?

— Вам лучше спросить об этом у него, — ответила она.

Бенсон жестко сказал:

— Однажды я предал его. Когда он был еще ребенком. Наверное, от этого он и стал таким замкнутым и так цинично относится к женщинам. Ты даже не представляешь, как бы мне хотелось исправить свою ошибку, изменить прошлое... но я не могу. Никто из нас не может.