Слишком заманчиво - Лори Фостер

– Брось вспоминать о том, что было вчера. Сегодня новый день.

– А о Грейс? Ты мне точно ничего не рассказывал. Я помню, что она оставалась здесь. Я был не настолько пьян. Но теперь я не уверен, что она вообще уходила.

– Это не твое дело, Бен. – Ной направился в кухню, положил отданный Кларой ключ от входной двери на холодильник. Бен проследовал за ним.

– Она хорошая девушка.

– Очень, – поспешно согласился Харпер. Затем со свойственной ему серьезностью добавил: – Грейс не похожа на девушек, которых я знал раньше.

Бен пододвинул к себе стул и сел.

– У тебя есть что-нибудь выпить?

– Тебе вчерашнего недостаточно? Улыбаясь, Бен ответил:

– Честно говоря, вчера было многовато. Хмыкнув в знак согласия, Ной спросил:

– Хочешь кофе?

– Да, и покрепче. У меня похмелье, может, хоть кофеин поможет. – Бен потер затылок. – Больше не буду пить с тобой.

– И я тоже, – ответил Ной.

Ной рылся на полках шкафа, а Бен тем временем обдумывал ситуацию. Во-первых, он заметил, что Ной стал более спокойным и расслабленным по сравнению со вчерашним днем. Во-вторых, даже после грандиозной попойки он выглядел миролюбивее, чем обычно. А в-третьих, казался каким-то бодрым и подтянутым.

– Что-то я не понял, – заметил Бен. – Любовь явно пошла тебе на пользу.

Ной нашел кофе, повернулся к Бену и пожал плечами.

– Последние месяцы я много времени проводил в спортзале и много бил грушу, если кто-нибудь не попадался под руку.

– Сексуальное неудовлетворение?

Это был риторический вопрос. В свое время Бен предупреждал Ноя, что Клара не принадлежала к открытому и дарящему тепло типу женщин, с которыми мужчины предпочитают связывать жизнь. Бен не был специалистом в вопросах брака и сам не торопился связывать себя этими узами. В свои двадцать девять он подсчитал, что у него впереди осталось еще несколько лет беззаботной жизни. Но уже сейчас он твердо знал, что женится только на женщине, которая подарит ему счастье. – Теперь это уже не имеет значения, – слишком равнодушно произнес Ной, но его тон не обманул брата.

– Значит, ты считаешь, что Грейс – стоящая женщина? – Бен в задумчивости посмотрел на дверь спальни. – Может быть, я искал такую?

– Это что, допрос?

– Просто любопытство, – скривился Бен.

– Это не должно тебя интересовать.

– Значит, у вас с Грейс что-то очень личное?

На этот раз Ной нахмурился и внимательно посмотрел на Бена. Бен смешался:

– Ну ладно… мне просто интересно. Ной вздохнул и счел нужным объяснить:

– Дженкинс – замечательная. Честная, отзывчивая и еще… – Он помолчал. – Знаешь, я не могу найти подходящего слова.

– Как тебе – «благородная»?

Ной снова посмотрел на Бена – может, его брат издевается? Но физиономия у того была самая честная.

– Да, это подходит. И еще она любому готова за меня глаза выцарапать.

– За тебя? – удивился Бен.

Харпер налил в кофеварку воду, включил ее и опустился на стул.

– Да. Она укоротила язык Кларе, а Агата от нее в таком восторге, что уволила.

– Не может быть!

– Может!

– Она тебя опекает?

– Да, черт возьми! – признался Ной. – И мне это нравится!

Бен давно заметил в Грейс эту черту. Он хорошо помнил тот день, когда Дженкинс отыскала его и они познакомились. Она уже была знакома с Ноем, когда Агата нашла второго внука. Адвокаты, крутившиеся вокруг Агаты, в один голос утверждали, что родство нужно еще доказать. Грейс же поступила по-своему. Она ни минуты не сомневалась, что Бен – внук Агаты и что с ним должно быть соответствующее обхождение. Бен сразу признал в ней родственную душу.

– Мне бы тоже понравилось, – мечтательно признался Бен.

– А со мной не нужно нянчиться, я и сам могу позаботиться о себе, – возразил ему Ной.

Бен поднял брови.

– Когда нянчатся – всегда приятно. Моя мама любит этим заниматься.

– Да. Твоя Брук – замечательная.

Бен кивнул. В отличие от Ноя у него была прекрасная мать, которая заботилась о нем. Когда они узнали о существовании Ноя, Брук пыталась стать и ему матерью. Но тот сопротивлялся ее стараниям, а вот попыткам Грейс, получается, нет.

Очевидно, Грейс считала Ноя обделенным родительской заботой. Ведь и сама Грейс была сиротой и поэтому остро чувствовала чужую боль. Она и не подозревала, что ни Бен, ни Ной не нуждаются в ее опеке.

– Неудивительно, что Грейс кажется тебе особенной, – сказал Бен. – Если принять во внимание тех женщин, которых ты видел всю свою жизнь.

Бен рос в неблагополучном районе. Большинство его приятельниц с детства знали, что такое проституция, наркотики и алкоголь. К тому же Бен не простил отца и от этого был ожесточен. Кроме замечательной любящей матери, единственным светлым пятном в его жизни была встреча с Ноем, с которым он подружился.

Зашипела кофеварка. Ной поднялся, чтобы налить две чашки.

– Это еще не все. Ты прав, что Грейс не похожа на всех прежних женщин, но она также не похожа на женщин ее круга.

– Ты имеешь в виду окружение Агаты?

Ной протянул брату чашку кофе.

– Разумеется. Я не знаю другой женщины, которая бы смирилась с бутербродами на обед и надела бы мое белье.

Бен расхохотался и чуть не опрокинул свой кофе на стол. В эту минуту вошла Грейс. Она расчесала свои длинные волосы, надела порванную юбку и обула туфли. При этом на ней осталась рубашка Ноя, свисающая почти до колен. В этом странном наряде Дженкинс смотрелась очень мило и сексуально. Она сложила руки на полной груди и посмотрела сначала на Бена, потом перевела взгляд на Ноя.

– Надеюсь, ты не возражаешь, что я взяла твою рубашку. Ее все равно необходимо будет постирать, а мне нужно прикрыть сломанную молнию. Еще мне нужна какая-нибудь сумка для блузки. Нельзя же нести ее просто так.

– А бюстгальтер? Или ты его надела? – невинно спросил Ной.

Грейс вспыхнула. Бен тихо радовался. Он никогда не видел, чтобы его брат намеренно приводил женщину в смущение. Как раз наоборот, Ной был галантным кавалером по отношению ко всем женщинам и детям, находившимся в радиусе ста километров. Но Бен вынужден был признать, что нервничала Грейс очень мило, поэтому он рассмеялся.

От изумления Грейс приоткрыла рот. Затем сжала губы и очень спокойно сказала:

– Я позвоню и вызову такси.

– Давай подвезу, – предложил Ной.

– Большое спасибо, но я сама справлюсь.

– Нет, я тебя отвезу, – настаивал Ной.