Скромница в ловушке - Сара Крейвен

— А если бы я не пришла?

Он пожал плечами, и Элли старалась не смотреть, как играют мышцы под его загорелой кожей.

— Тогда бы я нашел тебя.

Он уже расстелил полотенце на берегу, и Элли положила свое рядом, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Не надо бояться, — нежно сказал он.

— Я не понимаю, что происходит. Почему ты это делаешь, помня, что я тебе рассказала?

— Ты сказала мне кое-что, но явно не все.

— Все, что можно было. — Элли закусила губу.

Чувствуя непонятную уверенность, она сняла шорты и рубашку и поймала одобрение в его взгляде.

Лука взял ее за руку и пошел к воде, в которую они оба влетели со смехом и брызгами.

Элли задохнулась от холода воды, но Лука держал ее, уводя вперед.

Когда его загорелое тело рассекло волны, она нырнула за ним, чувствуя, как холод перерастает в радость.

Она не плавала несколько месяцев, и вся грусть и неуверенность прошедших недель уходили от нее, оставляя ее бодрой и сильной.

Начав уставать, Элли повернула назад, где Лука уже ждал ее.

— Ты очень хорошо плаваешь. Где ты училась?

— Здесь. Отец научил меня, когда мы приезжали к бабушке.

— Ты часто гостила здесь?

— При каждой возможности. Нам все так нравилось! Другая дочь бабушки Виктории, моя тетя, и ее семья были не в таком восторге.

— Жаль, что ты приезжаешь сюда одна.

Элли поплыла к берегу.

— Я очень счастлива одна.

— Такая жизнерадостная женщина не может предпочитать одиночество.

Выйдя из воды, Элли быстро пошла по берегу, слыша, как за ней идет Лука. В конце пляжа был душ. Войдя в кабину, она потянулась к крану, но ее руку накрыла его рука, и Лука притянул ее к себе.

— Нет, пожалуйста, ты не должен! Это неправильно…

— Ты опять напоминаешь мне о своем замужестве, Хелен? О том, что ты принадлежишь другому мужчине? Хочешь, чтобы вместо меня здесь стоял он, твой муж?

Ее «нет» теперь означало подтверждение, а не отрицание. Лука включил воду, стоя под водой вместе с ней. Она чувствовала запах соли на его коже. Слышала стук его сердца.

Элли прижалась к нему, ее ноги дрожали.

Когда поток воды прекратился, он приподнял ее подбородок и сказал:

— Я повторю еще раз: тебе нечего бояться. Я обещаю.

И отпустил ее.

Дойдя до своих вещей, Элли достала из сумки крем. Опершись на локоть, Лука пристально наблюдал, как она не спеша намазывает стройные ноги, руки, живот и, аккуратно спустив лямки, — плечи и ямку между грудей.

— Почему ты смотришь на меня? — затаив дыхание, спросила она.

— Ты знаешь почему. — Улыбаясь, он взял у нее крем. — Поэтому нет смысла играть. Позволь мне намазать твою спину.

Она перевернулась на живот, спрятав лицо в полотенце. Тело словно окаменело, а руки сжались в кулаки.

Лука начал с ее плеч. Прикосновение его было нежным, как она и надеялась, а может, боялась. Пока он втирал крем в ее разгоряченную кожу, Элли понемногу расслаблялась, ее пальцы разжимались.

Его руки опускались ниже, и Элли инстинктивно дернулась, когда он расстегнул верхнюю часть купальника:

— Нет, пожалуйста.

— Ты хочешь, чтобы на спине осталась белая полоса? — мягко спросил он и продолжил втирать крем.

Ответа на этот вопрос не было. Его прикосновения лишали ее дыхания, так что Элли не смогла бы сказать и слова. Она закрыла глаза и отдалась ощущениям.

Он неторопливо намазал ей спину и остановился в дюйме от линии, где начинались плавки.

— Теперь ты не обгоришь.

Но она уже горела. Каждая клеточка, косточка, капля крови в ее изголодавшемся теле ожила, давно подавляемый голод требовал насыщения, удовлетворения, которое раньше существовало только в ее воображении. Она так старалась жить без этого, стараясь терпеть те короткие несчастливые встречи на брачном ложе. Потом терпеть стало невозможно, и ее сердце чуть не разбилось…

— Спасибо, — изменившимся голосом пробормотала она.

— Не стоит, — ответил Лука, и она ощутила легкое прикосновение губ на шее, а потом он растянулся на своем полотенце.

Она притворилась, будто дремлет, закрыла глаза и дышала спокойно, но ее тело бодрствовало в сладкой агонии, которую вызвали в ней его прикосновения.

Не хотел ли он соблазнить ее еще каких-то сорок часов назад, увидев в траттории? Он даже и не скрывал этого. А чем больше она отвергала его, тем более упрямо он шел к цели.

«Я не должна была позволить этому начаться, — в отчаянии думала Элли. — Надо было уйти, пока у меня был шанс…»

Она молча лежала в нескольких дюймах от него. Протяни руку — и она смогла бы коснуться его.

Лука был абсолютной противоположностью мужа, которого она оставила, но такой же загадкой. Его мотивы невозможно объяснить. Чувства, которые он так легко пробудил в ней — желание, чтобы тебя коснулись, чтобы тобою обладали, — приведут лишь к катастрофе, и он не окажет помощи…

Лука коснулся ее плеча, и Элли, застигнутая врасплох, перекатилась на спину, забыв, что ее купальник расстегнут.

Краска залила ее тело, и она быстро прикрыла грудь руками, но Лука молча взял лифчик и подал ей.

Когда она была снова одета, он, посмотрев на небо, сказал:

— Становится все жарче. Предлагаю пообедать.

Она вдохнула, чтобы вежливо, но решительно отказаться и тем самым доказать ему, что он впустую тратит время, но услышала совсем другие слова:

— Да, хорошая мысль.

* * *

Они выбрали бар и, устроившись под полосатым тентом, заказали жаренные на гриле креветки, рисовый салат, свежий хлеб и холодное местное пиво. Было вкусно и легко.

Лука спрашивал о ее пристрастиях в музыке, книгах, театре. Смешил циничными комментариями о политической ситуации, интересовался ее мнением о всемирной экономике и климатических изменениях и избегал вопросов, на которые она не смогла бы ответить.

Элли постоянно чувствовала его взгляд на себе, улыбающийся, изучающий и всегда пристальный. Она рассмотрела гордые линии его носа и скул. Она смотрела на него словно очарованная, чувствуя, как внутри ее разгорается запретное желание.

И когда обед был закончен, счет оплачен, а Лука встал и мягко произнес: «Хелен, думаю, настало время для сиесты», — она послушно подала ему руку и пошла с ним в «Каза Бьянка». В свое убежище. В свое секретное место, которое она ни с кем не делила. До сегодняшнего дня.

Ее руки дрожали, пока она пыталась открыть дверь, и Лука взял у нее ключи и отпер дверь, поднял Элли и перенес через порог, как будто она была невестой.