Мирослава и ее Гекатонхейры - Виктория Аш

Мою руку на штурвале накрыла горячая рука Герда.

— Не бойся. У меня есть идея, как облегчить проход. Я читал о защите магической энергии и думаю, что именно она не позволяет прорвать атмосферу.

Герд сделал несколько пасов руками, между его руками появилась дымка, которую он направил в панель управления.

Я только хотела сказать, что экспериментировать сейчас не лучшая идея, но было уже поздно. Приборы запищали, замигали, а потом…

Потом, словно из ниоткуда, появился тоннель. Мы ворвались в него и выплыли так, словно атмосферы и вовсе не было.

— Получилось! — недоверчиво прошептала я, смотря на мужчину.

* * *

Герд

Я люблю смотреть в ночное небо на звезды с тех пор, как слепые предсказали мне, что моя судьба изменится, когда упадет небо. Что я стану тем, кто изменит наш мир. Я все гадал, что же это могло значить? И вот этот день настал.

День был особенным для меня, и я запомню его как день, с которого начнется моя новая жизнь. Тот день, когда звезды посыпались на наши головы. Такое со мной происходит впервые, да и не только со мной. Многие в тот день вышли из своих домов, чтобы посмотреть на это чудо природы.

В тот день я обследовал границы со своим отрядом. И как же нам повезло, что падение было недалеко от нас! Я мчался на всей скорости, чтобы увидеть всё своими глазами. Каково же было моё удивление, когда вместо светящихся звезд я увидел груду металла. Что я почувствовал в тот миг? Разочарование? Или это была ещё одна загадка?

Загадка по имени Мирослава. Я боялся, что мать императрица убьет ее или сделает что-то еще хуже, но девушке повезло. Мать императрица ждала родов своей первой дочери и моей старшей сестры и ей было совершенно безразлично, кто и что упало на наши головы. Она поручила узнать всё моей младшей сестре и привести дитя звезд к ней.

Нитриила всегда была избалованной и поверхностной.

Вместо того чтобы разузнать все, как следует, она развлекалась со своими подружками, демонстрируя им моих воинов, как свои игрушки, в то время как они должны были защищать её и помогать раскрыть суть той, что упала с неба.

Я же времени даром не терял. Понял, что нужно взять все в свои руки. Предсказание слепых вертелось на кончике языка, диктуя, что моя судьба завязана на звёздной. Я следил за ней, высчитывал её шаги и сразу заметил, что она не простая.

Слишком быстро она изучила наш язык, в то время как говорила остальным, что всегда его знала. Когда я вытаскивал её из куска железа, девушка находилась в полубреду, но говорила совершенно на другом языке и не понимала меня. Эта несостыковка заставила меня прикипеть к звезде и не спускать с неё глаз, и не зря.

В душе я громко смеялся над тем, как звездная старалась скрыть свою маленькую шпионку. Она была как дитя, которому позволили взять в руки оружие, но даже дитя может помочь достичь чьих-то целей. В том, что она действует не из своих побуждений, я понял это сразу.

Я исследовал груду металла, проверил каждый сантиметр магией, но так и не понял, как оно работает.

Я хотел использовать звездное дитя, понять, как улететь с этой гнилой планеты, но что-то во мне надломилось.

В тот момент, когда я ее допрашивал…

Не знаю, как допустил такое тяжелое состояние у девушки. Мысли были хаотичными, мне хотелось узнать все как можно быстрее, но она, похоже, специально тянула время, не понимая, что причиняет себе этим вред. И именно тогда я понял, что не смогу оставаться равнодушным к ней. Такая хрупкая и храбрая, она напоминала мне только что родившегося слепого детеныша муары.

За убийство женщины кара самая ужасная — смерть. Но в тот момент я испугался не за себя, а за нее.

Я совершенно не удивился, когда моя магия приняла девушку как родную. Я всегда изготавливал настои сам, когда болели сестры, а потом — мои соратники. Но когда я готовил зелье, вливая в него силу для звездной, это было иначе. Я сам не понимал своих чувств, но сердце желало спасти девушку всей душой.

Неделя до отлета была для меня одной из лучших.

Мне нравилось заботиться о Мирославе, нравилось видеть, как ей не безразлична эта забота. Такого я не встречал ни в одной женщине. Мирослава другая, но это вполне объяснимо — она выросла в другом месте. Мое любопытство разрывало меня на части, как юнца, от того, как же мне хотелось увидеть дом, где выросла эта девушка. При этом я думал: всё ли там так, как мне представляется? Но я смог задвинуть свои чувства на задний план. Если сама Богиня позволила мне стать тем, кто всё изменит, то я не имею права на иное.

Мирослава.

Я всю дорогу до дома думала, как же мне сказать капитану о том, что я не одна. В итоге так и не придумала ничего дельного и решила, что Герд будет еще одним моим маленьким секретом.

Нет. А что я должна сказать Дею? Знакомься — это Герд, мой муж? Вместо того чтобы выполнять порученное мне задание, я развлекалась с мужчинами? Конечно, нет! Или, рискуя своей операцией, я привезла парня, которому нужна помощь?

Ведь космолет не рассчитан на двоих, и я сама до конца не была уверена, что у нас получится покинуть пределы планеты Гер!

Даже сейчас не понимаю, как решилась на подобную авантюру! О чем я думала? Что сделано, то сделано! Зачем теперь ломать голову! Еще не факт, что без помощи Герда я бы смогла выжить!

* * *

Во время полета Герд постоянно спрашивал меня о системе управления космолетом: как и что устроено, что из чего сделано, куда мы летим и тому подобное.

Что-то скрывать из этого я не вижу смысла. Он моя тайна, а значит, должен знать, как не попасться и выжить. Я чувствовала за него ответственность. Но как бы я его ни оберегала, он все же не ребенок, а самостоятельный мужчина.

— Есть ли место, где я смогу обменять драгоценности на местную валюту? — Это был один из тысяч вопросов Герда.

И такое место