Градус любви - Кэнди Стайнер

Ноа закружил меня в танце, и я стала смеяться, пока ему не пришла в голову светлая идея перевернуть меня, как танцор свинга. Я вынырнула из воды и в который раз стукнула его по груди, отчего он только сильнее засмеялся. Вскоре мы запыхались, и Ноа снова потянул меня к краю бассейна.

– Спасибо за танец, – сказал он.

Мы тяжело дышали, когда Ноа обхватил мою талию сильными, мужественными руками. Мгновение он просто держал их там, поглаживая шершавыми подушечками больших пальцев мои оголенные бока. Улыбка слетела с моего лица, и я опустила взгляд на его губы, шумно дыша.

Я не знала, почему посмотрела на них.

Не знала, почему не могла отвести взгляд.

Ноа сглотнул, крепче стиснув мои бедра, а потом немного опустился в воду и помог подняться на край бассейна. Усадив меня, он убрал руки и отодвинулся с отсутствующим взглядом, который вызвал у меня недоумение. Ноа отвернулся и посмотрел на Бетти.

– Итак, почему ты не двигаешься так со мной? – поддразнила Бетти, уперев руки в бока.

– Я двигался! – выкрикнул Ноа в свою защиту. – Вы меня просто перетанцевали. Трудно понять, насколько я великолепен, если вы утерли мне нос.

Бетти ухмыльнулась, попивая лимонад, а потом прислонилась к краю.

– Ты в курсе, что я была знакома с твоим отцом?

От этих слов у меня перехватило дыхание, и, судя по тому, как с лица Ноа слетела улыбка, с ним произошло то же самое. Он бросил на меня вопросительный взгляд, но я лишь едва заметно покачала головой.

До нашего прихода я ничего не рассказывала про Ноа. Только познакомила их: «Бетти, это Ноа».

Сочувственно на него глядя, я пожала плечами, а Ноа прочистил горло и снова повернулся к Бетти.

– С моим отцом?

– О да, – кивнув, сказала она с понимающей улыбкой. – Ты Ноа Беккер. Я везде узнáю эти глаза и лукавую улыбку.

Я приоткрыла от удивления рот, а Ноа затаил дыхание.

– Твой отец симпатизировал моему Лерою, – пояснила Бетти и стала смотреть затуманенным взглядом на то, как плещется о бортики вода в бассейне. – А мой Лерой, безусловно, ценил своего друга, особенно в конце жизни.

Я сглотнула ком в горле.

– Лерой был мужем Бетти, – объяснила я. – Он скончался лет двадцать назад.

– Мне очень жаль, – положив руку на плечо Бетти, вполголоса сказал Ноа, и растерянность в его глазах сменилась сочувствием.

– Пришлось нелегко, – сказала она. – Но, если честно, жалеть надо его. Бедный ублюдок столько времени ждет меня у Врат рая. Он должен был понимать, что я не стану к нему торопиться, а если бы мог, то точно наорал на меня с небес, как орал раньше с лестницы, – хихикнув, сказала Бетти и свела брови на переносице для пущего эффекта: – Женщина, тащи сюда свой прелестный зад. Никакая косметика или бигуди не сделают тебя еще прекраснее.

Сердце заныло, а Ноа, глядя на меня, ухмыльнулся и убрал руку с плеча Бетти.

– Похоже, ваш муж был неплохим парнем.

– О да, – согласилась она. – Как и твой отец. Выходит, лучшие покидают нас в слишком юном возрасте.

Ноа тут же стал серьезным и кивнул.

– Да, мэм.

– Твой отец приходил к нам каждую Великую пятницу, – пояснила Бетти. Так на винокурне называли последнюю пятницу месяца, когда каждому сотруднику, помимо зарплаты, выдавали бутылку виски. – Каждую пятницу на протяжении четырех лет, пока Господь не забрал к себе моего Лероя. Как-то вечером они познакомились у Бака, и не знаю уж, что там произошло, но, боже мой, как же парни привязались друг к другу. – Она улыбнулась. – Поэтому каждую Великую пятницу твой отец приходил к нам с бутылкой виски «Скутер» и огромным пакетом жареной курицы. Мы усаживались на крыльце, ели, пили и смеялись до тех пор, пока двум старикам не пора было ложиться спать. Иногда к нам присоединялась твоя мама, иногда ее не было. Но Джон… Джонни приходил постоянно.

Ноа сглотнул, долго-долго смотря на воду, а потом посмотрел Бетти в глаза.

– Похоже, дружба у них была чудесной.

– Это точно, – согласилась она. – А твой отец был хорошим человеком. Когда я сегодня тебя увидела, то готова была поклясться, что вижу перед собой призрака. Ты очень на него похож, знаешь? – Она расплылась в улыбке. – Те же глаза, те же волосы, та же бедовая улыбка Беккеров.

Она ущипнула его за щеку, и Ноа ухмыльнулся.

– Тебе передалась его сила духа, – сказала она, смотря на Ноа, и теперь ее голос звучал мягче. – Ты тоже хороший человек, Ноа Беккер. И я рада, что мне довелось провести с тобой этот день.

Ручаюсь, я видела, как у Ноа задрожала нижняя губа, но не прошло и секунды, как она снова стала неподвижна. Он улыбнулся, несмотря на волнение, я знала, что он переживает, а затем притянул к себе Бетти и нежно обнял.

– Я тоже, мисс Бетти. Даже если вы утерли мне нос на танцполе.

Она засмеялась, и хрупкие плечики затряслись в его могучих объятиях.

Ноа отстранился и прочистил горло.

– Если не возражаете, я пойду в душ и переоденусь. У меня сегодня еще есть кое-какое дело.

– Какое? – полюбопытствовала я.

Он сжал затылок.

– Ой, да ничего особенного. Каждые выходные мы с братьями собираемся, чтобы поиграть в карты. Обычно это происходит у меня дома, и они приедут примерно через час. – Ноа пожал плечами, мягко мне улыбнувшись, хотя, судя по его виду, он еще был погружен в свои мысли. – Кто-то же должен заказать пиццу.

Я кивнула, но расстроилась, поняв, что день почти подошел к концу. Ноа будет веселиться с братьями, а я поеду домой…

Планировать свадьбу.

И к маме.

А еще к тем переживаниям, о которых вообще забыла на несколько часов.

Я стала кусать губы, бросая взгляд на Ноа, и взволнованно произнесла:

– Мне нравится играть в карты…

Он уставился на меня, а в уголке его губ появилась крошечная ухмылка.

– Правда?

Я кивнула.

– Раньше я иногда играла в блэкджек и техасский холдем с отцом и его друзьями. Просто для удовольствия, но… да.

Ноа улыбнулся еще шире.

– Хочешь с нами? Нам бы не помешала за столом свежая кровь.

– Уверен? – как-то слишком поспешно вырвалось у меня. – Я не хочу навязываться.

Пожалуйста, скажи «да».

Он покачал головой.

– Мы были бы только рады. Тогда я переоденусь, и поедем, но захватим по дороге пиццу и пиво. Встретимся у входа?

– Я скоро.

Ноа положил ладони на край