Повелительницу Тьмы вызывали? - Рокси Торн

Мужчины в этот момент играли в гляделки. Крастор вопросительно изогнул бровь, а Курд скосил взгляд куда-то в конец строя. Я же деликатно покашляла, и тоже изогнула брови. Мне ведь тоже интересно!

— Ника, — протянул Крастор, а потом подобрался и зычно заорал на всю округу: — Воины племени воргов полностью в твоём распоряжении, Повелительница!

Интересно, а где моя власть над ними заканчивается? Вот, что опять в голову лезет? А это всё блондинчик виноват, который мало того, что улыбался обворожительно, так ещё и подмигнул, когда поднимался.

За спиной началась суета, и пришлось сложить крылья, чтобы открыть обзор всем желающим, а желающих целый замок оказался.

— Крастор, а почему все так палятся на вас? — Шёпотом спросила у мужчины, так и не отходившем от меня.

— А мы тут редкие гости, многие и не видели никогда нас вживую. А если ко мне уже привыкли, то вот мои бойцы сейчас станут нарасхват, — пояснил он, покосившись на стайку девушек, что уже строили глазки, краснели и поправляли причёски. Забавно, что в кучку сбились и горничные и бывшие темные леди. Я тут им законы внедрять пытаюсь, всеобщую лояльность привить, а надо то было всего лишь пригнать сексуальных мужиков, да побольше.

— А делать то чего дальше? Как это показательное выступление закончить? — Опять шёпотом проконсультировалась я.

— Да ничего, — развёл он руками, — познакомься с командирами, запрети излишний интерес и можешь по своим делам отправляться.

— А разве демонов не устроит клятва, что все в итоге принесли мне? — Удивилась я.

— Устроит, тут вопрос больше привычки, — застеснялся вождь. Вы видели застенчивую гору мышц? А я теперь, да. — Мы как-то привыкли сами выбирать, а не кидаться на всё подряд, — брезгливо окинув облизывающихся девушек, пояснил он.

Ох, в какой уже раз думается, что не мужчины, а ожившие мечты эти ворги. Да и девушки, конечно, откровенно подкачали, весь моральный облик замка мне тут портят.

— Жители, но в основном жительницы Оплота, — взмыла в воздух, оглашая очередной наказ. — Напоминаю вам, что ворги щепетильно относятся к личным границам, поэтому если вы им ни сестра, ни мать, ни дочь, то воздержитесь от неуместных знаков внимания. Поверьте, эти молодые люди больше оценят кротость и скромность. Хотя я вас понимаю, сама в шоке.

Опустившись на землю, под робкие девичьи смешки я довольно улыбнулась. После недавнего представления, близость к народу — наше всё.

Убрав, наконец, крылья совсем, я отправилась к воинам. Пора уже провести перепись, вверенных мне красавцев.

Две шеренги отборных воинов, у них даже лошади и то огромные. Руки так и тянулись погладить всё это великолепие, и это я не только о лошадях. Да, что за патока то в голове такая? Откуда этот неуместный энтузиазм?

Вперёд вышел Курд и ещё один воин в плаще с накинутым на голову капюшоном, полностью скрывающим лицо. Какая таинственность, однако. Но это ещё полбеды, больше, чем скрытое лицо, внимание к себе привлекала тьма, клубящаяся вокруг него. А не один ли это из таинственных сильных носителей тёмной магии, про которых мне Тьма рассказывала?

— Ника, Курд и Крис, мои сыновья, командующие своими сотнями.

Крастор ещё что-то говорил, про должности, количество, но я толком его не слушала, полностью сосредоточившись на воине в плаще. Насколько будет самонадеянно и рисково, если я сниму с него это капюшон? А вдруг там увечья и я его обижу?

— Выбирай… — расслышала я просьбу Крастора, но сопоставить со сказанным раньше не смогла. Кого выбирать, куда выбирать?

Голова таинственного воина поднялась, и я уже не смогла отвести взгляд. Так и не разрывая зрительного контакта, пошла вперёд, а когда до мужчины оставалось несколько метров, услышала судорожный вздох. Это он или я вздыхает?

А впрочем, неважно, ведь я дошла до него и протягивала свои, отчего-то подрагивающие руки к плащу. Волнительно было так, что не только руки дрожали, колени тоже стали неосознанно подгибаться, рискуя уронить свою хозяйку прямо на незнакомца.

Мысленно скрестив пальцы, я откинула капюшон с головы воина, заодно про себя молясь Тьме, чтобы не оскорбить Криса. Хотя вот Крастор мог бы, и предупредить, а с другой стороны, зачем полезла, да ещё и при толпе свидетелей?

А когда капюшон упал на широкие плечи и воин дернулся, первая паническая мысль была: «Крастор меня убьёт, я сломала его сына».

Вторая мысль была уже более осмысленная, но от этого не менее пугающая. Хотела себе личного ворга? Вот видимо его и получила. По-другому трактовать действия Криса, стоящего передо мной на коленях и стискивающего мои ммм… ноги, уткнувшись лицом в живот, никак не получалось.

А так всё срасталось прямо идеально, и Крастор со своими намёками, и учащённо дышащий мужчина, не выпускающий меня из захвата.

— Курд, а когда ему полегчает? — Обречённо спросила у расплывшегося в улыбке блондина.

— Меня неделю корёжило, — беззаботно ответил тот, а я начала офигевать над перспективами, но в душе тлела робкая надежда, что Крис соизволит разрешить мне хотя бы двигаться. — Он почти семьдесят лет ждал, уже отчаялся.

И вот тут-то я подвисла окончательно. Он сказал семьдесят лет? Мужчине у моих ног на вид лет двадцать пять от силы, откуда такие цифры. Мне ведь тоже обещали долголетие, причём больше, чем у остальных, это я, сколько прожить то могу? Тут главное не профукать саму эту возможность.

— Курд, а Курд, а сколько вам лет? — Задумчиво протянула я, машинально перебирая короткие тёмные волосы. А ничего так, мягкие, шелковистые.

— Мне сто восемь, Крису восемьдесят пять, — как само собой разумеющееся ответил он, вгоняя меня в ступор.

Кроме Курда и Крастора никто приближаться к нам не спешил и наоборот по широкой дуге обходили нашу композицию.

— Зато теперь точно понятно, кто станет твоим телохранителем, — хмыкнул Крастор, и отправился раздавать распоряжения оставшимся бойцам, единственным сохранившим ровный строй.

Все были при деле, кроме нас, застывших перед воротами. Даже даконы и те продолжили резвится, сея панику среди прибывших оборотней.

— Крис, пошли ко мне уже, день тяжёлый был, — тихо попросила у мужчины, лицо которого даже толком рассмотреть то не успела.

В ответ он меня стиснул ещё сильнее и отрицательно покачал головой. Ну, хоть слышит, и то хлеб.

— А если я перенесу нас? — Неуверенно предложила я.

Сама не уверена была, что могу нас перенести, но ноги уже не держали, да и есть хотелось, так что живот скоро заурчит от голода. Неловко как-то.

— Я попробую, ладно? Лучше бы пешком, конечно, ох, надеюсь, нас