Хозяйка магической лавки – 2 - Александра Черчень

Преподаватели моим умоляющим взглядом к сожалению не впечатлились, и как следует меня пропесочили. Звучало много обидных слов в стиле «а зачем вы вообще пришли, если не собираетесь учиться», «я всегда догадывался, что девушки в академию поступают лишь хвостом крутить» и тому подобные высказывания.

В свете всего вышеперечисленного к исходу недели я уже стала немножечко надеяться на темную ведьму! И уже думала было уточнить у Сары детали ритуала в котором меня собирались убивать. Если это не очень больно и напоследок можно выспаться, то подобный исход становился все привлекательнее!

Я даже нервно хихикнула, представив, что вывешиваю за дверь лавки записочку, что многоуважаемая ведьма так, и так, я передумала жить в таких зверских условиях, потому можно ли поторопиться и принести меня в жертву не дожидаясь кровавого полнолуния?

Единственным светлым пятном в этой темной болотной мути был магистр.

То что я испытывала в его компании, вообще очень изменило свою эмоциональную окраску стоило мне перестать думать о нем как о сверх подозрительном мужчине с не менее странными кладбищенскими интересами. Это никуда не исчезло, но просто отступило на второй план под ворохом других проблем.

А лорд Рейвенс, которого мне так и хотелось называть просто по имени, сейчас был скорее отдушиной. Он умел молчать и слушать как никто. И внезапно, даже страшный бюрократический дракон оказывается уже не таким страшным. И с магистром, о чудо можно не только пить глинтвейн и целоваться в зарослях, но и просто гулять. А то, что с тех самых пор он не позволял себе больше чем мимолетные поцелуи в щечку на прощание, положа руку на сердце – скорее расстраивало.

Я полностью осознавала, что попала в ловушку и теперь лишь дело времени когда же блистательный герцог разобьет мне сердце. Потому что легкие интрижки это не про меня, а вот серьезные отношения – кто же пойдет на такой мезальянс? Да общество в последние пару десятков лет стало гораздо проще относиться к добрачным связям, чем во времена молодости моих родителей, например.

Так что как мудро прокомментировала Сарочка «Разбитое сердце можно склеить, а вот вынутое из грудной клетки обратно не пристроишь. Потому улыбайся магистру и хлопай глазками дальше. Заинтересованный мужик, точно не даст тебя прибить!».

Таким нехитрым образом я избавилась от любопытства на тему деталей своего убиения, ну и от страдашек на тему отношений.

Два в одном!

Я усмехнулась, вспомнив задорные комментарии Книжули, и переставила один флакончик, на место другого. Теперь они стояли по размеру и выглядели гораздо лучше. Еще на ту же полку я добавила всякой декоративной зелени и она вообще заиграла с продажной точки зрения!

Невольно стрельнула глазами в сторону выхода из торгового помещения. Там, в закутке под лестницей дожидалась своего звёздного часа моя новая вывеска, заказанная у столяра по индивидуальному эскизу. И да, она получилась потрясающей. Деревянная, с тисненой надписью зеленого цвета, которую обвивали золотисто-черные цветы!

И уже сегодня вечером ее водрузят прямо над входом в мою лавку и она окончательно сменит свое название. Она окончательно будет моим детищем.

– Адель? – из мечтаний меня вырвал голос Лайны. – А куда вытяжку из трехцветника поставить? Ты просила принести из подсобки…

– На стойку, – повернулась я ней я, и взяв со стеллажа несколько баночек, направилась к помощнице. – Сейчас мы добавим его в витринные образцы средств.

– Зачем? – заинтересованно поинтересовалась мисс Ривин, в которой за прошедшие дни обнаружилась хорошая такая доля здорового любопытства. Ей действительно было интересно из чего состоит то или иное средство, и каким образом одни компоненты усиливают или ослабляют действия других. Я рассказывала, потому что во-первых мне не жалко, а во-вторых все это не представляло собой великой тайны и вполне можно было прочитать в любом справочнике травника. А кое-что и в советах по домоводству! Так как домострой, конечно, домостроем, но по мнению сильного пола женщина должна быть не только тиха и услужлива, но еще и свежа как майская роза.

– Чтобы продлить срок годности вскрытой упаковки, – пояснила я, как раз отвинчивая очередную крышечку. – Вдобавок смотри, в этой линии кремов «Юная свежесть», основной актив это вытяжка из мирави, а она окисляется при контакте с воздухом. И теряет часть свойств.

– А образец у нас витринный, то есть открывать станем часто и он может быстро прийти в негодность, – уловила суть Лайна.

– Именно.

Я взяла пипетку, и даже успела набрать в нее вытяжку трехцветника, но добавить в крем не успела. Потому что дверь открылась с таким оглушительным стуком, словно ее намеревались сорвать с петель. Колокольчик истерично зазвонил, видимо вторя настроению посетителя.

А когда я подняла взгляд, то увидела на своем пороге… Эванджелину. Медсестру из академии стихий!

Девушка замерла на пороге, сжимая в руках свернутую трубочкой газету так, словно это была чья-то шея и сверкала красивыми глазами, что сейчас приобрели чистейший голубой, небесный оттенок. Волосы ее чуть растрепались, кожа порозовела… в общем, ей можно было бы любоваться как воплощением ярости! Даже восхищаться, наверное.

Если бы она не швырнула через лавку газету и не рявкнула:

– Ты! Ты, мерзкая потаскушка!

Газета упала на стойку, и сбила мою руку, благодаря чему в крем «Юная свежесть» самопроизвольно добавился чертов трехцветник, правда не в количестве пяти капель, а нескольких чайных ложек минимум! Теперь получившейся косметикой можно было намазывать разве что злейших врагов. Вот зараза! Испортила отличный продукт!

– Да как ты посмела! – продолжала разоряться незваная визитерша.

На шум из кухни тотчас явилась нечисть! Сара воодушевленно помахала закладкой и заявила:

– Таки шкандаль? Шкандали это прекрасно, это я люблю!

А вот я – не очень. И главное непонятно за что прилетело.

– Ты, мерзкая потаскушка! – ярилась Эванджелина. – Решила, что вот так все просто будет, да? Хвостом покрутила, глазками поморгала и все?

Начинает проясняться. Но облегчать этой невежливой барышне задачу, я не собиралась.

Изогнула бровь, я повернулась к испуганно замершей Лайне и повторила за гостьей:

– Говорят, «мерзкая потаскушка», представляешь? Ты таких знаешь? – помощница помотала головой. – Вот и я не знаю.

– Издеваешься?! – справедливо заподозрила красотка.

– Намекаю, что вы адресом ошиблись, не иначе.

– Самая умная? – неприятно усмехнулась Эванджелина. – Так вот, запомни, дурочка с переулочка – он мой! И как бы тебя сейчас, пастушка, не валял по сену, все равно будет моим!

Ага. Кажется начинаю понимать!

Сарочка тоже была сообразительной, а потому ткнула в Марель закладкой и воодушевленно произнесла:

– Цэ не просто шкандаль, цэ сцена ревности!

– Очень громкая, вульгарная девица, – кивнула мышка, неприязненно глядя на визитершу. – И право, если магистр имел с ней какие-то дела, то я в нем разочарована.

– Тю, думаю при нем она невинна как овечка до встречи с горцами.

Я тем временем с некоторой опаской посмотрев на вцепившиеся в стойку наманикюренные пальчики девушки, отодвинула на другую сторону все баночки-скляночки и даже мешочек с травами.

– Ну и что ты молчишь? Еще и тупая? – визгливо не унималась упорно жаждущая взаимного скандала Эва. Не исключено, что даже рассчитывала на мордобой! В котором возможно даже победила бы, так как она выше, крупнее, а я никогда не решала проблемы методом таскания оппонента за космы.

Но видимо просто так с визгом набрасываться на спокойную соперницу она не могла. Требовалась взаимность!

Потому я расплылась в профессиональной уже улыбочке продавца, и все тем же умиротворенным голосом, ответила:

– Дурочка с переулочка, пастушка… мучительно пытаюсь сообразить кто бы это мог быть, да все никак. Все же ошиблись вы, девушка!

В ответ она разразилась таким потоком, практически рыночной ругани, что мы все дружно заслушались.

А после вдруг замолчала, бросила мне напоследок, что разговор еще не закончен и практически выбежала из лавки.

– Внезапный финал, – удивленно прокомментировала Марель.

– Понос, он всегда внезапный, – глубокомысленно отозвалась Сарочка. – Я решила, что раз у девчонки столько мерзостей в голове и на языке, то не помешало бы от них избавиться. А таки ишшо