Ошибка Заклинателя - Стелла Вайнштейн

Эмма старательно написала ответ, в котором обещала не доставлять Адаму беспокойства, аккуратно вернула книги на место. Она провела взглядом по убранству домика — дощатому столу с низкими сидениями, ширме с летящими журавлями, стеллажу, где ровными стопками лежали книги и горшочки с Хуа. Ни одной лишней вещи, все вместе смотрится уютно и аккуратно. Безупречно, как и сам заклинатель. Мысленно, Эмма приказала светильникам притушить свет и направилась к кровати.

Без ровного дыхания Адама под боком сон не шел. Вместо этого Эмма ворочалась из стороны в сторону и кляла себя за то, что успела привязаться к человеку, ответственному за ее смерть.

9

— Ах вот какая она, господин заклинатель не ведает покоя! — высокий женский голос с истеричными нотками выдернул Эмму со сна.

Накануне она опять сидела допоздна с кисточкой в руках. Ей хотелось произвести на заклинателя впечатление успехами в письме. Эмма прилежно читала изречения мудрецов, гороскопы, а также собрала десять горшочков Хуа. Ей не хотелось признаться, но без Адама неделя тянулась безвкусной резиной.

Эмма резко села в кровати, распахнув глаза. Над нею склонилась рослая девушка с длинными черными волосами, в которых блестели и переливались многочисленные золотые заколки, соединенные тонкими цепочками. Девушка была одета в ярко-красное платье, покрытое обильной золотой вышивкой и блестящими камнями. Она вся сверкала, звенела и оглушала.

— Глаза, как осколок неба в плене чернильных ресниц. Кожа, как парное молоко, — продолжала вещать она, и, прежде, чем Эмма успела отреагировать, смуглая рука с тонким запястьем принялась гладить и мять ее щеку.

— Деви, не трогай госпожу, — послышался резкий голос Адама сзади и девушка тут же одернула руку.

Эмма в первый раз слышала, чтобы заклинатель повышал голос. Она не заметила его, поглощенная вниманием яркой девушки, жадно рассматривающей ее. Заклинатель в сером облачении, с голубой вышивкой журавлей по вороту стоял подле ширмы, сложив руки на груди. Длинные рукава опускались почти до пола. Вся его идеально ровная фигура выдавала напряжение.

— Волосы чистое золото, — продолжала восхищаться девушка в алом, и не удержавшись, погладила завитки, рассыпавшиеся по одеялу.

Эмма недовольно повела плечами. Ее осыпают комплиментами, или рассматривают как товар на рынке?

— Деви! — в голосе Адама зазвенела сталь.

— Прошу прощения, — девушка недовольно отступила на шаг, виновато покосившись на Адама.

— Ты потревожила сон госпожи, хотя я предупреждал ждать ее пробуждения в тишине.

— Я не умею по другому, — виновато улыбнулась Деви, кокетливо обернувшись на заклинателя. — Именно для этого меня и позвал, старший брат, не правда ли? А еще потому, что я умею хранить тайны. Неужели нельзя дать мне немного порезвиться? Я ведь ничего не попросила взамен, лишь эту малость…

— Не переходи границ, — холодно посоветовал Адам, и обойдя дугой гостью склонился перед сидящей в кровати Эммой. — Госпожа, я привел учителя. К сожалению, неотложные дела требуют моего присутствия в столице. Смиренно прошу вас писать мне.

Он покорно опустил голову, дожидаясь ответа Эммы. Словно без ее разрешения, не осмеливался уйти. Длинные ресницы трепетали, губы чуть приоткрылись. Эмма легко коснулась его мизинца и почувствовала знакомый жар и томление, наполняющие сердце. Почему ей нужно отпускать его?

Бросив быстрый взгляд на девушку, беззастенчиво глядящую на них с нехорошей усмешкой, Эмма поежилась.

— Конечно, я буду писать, — тихо пообещала она. — Когда ты вернешься? — невольно вырвался вопрос.

— Как только смогу, — глухо заверил ее Адам, не отрывая взгляда от покрывала, на котором еле соприкасались их руки.

— Хорошо, — прошептала Эмма.

Она хотела задать множество вопросов, но любопытный взгляд Деви прилип к щеке, как банный лист.

Получив ее разрешение, Адам молниеносно поднялся, размашистым шагом кинулся за ширму. Эмма рывком поднялась за ним и успела увидеть, как он исчезает за дверью в чуланчик. Закрывшись за ним мерцающее радугой дерево потухло. Адам еле успел проскользнуть в последнее мгновение, но все же он не смел торопить ее с решением. Словно и вправду нуждался в разрешении Эммы.

Оставшись в растрепанных чувствах, Эмма очнулась лишь после того, как обнаружила, что гостья в красном принюхивается к ее волосам.

9.1

Эмма нахмурилась, а шумная девица, от которой пахло сладкими духами, сделала вид, будто ничего не происходит и принялась расхаживать по домику, трогая все, на что положила глаз: поверхность стола, полки, сушеные травы, шелковые абажуры. При ходьбе многочисленные украшения в ее волосах и браслеты на руках мелодично звенели, а от ярких цветов одежды рябило в глазах. В сдержанном убранстве домика Деви выглядела крикливым попугаем.

— Вот как живет уважаемый мастер шестого уровня вдали от шума толпы, — отыскав платок Адама, аккуратно сложенный Эммой, девица беззастенчиво потерлась о него щекой и заложила за ворот платья. — Скромненько.

Эмма заметила на столе стопку книг в мягкой обложке, связанных черным шнурком. Адам не забыл захватить для нее учебники, как и обещал. Выхватив их, Эмма, до сих пор одетая в ночные одежды, скрылась за ширмой, преградой вставшей между ней и незнакомкой. Малахитовое платье укрыло ее складками до пола, придавая уверенности. Эмма, дотронулась до бабочек на рукавах, села на низкий пуфик перед зеркалом, причесала растрепавшиеся волосы и собрала их в строгий узел. Ей не хотелось, чтобы их опять щупали.

— Невероятно красивая, — пальцы Деви сжали плечо Эммы, а черные глаза жадно рассматривали ее в зеркале.

— Вы тоже красавица, — спокойно сказала Эмма, проявляя выдержку.

Миндалевидные бесстыжие глаза девушки выделялись на овальном лице. Черные стрелы бровей, точеный нос, алые губки бантиком — она была прекрасна и осознавала это.

— Говорят, красавчик предпочитает блондинок, — чуть оскалилась незнакомка.

— Меня сей вопрос мало интересует, — отрезала Эмма.

— Вот как, — шумно рассмеялась девушка, взметнув копну черных волос, и мелодично зазвенев. — Бедный красавчик, его сердечные чаяния вновь не нашли отклика в сердце жестокой красавицы. Поклонницы будут счастливы.

Оставив шутливый тон, девушка хищно наклонилась вперед, приобняв Эмму рукой и притиснув ее лицо к своему напротив зеркала.

— Обменяйся со мной, — проникновенно попросила она.

— Обменяться чем? — переспросила Эмма.

— Ты мне очень нравишься, — выдохнула девушка, потершись носом о волосы Эммы. — Если ты считаешь, что я красива, значит не будешь против.

— Я… — Эмма застыла от подобной бесцеремонности.

Адам в ее обществе вел себя крайне деликатно и скромно. В справочнике мудрецы твердили о важности хороших манер. Эта же, Деви,