Ничего личного - Кэрол Мортимер

Лекси протянула руку в его сторону и неуверенно потребовала:

— Отдай мне медальон, Лукан!

Вместо того чтобы уступить требованию Лекси, Лукан машинально сжал пальцами ювелирное изделие, не обращая внимания на то, что застежка медальона больно врезалась в его ладонь. Он попятился, увидев протянутую руку Лекси. То, что хранилось в медальоне, его ошеломило.

Внутри медальона находились две фотографии. На одной из них был седовласый мужчина в возрасте за шестьдесят лет, его лицо было по-прежнему красивым. Он тепло улыбался. Лицо мужчины имело сурово-аристократические черты, и Лукан мгновенно узнал на фотографии своего отца — герцога Александра.

На второй фотографии была женщина. Ее истинный возраст выдавала лишь проседь в черных волосах длиной до плеч. На ее лице не было ни морщинки, она радостно улыбалась.

У женщины было красивое лицо: светлая кожа оттенка слоновой кости, большие голубые глаза, дерзко вздернутый нос и полные губы. Черты лица этой женщины слишком уж напоминали Лукану черты лица стоящей перед ним Лекси…

— Я спросил, кто ты такая? — повторил Лукан тихим, но ледяным тоном.

Лекси сглотнула. Она по-прежнему едва переводила дыхание. Когда Лекси посмотрела на бледного и высокомерного незнакомца, стоящего перед ней сейчас, она почувствовала, как у нее слегка кружится голова.

Лукан — ее недавний любовник — словно исчез. Исчез и смешливый Лукан. А на его месте появился человек, который источал такую холодную и безжалостную ярость, что Лекси казалось, будто она ощущает ее физически.

Она покачала головой:

— Я могу объяснить, Лукан…

— Тогда я советую тебе это сделать! — жестко прибавил он. — Начни с рассказа о женщине на фотографии.

Лекси покачнулась от безжалостных и гневных слов Лукана. Она присела на край кровати.

Она ведь собиралась поработать в «Сент-Клер корпорейшн» в течение всего трех дней. Ей нужно было лишь удовлетворить свое любопытство в отношении семьи Сент-Клер, а затем, когда она бы все узнала, — просто уйти. Но с момента ее прихода в кабинет Лукана Лекси поняла, в какой опасности окажется, если этот человек когда-либо узнает, что она приходится внучкой Сиан Томас.

Она не подозревала, что подвергнет себя еще большей опасности — влюбится в Лукана…

Лукан смотрел на нее с такой неприязнью и таким холодным презрением, что у нее по спине пробежал холодок.

— Рассказывай, черт побери! — резко приказал он.

Лекси облизнула пересохшие губы:

— Ее зовут Сиан Томас…

— Говори громче, Лекси, — холодно произнес Лукан.

Она вздернула подбородок.

— Ее зовут Сиан Томас. Она моя бабушка, — тихо прибавила она, слезы стали жечь ее глаза.

Лукан резко и шумно вздохнул. Он знал, конечно, что если в медальоне находится фотография его отца и фотография женщины, то незачем спрашивать, кто она такая. Женщина, которую любил его отец… Женщина, которая была виновата в том, что двадцать пять лет назад разрушилась семья Сент-Клер…

Сиан Томас. Невероятно, но она — бабушка Лекси!

Он знал, что Сиан Томас была вдовой, когда его отец много лет назад познакомился с ней, и что у нее была девятнадцатилетняя дочь. Однако Лукан не предполагал, что ее дочь может выйти замуж и родить девочку… И теперь эта девочка здесь…

Лукан повернулся и решительно подошел к окну, встав к Лекси спиной. Он старался успокоить разбушевавшиеся эмоции, не пытаясь даже разжать ладонь и снова взглянуть на медальон.

— Лукан…

— Ничего не говори, Лекси, — предупредил он сквозь стиснутые зубы.