До любви один шаг - Ким Лоренс

— И кухня тут неплохая, — ответила Джо, улыбаясь оживлению подруги.

— Передам твой комплимент шеф-повару. Ты так долго и скучно ковыряешь свой сабайон, что мне показалось, он тебе не понравился.

— Я не голодна.

— Тогда давай сюда. Будет жаль, если пропадет. — Клаудия спокойно относилась к калориям и отнюдь не комплексовала по поводу своих щедрых очертаний.

— Как поживает Джастин? — спросила Джо. Клаудия и Джастин работали в одном месте, это он их и познакомил. Женщины сразу подружились.

— Он беспокоится о тебе.

— Не надо! — взмолилась Джо. — Я и так чувствую себя виноватой. Он был слишком хорош для меня.

— Ты права, — задумчиво согласилась Клаудия.

— Что? — Джо удивленно взглянула на нее.

— Я не совсем так хотела сказать. Я просто всегда считала, что вы с Джастином не подходите друг другу.

— Ты никогда не говорила об этом. — Джо была несколько ошарашена.

— А ты не спрашивала. — Клаудия отодвинула пустую тарелочку и уперлась подбородком в сплетенные пальцы. — Беременна, замужем и занимаешься разводом… Никак не могу поверить.

— Когда ты так говоришь, и в самом деле кажется…

— Опрометчиво? — подсказала Клаудия.

— И ты, Брут. Я сыта по… — Она стукнула себя кулаком по лбу. — Мне только и твердят, что я веду себя неразумно.

— Успокойся, Джо, я не собираюсь читать тебе нотаций. Я даже хотела бы узнать кое-что из гнусных подробностей. А то зачем бы я потащила тебя в дорогой ресторан? Мне хочется, чтобы теплая средиземноморская обстановка несколько ослабила жесткие англосаксонские узлы. Выкладывай все, и ты почувствуешь себя гораздо лучше, кроме того, я намного дешевле психотерапевта. И у меня не включен счетчик.

— А я-то думала, все дело в щедром дяде-рестораторе…

— Ладно, не ехидничай, давай выкладывай. Ты вообще ни разу не переспала с Лайамом до того дня, когда Джастин тебя бросил? — с недоверием спросила она и улыбнулась, когда Джо с возмущением выпучила глаза. — Не надо так на меня таращиться. Я всегда была уверена… Ну, это довольно необычно… Так я дружу только с бывшими любовниками, ну с некоторыми из них.

— Понятно, откуда у тебя столько друзей. Клаудия снисходительно улыбнулась — ее совершенно это не задело.

— Тебе надо познакомиться с моей мамой, вы бы поладили. Она хочет, чтобы я перестала плохо вести себя, вышла замуж и начала производить детей. Итак, о Лайаме…

Джо с нетерпением вздохнула: ох уж это адвокатское занудство.

— Ну, будешь ты говорить? Джо вздрогнула.

— Что говорить?

— О том, что восхитительный Лайам…

— Я бы очень хотела, чтобы ты перестала так выражаться, — сердито прервала ее Джо.

— Как выражаться?

— Восхитительный, сладостный…

— Хорошо, итак, что натворил твой непривлекательный и невзрачный муж, чтобы заставить тебя сбежать в брачную ночь? Доложу тебе, мнения расходятся, но я склоняюсь к теории противоестественной сексуальной практики. Джастин считает, что дело в сопернице… или, скорее, в соперницах.

— Приятно сознавать, что моя личная жизнь предоставляет славным представителям юридической профессии возможность лишний раз попрактиковаться в избранной специальности…

— Да ладно тебе, Джо, не надо так огорчаться и видеть все в черном свете… Ты знаешь, мы тебя любим. Согласись, ведь, если девушка после бракосочетания бросает жениха, это не может не заинтересовать.

Искреннее тепло в глазах Клаудии заставило Джо по-дурацки прослезиться.

— Я знала, что он на мне женится только из-за ребенка, но я думала, он верит, что наш брак может удаться. — У нее задрожал голос.

— А он не верил?

Джо решительно высморкалась.

— Нет, он просто хотел добиться законных прав на воспитание ребенка. Это был трезво рассчитанный план.

— Кто сказал это?

— Он… Он сказал так, я ничего не выдумала, я сама слышала! Ему до меня дела нет.

— Мне всегда казалось, что Лайаму как раз есть до тебя дело. У меня даже такая теория…

— Какая теория? — Джо была несколько раздосадована тем, что Клаудия не ужаснулась. Ну хотя бы посочувствовала.

— Понимаешь, Лайам всегда делился с тобой всем, кроме своего тела. Всеми чувствами, переживаниями. В то же время он пользовался спросом у дам, но не славился постоянством. Понимаешь, он не нуждался в чем-то глубоком и значительном с ними, потому что у него это уже было с тобой. Следишь за мыслью? Если нет, пусть это тебя не беспокоит. Буду рада ответить на твои вопросы, когда кончу. Дело в том, что, когда этот ужасный секс замутил вам мозги… Я правильно поняла, это была страсть с большой буквы?

Джо беспокойно заерзала. Она надеялась, что тусклое освещение скроет ее густой румянец. Клаудия очень кстати появилась со своими вопросами, но она не собиралась дожидаться ответов. С другой стороны, это могло быть к лучшему. Последнее, чего сейчас хотела Джо, — это вновь переживать прошедшее.

Клаудия потерла руки, готовясь сделать эффектное заключение.

— Понимаешь, у него получается и интеллектуальное общение, и дружба, и страсть — все в одном флаконе. Другие женщины ему не нужны: у него есть ты. — Она с самодовольным видом оперлась локтями о стол. — Как тебе это?

— А так, что, если взглянешь вправо, найдешь существенную брешь в своей теории. — Ее голос доносился как будто издалека, пробиваясь сквозь грохот стучавшей в ушах крови.

— Что?.. — Клаудия повернулась боком на стуле.

— Брешь роста выше среднего, со струящимися светлыми волосами и грудью, существующей вне закона притяжения, — пояснила Джо спокойным тоном, в котором не звучало и намека на то, какой нож ковырял раны в ее жизненно важных органах. — Она только что вошла… с Лайамом.

— Сюзанна Вильсон! — ахнула Клаудия. — Это не закон притяжения, это подпирающий лифчик. На мне такой же, — призналась она, оттягивая шелковую блузу и выставляя всем желающим на обозрение свое кружевное белье.

— Я знаю, что это Сюзанна Вильсон. А ты откуда знаешь?

— Ты что?

— Она что, знаменитость? — Теперь все ясно. Вот откуда этот важный вид.

— Знаменитость! Ты где была, Джо? Это самая кассовая режиссерша в Голливуде, а значит, во всем мире. Ты должна помнить, как ее чернили в феминистской прессе за последний фильм, где она якобы принижает женщину. Он принес невероятные кассовые сборы. Теперь понимаешь? — Клаудия с некоторым беспокойством смотрела на подругу. — А ты ее откуда знаешь?

— Она приходила за Лайамом… Она тащилась за ним в Москву. Ее Лайам в своих письмах представлял как помесь Жанны д'Арк с Мэрилин Монро. — От полного отчаяния ее спасала только звериная ярость. Он не тратил времени зря.