Ягодка - Алекс Вуд

Утром Ягодка проснулась с мыслью о Питере. Иначе как безобразием назвать это было нельзя. Она никогда не позволяла мужчинам вольности. Единственный, кто поцеловал ее с наскока, был Спайк. Но они хотя бы дружили, и вообще ситуация была совсем другой. Питер Сорелли не Спайк, и с первой минуты их знакомства Ягодка хотела одного — чтобы он оставил ее в покое. Как же так получилось, что сейчас, когда он наконец оставил ее в покое, она не перестает о нем думать?

В ресторане Ягодка с головой ушла в работу. Она вихрем носилась по «Джеффро», раздавая указания официантам, метрдотелю, Трэвису. Она была всюду, лишь на кухню никак не отваживалась заглянуть. Чем меньше ассоциаций с Питером, тем спокойнее.

Но все словно сговорились напоминать ей о нем. У официанта были похожие черные волосы. Трэвис по телефону назначал кому-то свидание в «Гангстере». Кристин, отвечавшая за бронирование столиков, почему-то именно сегодня решила сообщить Ягодке, что мистер Артур Сорелли зарезервировал столик в углу на восемь недель вперед. Это было чудесно для ресторана, но сейчас Ягодка меньше всего хотела слышать фамилию Сорелли.

В обед она заперлась у себя в кабинете и взялась за счета. Но, сделав три ошибки, поняла, что лучшим будет не бежать от воспоминаний, а разобрать все по косточкам. Итак, Питер Сорелли. Избалованный сынок миллионера с подозрительными связями. Наглый, заносчивый, задиристый, эгоистичный. Не способен думать ни о ком, кроме себя. Ягодка поежилась. Мерзкий тип, абсолютно не в ее вкусе. Тем более что у нее есть Спайк, с которым так хорошо все начинается…

Ягодка вспомнила, как выгнала вчера Спайка из-за этого злополучного поцелуя, и загрустила. Если бы Спайк узнал…

В дверь деликатно постучали.

— В чем дело, Трэвис?! — крикнула Ягодка.

— Тебя хочет видеть клиентка, — сказал Трэвис, и по восхищенным ноткам в его голосе Ягодка поняла, что клиентка молода и красива.

Она вышла из кабинета.

— На что она жалуется?

— Ни на что, — пожал плечами Трэвис. — Заказала «Маргариту» и попросила пригласить тебя по очень важному вопросу.

Заинтригованная Ягодка вошла в зал вслед за Трэвисом.

— Там, у окна, — кивнул он.

Она повернула голову и увидела красивую блондинку. Ягодка моментально узнала ее. Именно с этой девицей Питер обнимался тогда возле ее дома.

С недобрым предчувствием Ягодка подошла к столику.

— Добрый день, я Элисон Эпплберри, хозяйка «Джеффро». — Она была подчеркнуто официальна, делая вид, что не узнала блондинку.

Та без обиняков кивнула на соседний стул.

— Садись, есть разговор.

Блондинка была очень хороша собой, и Ягодка впервые задалась вопросом, что связывает ее и Питера. Они бы отлично смотрелись вместе, она, хрупкая, нежная, белокурая, и он…

Ягодка закусила губу и приказала себе не думать о Питере.

Девушка отпила коктейль.

— Я вас слушаю, — вежливо сказала Ягодка. — У вас какие-то проблемы?

— Я бы сказала, проблемы у нас обеих, — усмехнулась блондинка. — Ты в курсе, что Спайк Дентон лживая свинья?

Ягодка была готова к чему угодно, но только не к такому.

— Ты с ним встречаешься, да? — продолжила блондинка. — Хочешь знать, где он ночевал два дня назад?

— Я не собираюсь это обсуждать. — Ягодка начала подниматься. — Спайк работал и…

— Работал он, как же, — фыркнула блондинка. — Разве что в моей постели. — Она подалась вперед и отчеканила: — Ту ночь Спайк Дентон провел со мной.

Ягодка пожала плечами.

— Не понимаю, зачем вы мне это рассказываете. Даже если предположить, что это правда…

— Это я ответила на твой звонок, глупышка.

Ягодка села обратно. Она по-прежнему не доверяла блондинке. Но уйти уже не могла.

— Он наплел мне, что ты разбила ему сердце, и я его утешила, — усмехнулась блондинка. — Утром, после твоего звонка, выяснилось, что его сердце не так уж разбито. Мы поругались, и я его выгнала. А в промежутке, как оказалось, этот негодяй залез в кабинет моего отца, украл очень важные документы и теперь шантажирует его.

Ягодка провела рукой по лбу. Лучше бы она проигнорировала Трэвиса и осталась в кабинете.

— Я не знаю, какие у тебя с ним отношения. Если ты замешана в этом, берегись! — Глаза блондинки сузились. — Если ты ни о чем не знаешь и можешь на него повлиять, объясни ему, что он затеял опасную игру. А лучше всего беги от него со всех ног, пока он и тебе подлость не сделал.

У Ягодки все закружилось перед глазами. Она отказывалась верить в нечистоплотность Спайка. И в то же время в глубине души знала, что от него можно ожидать всякого…

— Наверное, он хочет сделать репортаж, — тихо сказала она.

— Думаешь, это его оправдывает? Мой отец не бандит, не вор, не взяточник. Он столько сделал для города, что Спайку и не снилось!

— А кто ваш отец?

На лице блондинки отразилась досада. Она была уверена, что я ее узнала, поняла Ягодка.

— Я Марго Джефферсон. Мой отец мэр Ньюайленда.

Ягодке стало тяжело дышать. Марго Джефферсон. С тех пор как она себя помнила, она пыталась отделаться от зависти по отношению к Марго. В детстве было очень трудно, но Ягодка рано научилась не желать недостижимого. У нее была своя жизнь, у Марго — своя, и Ягодка старалась, насколько это возможно, разграничивать эти жизни. Она никогда не заглядывала в светскую хронику, а если по телевизору в новостях вдруг упоминали о семье Грэма Джефферсона, Ягодка переключала канал.