Маркиз из Сорренто - Сара Крейвен

Эмилио, не смутившись, рассмеялся.

— Надеюсь, я вас не обидел. Просто момент был удачный. Оказывается, у вас больше шарма и стиля, чем я мог предполагать.

— Вот как? — Полли подняла брови. — Я могу не спрашивать, кто сформировал ваше мнение обо мне.

— Вы, естественно, правы. — Эмилио Корци вздохнул. — Бедная Виттория Барсоли. Она так и не оправилась после смерти той несчастной девушки, Бьянки. Наверняка ей тяжело видеть, что кто-то занимает место ее любимицы. — Он сделал паузу. — Впрочем, у нее меньше причин для огорчений, чем у меня.

— А-а. — Полли окинула Эмилио бесстрастным взглядом. — Вы имеете в виду наследство.

Эмилио отозвался с заученным вздохом:

— Увы, увы, это так. У его покойного отца было двое братьев и сестра, то есть моя мать. У всех троих было десять детей, и все девочки, кроме меня, причем я был младшим. Понятно, Сандро был единственным сыном, и, осмелюсь сказать, от него с раннего детства ожидали слишком многого.

Полли понимала, что ей следует удалиться, но не повиновалась внутреннему голосу.

— Для чего вы это говорите?

— У него всегда были натянутые отношения с отцом. — Эмилио задумчиво затянулся сигарой. — Мать Сандро была посредницей между ними, а когда ее не стало, положение стало еще хуже. Вы же знаете, она умерла, когда ему было двенадцать лет. — Он взглянул на Полли, вскинув брови. — Или вы не знали?

— Знала, конечно.

Полли тряхнула головой.

— Сандро склонен умалчивать о многих сторонах своей жизни, — как бы извиняясь, произнес Эмилио. — Конечно, у него есть на это свои причины.

— Должно быть, он не хочет, чтобы подробности частного характера выплеснулись на страницы бульварных газет и журналов, — жестко заметила Полли.

— Мой дорогой кузен неверно судит обо мне. — Эмилио произнес эти слова едва ли не жалобно. — Я не наживался на его тайном романе с вами, как и на том факте, что у него есть дитя любви. Я смотрю на все это как на романтическую повесть со счастливым концом. Я по-настоящему предан семье. — Он вздохнул. — Я даже не стал публично делиться своими сомнениями относительно загадки смерти Бьянки. Пока, по крайней мере.

— Загадки? — переспросила Полли. — Это же была трагическая случайность.

— Безусловно, к такому выводу пришло следствие. Но меня изумила немногословность единственного вызванного свидетеля — Джакомо Рабони. — Он улыбнулся Полли. — Но, в конце концов, не одно поколение его семьи верой и правдой служило Валесси. Как знать, что сказал бы более беспристрастный человек?

Полли застыла.

— Что за мерзкие намеки? В его автомобиле лопнула шина. Такое иногда случается.

— Но расследование было проведено слишком поспешно, — возразил Эмилио. — Так или иначе, многие вопросы остались без ответа.

— Например? — решительно спросила Полли.

— Что знал и о чем умолчал Джакомо Рабони? Я знаю, дядюшка щедро отблагодарил его. А теперь, насколько я понимаю, его внучка получила престижную должность вашей персональной горничной.

Полли выдавила из себя:

— Она его внучка? Вот как! Но благодарность — это же совершенно естественно. Сандро говорил мне, что Джакомо спас ему жизнь. Это большая услуга.

Эмилио только пожал плечами.

— Мне представляется, его молчание — услуга еще более важная. Говорят, что причиной щедрости часто бывает нечистая совесть. — Он доверительно понизил голос: — Вы никогда не задумывались о том, что шрам на щеке вашего мужа — это не что иное, как каинова печать?

— Мне думается, вы сказали вполне достаточно, — ледяным тоном сказала Полли. — Вы здесь на положении гостя Сандро. Поэтому было бы лучше, если бы вы покинули дом.

— А вы нетерпимы, дорогая моя Паола, — с упреком заметил Эмилио. — Поверьте мне, ваша преданность мужу неоправданна. Я хочу стать вашим другом. Может статься, в один прекрасный день я вам понадоблюсь.

— Не могу себе этого представить, — жестко отрезала Полли.

— А разве вы предвидели, что вам предстоит стать маркизой Валесси? — Он помолчал. — Но что же вы будете делать, когда Карло окажется законным наследником, а Сандро устанет играть роль мужа и откажется от вас во второй раз?

Шок вызвал у Полли прилив желчи.

— Какого черта? Что вы хотите этим сказать?

Эмилио только вздохнул.

— Я надеялся, что вы все-таки будете откровенны. Ваши дни и ночи с моим кузеном сочтены, и вам это известно. Он никогда не хотел жениться. Ни на бедной Бьянке, ни на вас. Ни одна женщина не удовлетворила бы его тяги к многообразию. — Верхняя губа Эмилио искривилась. — Вы знаете, кто был его подружкой в Риме?

— Вот в чем дело, — выговорила Полли. — Пожалуйста, уходите.

Теперь в голосе Эмилио зазвучал яд:

— Вы убедили его подписать брачный контракт? Или готовы удовлетвориться той жалкой суммой, которую он вам предлагал, когда вы расстались в прошлый раз? А если так, то вы будете довольны, когда обратитесь ко мне. Я предложу вам хороший гонорар за изложение вашего личного взгляда на вашу с ним связь.

— Да вы ведете себя просто низко.

Полли изо всех сил старалась выдержать ровный тон.

— А вот он, Паола, попросту безжалостен, как вам должно быть хорошо известно. Иначе с чего бы вы оказались здесь? — Он отвесил Полли легкий поклон. — Я вас оставлю, чтобы вы поразмыслили о нашем разговоре в одиночестве. Мы еще встретимся.

Он повернулся и исчез в темноте.

Полли почувствовала, что ловит воздух ртом. Что же в действительности случилось в тот день, когда машина Сандро полетела в овраг? Рафаэлла говорила, что ее дед отказывался говорить об этом происшествии. Что же он видел или слышал? Что принудило его к молчанию?

Как бы то ни было, подумала Полли, мне придется спросить об этом у Сандро. И заставить его сказать мне правду.

Что же до замечаний Эмилио о браке… Ее пробрала дрожь. Возможно, он прав. Коль скоро он уже сделал Чарли своим наследником, какой ему смысл держать ее около себя? Тем более, если у него есть другие интересы?

Полли захотелось убежать куда-нибудь, спрятаться от двусмысленных улыбок и косых взглядов. Но больше всего ей хотелось укрыться от Сандро.

Боже, подумала Полли, инстинктивно сжимая кулаки. Все здесь неясно. Везде лицемерие.

Хватило бы у меня духу, я бы взяла Чарли и убежала обратно в Англию. Но ведь она на чужой земле, в крепости, где он — хозяин, а у нее нет никакой власти. Даже банковский счет, открытый для нее, переведен в Италию.

— А, ты здесь. — Сандро пересек террасу и подошел к Полли. — Ты одна? Что ты здесь делаешь?

При виде Сандро сердце Полли отчаянно забилось.

— Мне хотелось подышать свежим воздухом. — Она рассчитывала, что ее голос прозвучит ровно и непринужденно. — Тяжело притворяться любезной весь вечер. Любой актрисе нужен антракт.