В мерцании рубина - Энн Мэтер

— Да?

— Джульет?

Ее губы тут же пересохли от волнения. Девушка узнала бы этот голос среди тысячи других.

— Можно мне подняться?

Джульет хотела отказать, но не смогла.

— Хорошо. Входи.

За те несколько секунд, что потребовались мужчине, чтобы подняться на нужный этаж, Джульет успела только расчесать волосы. Она была рада, что успела переодеться. На ней была розовая футболка и серые домашние шорты.

Она распахнула дверь.

— Привет.

Раф стоял на пороге ее квартиры, одетый во все черное. Даже в траурной одежде, он выглядел очень элегантно. В руке Раф держал лист ватмана, на котором была нарисована сама Джульет. Это был пастельный набросок. Девушка казалась невинной грешницей. Именно так она, должно быть, выглядела после того, как занималась любовью с Рафом.

— Рад тебя видеть, Джульет. Пригласишь меня войти?

— У меня есть на то причины? Я думала, я последний человек на земле, которого ты захочешь видеть.

— Это лишь доказывает, как сильно ты ошибаешься. Вот. — Он протянул Джульет рисунок. — Это тебе. У меня еще дюжина таких дома.

— Думаешь, я поверю?

— Но это правда. Если ты приедешь ко мне в студию, я покажу их тебе.

Девушка закусила губу.

— Зачем ты приехал?

— Чтобы поговорить с тобой. Извиниться. На похоронах я вел себя недопустимо грубо.

— Что ж, проходи в гостиную. — Джульет махнула рукой. — Хочешь выпить?

Комната вдруг показалась ей очень маленькой.

— Я бы не отказался от чего-нибудь безалкогольного.

— Апельсиновый сок или диетическая кола?

— Сок. И не нужно стакана. Спасибо.

— Садись, — предложила Джульет.

— А ты сядешь рядом?

— Я лучше постою. — В комнате чувствовалось напряжение. — Что ж, ты извинился. Что еще ты хочешь сказать?

— Почему ты сбежала тогда?

— Я не сбегала, — возразила Джульет. — Я с самого начала не хотела присутствовать на оглашении завещания. Мне бы хотелось попрощаться с Джози, но она говорила с адвокатом. И тогда я просто вышла и поймала такси. У меня уже был обратный билет до Лондона.

— Ты путешествовала с Кэри?

— Нет! Он что, сказал, что мы приехали вместе?

— Что-то вроде.

— Но это неправда! Знаешь, Кэри просил, чтобы я отдала ему кольца, которые мне оставила твоя бабушка. Но я отказала ему. Кажется, Кэри считает, что я не имею права на эти украшения. И, кстати, я с ним согласна.

— Чепуха. — Раф поднялся. — Бабушка хотела, чтобы кольца остались у тебя. — Он достал из кармана вельветовую коробочку. — Включая это. Возьми. — Мужчина протянул коробочку Джульет.

— Нет. Оно твое. Это кольцо принадлежало твоей матери. У тебя больше прав на него. Вот я его и вернула.

— Ты ведь знала, что я не приму этот дар. Может, ты хотела, чтобы я привез тебе кольцо лично? — предположил Раф.

— Я вряд ли могла рассчитывать на нечто подобное. Кэри сказал, что вы с леди Холдернесс… очень близки.

— Неужели? Что ж, от кузена я мог ожидать подобных фантазий. Но не от тебя.

— Почему же? Она так уверенно расхаживала по твоей квартире. И потом, те наброски…

— Я же говорил, Лив заказала мне портрет к шестидесятилетию мужа. Я нарисовал его и вручил юбиляру. Лорд был очень доволен. Сюрприз удался, так что это больше не секрет.

— Прости меня, — вздохнула Джульет.

— И ты прости. Знаешь, я ведь оставил Кэри свою студию и квартиру. Мне они больше не нужны. Я теперь могу жить и работать в Трегеллине. Помнишь депозит, о котором говорил мистер Арнольд? Оказывается, бабушка часто вкладывала деньги в акции разных компаний. Адвокат сказал, что я могу обналичить прибыль. Придется заплатить налоги, но денег будет достаточно, чтобы восстановить Трегеллин.

— Отличные новости. Я рада, что у тебя все так хорошо сложилось.

— Правда? — Джульет совершенно не ожидала, что Раф коснется ее горячей щеки. — Ты хотя бы представляешь, как сильно мне хотелось увидеть тебя? Я так благодарен, что ты прислала мне кольцо Кристины и тем самым дала повод приехать.

— Тебе нужен был повод?

— После того, как я вел себя с тобой на похоронах, думаю, да.

— Но ты всего лишь сказал, что обо мне думаешь.

— Нет!

— Да. — Девушка облизала губы. — И я не виню тебя. То, что я сделала, непростительно.

— Джульет…

— Мне жаль. Мое единственное оправдание — то, что я была в отчаянном положении.

— Как я сейчас. — Раф взял ее лицо в свои ладони. — Моя дорогая, выслушай меня. Я сожалею о каждом своем слове. Да, я злился на тебя, да, я поверил, что вы с Кэри все еще вместе, да, я был ослеплен ревностью. Видеть тебя рядом с Кэри было невыносимо. Знай, что я всегда беспокоился о тебе. — Раф шумно вздохнул. — Господи, Джульет, я люблю тебя.

Девушка на мгновенье потеряла дар речи. Она накрыла его руки своими ладонями.

— Не знаю, что и сказать.

— Скажи, что чувствуешь то же самое. Я хочу поцеловать тебя сейчас. Позволь мне поцеловать тебя. Ты, наверное, не догадываешься, но у тебя самые чувственные губы в мире…

На этот раз Раф целовал Джульет с любовью. И с нежностью. Джульет дрожала в его объятиях. Она тянулась к нему каждой клеточкой своего тела, жаждая снова почувствовать его ласки. Ее голос был едва слышен.

— Конечно, я люблю тебя.

Но Раф услышал ее.

— Ты не представляешь, в каком я был отчаянии, когда ты уехала из Трегеллина. Я потерял покой и сон с тех самых пор, как ты покинула меня. К тому же я считал, что вы с Кэри по-прежнему вместе.

— Мы никогда не были вместе. Ты ведь веришь мне?

— Верю, — шепнул мужчина. — Но не могли бы мы оставить объяснения на потом? Я так сильно хочу тебя, что долго не выдержу.

— Приятно слышать, — улыбнулась Джульет. — Хочешь посмотреть, где я сплю? — поддразнила она.

— Но мы же не собираемся спать? — подхватил ее шутку Раф. — Ладно, покажи мне свою спальню, а я покажу тебе кое-что другое.

Окна в спальне Джульет были открыты. Девушка подошла, чтобы закрыть их, но Раф остановил ее.

— Если кто-то захочет посмотреть на нас, пусть смотрит. Я люблю тебя, Джульет. Нам нечего скрывать.

Они медленно раздели друг друга. Раф завладел ее губами, разжигая в девушке страсть.

— Ты такая красивая, — шепнул Раф, любуясь ее роскошным телом. — Не могу поверить, что отпустил тебя, не признавшись в своих чувствах.