Прошлой ночью с герцогом - Амелия Грей

– Наполеон! – в ужасе крикнула Эсмеральда, понимая, что из-за этого кошмара ее теперь отправят восвояси, но тут ей пришло в голову, что лучший способ обороны – это нападение: – Вы сами во всем виноваты, ваша светлость!

– Я? – удивился герцог. – Но как такое возможно, мисс Свифт? Я был вместе с вами в гостиной, когда началась вся эта кутерьма.

– Вы не сказали, что в доме кот!

Воздух между ними потрескивал от напряжения, когда он стал медленно надвигаться на нее. Наполеон рычал и вырывался, пытаясь добраться до кота, но герцог держал его крепко.

– Откуда мне было знать?

– Что за вздор! – прошипела, ощетинившись, Эсмеральда.

– Вовсе нет, – совершенно спокойно возразил герцог, прижимая к себе извивавшегося пса.

Эсмеральда сознавала, что ведет себя неразумно: следовало бы прислушаться к внутреннему голосу и успокоиться и уж тем более ни в чем не обвинять герцога, – но страх оказался сильнее доводов рассудка. Она достаточно долго жила в доме виконта Мейфорта, чтобы усвоить, какая кара ждет слуг, которые портят дорогие вещи. Хозяева, как правило, очень суровы и не любят прощать.

– Как вы могли не знать? Это же ваш дом!

– Да, но я здесь не живу, – парировал герцог, вызывающе вскинув голову.

– В таком случае, может, вам следовало бы проводить здесь побольше времени, чтобы знать, что тут происходит.

– Похоже, придется, пока вы в этом доме. Если кто-то и виноват в случившемся, мисс Свифт, так это вы, поскольку уверяли меня, что собака приучена слушаться вашу сестру.

– Ни один пес не станет выполнять требования хозяина при виде незнакомого кота: искушение слишком велико.

– О, об искушениях я знаю все, мисс Свифт! – «К тому же кое-какие испытываю даже сейчас».

– Я тоже! – парировала Эсмеральда в бешенстве, оттого что утратила возможность сделать счастливее их с Джозефиной жизнь. Ей было ужасно жаль, что они так и не сумели узнать, каково это – жить в богатом доме и гулять в большом саду.

– Почему вы кричите друг на друга? – вмешалась в их перепалку Джозефина.

Эсмеральда и герцог, наконец опомнившись, оглянулись. Губы девочки тряслись, в глазах стояли слезы.

– Мы не кричим! – поспешили заверить ее спорщики.

– Это я виновата, что Наполеон сбил столик и вазу, не вы! – продолжила Джозефина.

– Никто ни в чем не виноват, – спокойно возразил герцог, продолжая крепко держать пса и не спуская глаз с мисс Свифт. – Это просто случайность.

– Возможно, нужна моя помощь, ваша светлость? – раздался от двери голос Спаркса, из-за спины которого выглядывали близняшки.

Леди Вера ахнула, обозрев рассыпанные по всему полу осколки:

– Что случилось?

– О боже! – воскликнула и леди Сара, прикрывая рот ладонями. – Как удалось этому проказнику сбежать из моей комнаты?

– Виной тому, должно быть, девочка с собакой, – заметила леди Вера. – Как раз о них и говорила тетушка Эв.

Отчаяние вытеснило страх. Эсмеральда даже не представляла, что может случиться нечто подобное, а все из-за кота. С трудом сглотнув, она открыла было рот, намереваясь сказать, что они готовы немедленно покинуть дом, но Гриффин ее опередил:

– Вера, Сара, знакомьтесь: это Джозефина, сестра мисс Свифт, и ее собака Наполеон.

Несмотря на то что девочка едва не плакала, у нее все же нашлись силы присесть перед юными леди в реверансе и поздороваться.

– Я думала, это шутка: Наполеон и Джозефина, – заметила одна из них.

– Я не шутил, Вера, – сказал Гриффин. – Они будут жить здесь до окончания сезона. Мне следовало сразу предупредить вас об этом.

– Как-то все это необычно, – покачала головой Вера. – Чтобы компаньонка привозила с собой сестру и собаку!..

– Таково мое желание! – отрезал герцог.

– Да ради бога, я не возражаю! – фыркнула Вера. – Но если разрешено привезти в Мейфэр собаку мисс Свифт, то почему мы не могли взять с собой Джаспера?

Эсмеральда заметила, как герцог недовольно сжал губы, но возможности высказаться: извиниться за себя, Джозефину, Наполеона, – а потом как можно скорее покинуть дом, пока не представилось.

– Я что, запрещал вам привозить сюда собаку? Да ты даже не спрашивала!

– Но я думала, что не разрешишь…

– Я не могу влезть к тебе в голову, чтобы узнать, о чем думаешь. Кстати… Сара, это твой кот?

– Не совсем, – смутилась юная леди, опасливо косясь на извивавшегося на руках Эсмеральды кота.

– Как это понимать? – в недоумении спросил Гриффин.

– Он вчера сидел возле двери, и я взяла его, чтобы напоить молоком, а потом решила оставить в своей комнате до утра. Должно быть, горничная его выпустила. Прости меня, Бенедикт, больше такое не повторится.

– Кот чистый и упитанный, – заметил герцог, уворачиваясь от Наполеона, норовившего его лизнуть. – Не похож на бродячего. Очевидно, у него есть хозяева и, вполне возможно, уже ищут его.

– Не сердись на нее! – вступилась за сестру Вера. – Она не знала, что в дом привезли собаку.

Герцог со вздохом оглядел компанию:

– Теперь, когда все прояснилось, я больше ни на кого не сержусь. Уверен: пес будет вести себя хорошо.

Гриффин жестом подозвал Спаркса, отдал ему собаку и приказал:

– Выведите его в сад и возьмите с собой мисс Джозефину.

Как только они вышли, герцог забрал кота у Эсмеральды и протянул сестре:

– Сара, отнеси его на крыльцо: туда, где нашла, – чтобы нашел дорогу домой. И не впускай сюда, пока здесь Наполеон. А ты, Вера, беги к тетушке, успокой ее, а то, не дай бог, от волнения покроется сыпью. Мисс Свифт, вы пока останетесь здесь.

Эсмеральда мысленно застонала, но все же кивнула. Почему она позволила себе верить, что их с Джозефиной жизнь может измениться, стать лучше, чем до встречи с герцогом? Почему согласилась попытаться? Ей вообще не следовало принимать это предложение! Зачем было давать волю надеждам?

Мысли Эсмеральды метались, эмоции выходили из-под контроля. Одно слово герцога – и мистер Фортескью не разрешит ей управлять агентством. Им придется покинуть квартиру, а больше идти некуда.

Она застыла как вкопанная, не в силах двинуться с места. Шаги в коридоре стихли. Дверь закрылась. Приготовившись услышать множество упреков, Эсмеральда опустила голову и облизала вмиг пересохшие губы. Хорошо еще, у нее не было времени распаковать сундук: не придется задерживаться.

Минуты тянулись, но ничего не происходило. Наконец она набралась храбрости посмотреть на герцога, и что же? Оказалось, что он улыбается! Ее мир перевернулся, а он улыбается?! Похоже, ему доставляет удовольствие происходящее, и он с наслаждением выставит их за дверь! Ну почему все пошло не так?!