Ранчо - Даниэла Стил

Таня проснулась с ломотой во всем теле, будто ее подверглипобоям, – сны о разводе, детях, о том, как Тони ушел от нее с вещами, измоталиее донельзя. Она встала, шатаясь как с похмелья, хотя накануне не выпила никапли спиртного, и морщилась от головной боли и ноющих суставов.

– Все это кончится новым счетом из отделенияпластической хирургии, – пообещала она своему отражению в зеркале ваннойкомнаты.

Наполнив горячей водой ванну, осторожно залезла в нее,улеглась и сразу же почувствовала себя лучше. Вечером ей предстояло петь наблаготворительном концерте, и она собиралась хорошо выступить. Днем намечаласькороткая репетиция. День вообще обещал выдаться загруженным.

Она появилась в кухне в халате, сварила кофе и взялаутреннюю газету. К ее облегчению в кои-то веки на первой странице не оказалосьматериала ни о ней, ни о ее муже, к которому скоро будет добавлятьсяопределение бывший, ни о ее работниках, прошлых и теперешних. Она опасливоперелистывала газету, словно боялась найти между страницами тарантула.Единственная статья, вызвавшая ее интерес, касалась сан-францисского врача ЗоиФиллипс.

Таня внимательно прочла статью и не удержалась от улыбки.Зоя была ее подругой по колледжу. Судя по всему, она добилась немалого успеха,возглавляя одну из крупнейших в городе клиник, оказывающих помощь больнымСПИДом, и творила чудеса, выбивая деньги и добывая необходимое буквально извоздуха. Зоя кормила бездомных, больных СПИДом, предоставляла им кров, лечила, держалапод наблюдением носителей страшной болезни. Настоящая мать Тереза изСан-Франциско. Материал так тронул Таню, что она полезла в телефонную книгу,нашла номер и позвонила. Они не говорили с Зоей уже два года, хотя продолжалипосылать друг другу рождественские поздравления. Таня знала, что она –единственная из подруг, кто еще держит Зою в поле зрения. Мэри Стюарт потерялас ней связь много лет назад. Им так и не удалось перебросить мост черезпропасть,, разверзшуюся между ними после смерти Элли. – Мэри Стюарт и слышать оней не хотела. Таня симпатизировала обеим. Трубку взяла медсестра. Онапопросила позвать доктора Филлипс. Сестра ответила, что доктор принимаетбольных, и спросила, сообщить ли ей о звонке.

– Конечно, – ответила Таня, не задумываясь.

– Могу я спросить, кто звонит?

– Таня Томас.

Возникла продолжительная пауза. Сестра приняла бы это засовпадение, если бы не способность доктора Филлипс склонять знаменитых людей кучастию в благотворительности.

– Та самая Таня Томас? – Сестра чувствовала, что вопросзвучит глупо, но поделать ничего не могла.

– Наверное. – Таня усмехнулась. – Я училась вместе сдоктором Филлипс в колледже.

Поразительно, но Зоя никогда не хвасталась таким знакомством– если ее что-то интересовало в Тане, то только былая дружба.

На сестру произвело должное впечатление сказанное Таней. Онапообещала узнать, не освободилась ли доктор Филлипс. Подождав еще немного, Таняуслышала в трубке знакомый голос – тихий, немного прокуренный. Даже по телефонубыло слышно, какая это серьезная особа.

– Тан? – спросила она тихо и неторопливо. – Это ты? Моимедсестры чуть с ума не сошли.

– Я. О тебе пишут как о чудо-враче. Ты так занята, чтодаже забыла прислать мне на последнее Рождество открытку. – Беседуя с ней, Таняснова чувствовала себя девчонкой. Как и при встрече с Мэри Стюарт, к нейвернулась молодость.

– Я вообще никого не поздравляла. Слишком много дел. Уменя появился ребенок.

Таня представила себе нежную улыбку, с которой Зояпроизносит эти слова.

– Что?! Ты вышла замуж? – Очень сомнительно: Зояникогда не стремилась к замужеству, довольствуясь карьерой, ее большепривлекало внесение собственной лепты в развитие медицины, чем замужество. – Немогу поверить! Ты присоединилась к остальным безрассудным? Что с тобой?