Счастливчик - Лидия Чарская

И не успевает Кира что-либо сказать, как мальчики подхватывают его под руки и втаскивают на лестницу, в коридор и оттуда наверх, в отделение первого класса.

— Ха-ха-ха! — заливаются мальчики, — с зимой честь имеем поздравить, с морозцем!.. Бррр! Холодно-то как, нос отморозишь! Лилипут!

Они приплясывают вокруг закутанного Счастливчика.

— Братцы! Воспитатель катит по горизонту! — испуганно заявляет Помидор Иванович, высунувшись за дверь, и, в два прыжка очутившись снова около Киры, говорит:

— Скорей, скорей! Сбрасывай эту хламиду, Счастливчик, а я стащу в швейцарскую… Не то попадет!

И он торопливо начинает раздевать Киру.

Долой башлык, пальто, фуражку…

— Ах! — Помидор Иванович вскрикивает.

— Ах! — дружно кричат все мальчики.

— Симочка! — снова вскрикивает Помидор Иванович.

— Девчонка! Вот тебе раз! — вторит ему класс.

Форма гимназиста, а голова с косичкой… Длинные пряди белокурых Симочкиных волос падают на лоб, щеки и пуговкою нос с мелкими, как бисер, веснушками. Из-под спутанных на лбу прядей смотрят бойкие синие глаза, без малейшей тени испуга.

— Вот тебе раз! — говорит растерянно Помидор Иванович, — Симочка! Как же вы сюда попали?

Тогда Симочка, захлебываясь, рассказывает все: про болезнь Али Голубина, про Счастливчика и про возложенное на нее поручение.

Едва успевает она выложить суть дела, как кто-то сильно хлопает ее по плечу.

— Ура! Ай да молодчинища девчонка, точно наш брат-мужчина! — кричит весело Янко, и глаза его загораются восторгом. — Ай да молодец! Вот это я понимаю!

— И я! И я тоже! — кричат мальчики.

— Ай, здорово же, смелая вы, Симочка! Другая ни за что не решится на такой поступок, — говорит Ваня Курнышов. — Давайте-ка вашу лапку… Я пожму ее от души, как товарищу — мужчине!

И он так крепко встряхивает тонкую Симочкину ручонку, что у той искры сыплются из глаз.

— Братцы! Петух на пороге!

— Вот так штука!

— Скандал!

— Лезьте под скамейку!

— Нет, за доску лучше!

— Ах, как жаль, что пол не лед и под него нельзя провалиться!

В классе суматоха — кольцо мальчиков окружает Симочку и закрывает ее от глаз вошедшего Пыльмина.

Петр Петрович внимательно прищуривается и смотрит удивленно через головы мальчиков, которые хотят скрыть от его глаз что-то. Но Пыльмина обмануть трудно.

— Что за базар? — строго повышает он голос. И, быстро расчистив себе дорогу, останавливается, как вкопанный, перед мальчиком с косичкой.

Мальчик с косичкой — очень благовоспитанный мальчик. При виде незнакомого человека в синем мундире, Симочка потупляет глазки и отвешивает низкий реверанс.

Ах, этот реверанс! Он погубил все дело. Если бы не этот реверанс, можно было бы, пожалуй, уверить как-нибудь классного наставника, что это маленький китаец с косичкой, который поступил недавно в соседнюю гимназию и, перепутав дорогу, попал в здешнюю, сюда. Но даже китайцы не делают реверансов, как девочки…

Дело испорчено вконец.

Классный наставник, высоко поднимает брови и говорит зловеще:

— Я сейчас иду за инспектором! Что за глупая шутка! Вы все будете наказаны!

И выходит, хлопнув дверью так, что пляшет шкаф, кафедра и столы.

— Теперь спасайтесь! — шепчет отчаянно Ваня Курнышов удивленной, но отнюдь не испуганной Симочке, — бегите вниз, что есть мочи, и духом домой!

— Духом домой! Мы вам поможем одеться! — эхом откликаются двадцать девять мальчиков, и десяток рук помогают Симочке надеть злополучное пальто, фуражку и башлык.

Мальчик с косичкой преображается снова. Теперь не только чужие, но и домашние, пожалуй, не узнают, кто там спрятан под башлыком — гимназист или девочка.

Симочка пулей вылетает из класса.

— Прощайте, прощайте! — кричат ребята.

— Молодец девочка! Отчаянная! Вся в нашу братию! — вторят другие.

— Скорее! Скорее, Симочка! — посылает девочке вдогонку Ваня Курнышов.

Но Симочка и без него знает, что надо скорее. Она мчится по коридору, по лестнице, мимо изумленных, попадающихся ей то и дело на пути гимназистов, наставников, учителей. Бомбой влетает она в швейцарскую, проскальзывает мимо онемевшего швейцара и…

Слава Богу! Она на дороге к дому!

* * *

Веселое свежее мартовское утро… Канун зарождающейся весны… Снег еще лежит на улицах, но небо синее, как огромный, чистый сапфир, блещет огненным солнцем.

В теплом салопе и капоре Симочки спешно шагает по тротуару Счастливчик. Из-под салопа выглядывают ноги в черных брюках и сапогах.

Ах, как трудно было уйти ему сегодня из дому!.. Пришлось высидеть целый час в гардеробной, пока Симочка не уехала с Ами, потом через черный ход и кухню прокрасться мимо повара и судомойки, спуститься по лестнице, в сени, а затем на улицу. Но вот наконец-то он на свободе. Счастливчик вздыхает облегченно и прибавляет шагу. Скоро, теперь скоро. Он знает адрес Али, знает дорогу. Сначала прямо, прямо, потом направо через широкую улицу, затем чрез узенький переулок…

Ах, как жалко, что в кошельке не осталось ни одной монетки! Можно было бы нанять извозчика. А то так трудно идти и к тому же надо скорей, скорей…

Счастливчик все прибавляет шагу. Вот он наконец — грязный, узкий переулок. Вот и серый, неприветливый трехэтажный дом.

Здесь сдаются дешевые квартиры и комнаты для бедного люда.

— Динь! Динь! Динь! — звонит Счастливчик у обитой клеенкой двери в верхнем этаже.

— Здесь комната госпожи Голубиной?

— Пожалуйте, маленькая барышня, здесь, — и скромно одетая служанка его впускает.

Она принимает его за девочку…

Салоп прочь! Капор тоже! У служанки глаза делаются круглыми от изумления.

Вот так превращение: девочка стала вдруг мальчиком!

Но Счастливчику нет времени объяснять суть дела.

— Что, маленький Аля Голубин здоров? — тревожно спрашивает он.

— Очень больны! — отвечает служанка,

— Очень болен! — помимо собственной воли, вторит ей Счастливчик, и что-то камнем мучительно давит ему грудь. — Можно к нему пройти? — спрашивает Счастливчик.

— Что ж, пойдите, — отвечает служанка.

Осторожно, на цыпочках идет Счастливчик за девушкой по темному коридору.

Маленькая комнатка… Убогая обстановка… Кривой диван… Покосившийся стол… Кровать в углу. На кровати Аля.