Страсть к удовольствию - Нина Роуэн

– Благодарю вас, милорд. У моего дяди таких немало… – Взгляд Клары метнулся к Маргрейву. – Добрый вечер, лорд Маргрейв.

Себастиан не понял причины ее неожиданного беспокойства, но шагнул к ней поближе – словно хотел защитить от возможных неприятностей.

– Добрый вечер, миссис Уинтер. – Маргрейв коротко кивнул. – Три недели назад я встретил вашего отца на скачках. Вы ведь недавно приезжали в Мэнли-парк, не так ли?

– Нет… не была там довольно долго, милорд. – Клара взглянула на Раштона, затем вновь посмотрела на Маргрейва. – А вы бывали в Мэнли-парке, милорд?

– Да, этим летом, – ответил Маргрейв. – Ваш отец пригласил нас с леди Маргрейв на несколько дней. Хотел показать отменного племенного жеребца, которого он приобрел совсем недавно.

– Да, я слышала об этом. – В голосе Клары прозвучало напряжение. – А Эндрю Уинтер был там, милорд?

Себастиан заметил, что Раштон слегка нахмурился, но для Маргрейва, по-видимому, подтекст вопроса оказался непонятым.

– Нет, к сожалению, я его не видел. Фэрфакс сказал, что мальчик нездоров. – Маргрейв покачал головой. – Думаю, ваш отец сейчас в Лондоне. Я собираюсь встретиться с ним, чтобы обсудить возможные вложения в строительство железной дороги. Не исключено, что он привез мальчика с собой. О, прошу прощения… я вижу лорда Кромби. Граф, увидимся в клубе, да? – Пожелав всем приятного вечера, Маргрейв скрылся в толпе.

– Что ж, миссис Уинтер, если ваш отец в городе, рад буду с ним познакомиться, – сказал Раштон.

Себастиан взял Клару за руку.

– Миссис Уинтер, я…

– Ох, простите, мистер. Мне нужно на свежий воздух. – Высвободив свою руку, Клара поспешила к дверям, ведущим в парк.

Молча взглянув на отца, Себастиан последовал за Кларой. Он догнал ее на ступенях и взял за локоть, с удивлением отметив, что сделал это правой рукой, сейчас вполне ему повиновавшейся.

Клара резко развернулась.

– Что?

Себастиан приподнял ее подбородок и посмотрел ей прямо в глаза.

– Почему вы так боитесь своего отца?

– У него мой сын. И даже если он сейчас в Лондоне, все равно не позволит мне встретиться с Эндрю. – Сдерживая рыдания, Клара прижала руку к губам и закрыла глаза. – Лорд Маргрейв сказал, что Эндрю был нездоров. Что это значит? Что с ним случилось?

Клара задрожала и обхватила плечи руками. Себастиан снял с себя сюртук и накинул на нее, защищая от холодного вечернего воздуха. «Помоги ей», – сказал он себе, и его рука тотчас скользнула к шее Клары, где сильно и часто бился пульс. Ему захотелось как-нибудь успокоить ее, но он не знал, как именно.

Увы, Клара так и не открылась ему полностью – Себастиан почувствовал это, когда она сделала ему предложение. Но тогда он убедил себя в том, что это не имело значения, поскольку предполагалось, что их брак будет основан на достижении практических целей. Но теперь ему очень хотелось, чтобы Клара доверяла ему полностью.

– Ты пыталась увидеться с Эндрю в Суррее? – спросил он.

Она отрицательно покачала головой.

– Фэрфакс запретил мне появляться в Мэнли-парке.

– Почему? – Себастиан намотал на палец прядь ее волос. – Почему твой отец старается держать тебя подальше от Эндрю?

Клара посмотрела ему в глаза. Когда же она заговорила, ее голос, холодный как зимнее стекло с оттенком черного, звучал ровно и бесстрастно.

– Потому что он считает, что я убила своего мужа.

Себастиан едва не отшатнулся, шокированный этим ее заявлением. Он пристально смотрел на нее, прекрасно понимая абсурдность и несправедливость подобного обвинения.

– Вот почему я вынуждена была уехать, – продолжала Клара. – Мы тогда с Ричардом поссорились, и я не хотела, чтобы Эндрю ехал с ними на охоту. Погода была плохая, но Ричард настаивал. Тогда и я поехала с ними, решив, что если начнется буря, то я вместе с Эндрю вернусь домой. Мы ехали уже довольно долго, когда я заметила, что Эндрю забыл свой ранец. Я поехала за ранцем, а когда вернулась, то увидела, что Ричард лежит на земле с разбитой головой. Наверное, упал с лошади. Он еще дышал, но…

По щекам Клары катились слезы. Она отвела глаза и вновь заговорила:

– Ни отца, ни Эндрю там не было. Не зная, что случилось, я начала громко звать сына. Несколько минут спустя подъехал отец. Я не знаю, что он подумал, но в тот момент он ничего не сказал, просто взвалил Ричарда на лошадь и поскакал к дому. Думаю, что он, уже добравшись до поместья, пришел к мысли, что это я каким-то образом виновата в смерти Ричарда.

– Но ведь у него не было никаких доказательств твоей вины, верно?

– Конечно, не было. Но не было и доказательств моей невиновности. – Клара провела рукой по глазам. – Когда я вернулась, то нашла Эндрю дома. Он сам отыскал дорогу обратно. Я расспрашивала сына, но он сказал, что не видел, что случилось с Ричардом. Остальное было… как в тумане. Приехал констебль. Мы организовали похороны. А через неделю, когда выяснилось, что Ричард назначил моего отца опекуном Эндрю, я вынуждена была уехать из Мэнли-парка. До сих пор отец уверен, что я виновна в смерти Ричарда.

Неприятный вопрос вертелся на языке Себастиана. Он не хотел задавать его, но все же вынужден был это сделать.

– Твой отец предъявил официальное обвинение?

– Нет, конечно. – Клара тяжело выдохнула. – Отец понимал, что не располагает никакими доказательствами, поэтому просто решил разлучить меня с сыном.

– Но почему ты не рассказала мне об этом раньше?

– Потому что боялась, что ты откажешься мне помогать. – Клара снова вздохнула. – Мне очень жаль, Себастиан… Наверное, тебе не следует жениться на мне.

Он решительно покачал головой.

– Нет-нет! Я уже согласился на твое предложение. Более того, я действительно хочу на тебе жениться.

Клара в изумлении раскрыла рот, и Себастиан тут же отметил четкую линию ее пухлых губок. Жар желания опалял его, хотя разум всячески противился этой вспышке эмоций. Ему ужасно захотелось заключить Клару в объятия и поцеловать. И конечно же, он хотел помочь ей, причем не только с Уэйкфилдом-Хаусом. Он хотел помочь ей во всем, вот только понятия не имел, в чем именно…

Глухая тоска заполнила грудь Себастиана. Ему было хорошо знакомо это чувство, и он ненавидел его сейчас так же сильно, как в тот вечер перед отставкой, когда стоял перед Ференцем Листом и остальными музыкантами Веймара.

Склонившись к левому уху Клары и зная, что она не услышит его, он прошептал:

– Я сделаю все, чтобы помочь тебе.

Это обещание Себастиан давал не ей, а самому себе. Она услышит его клятву только тогда, когда он сможет исполнить ее.

Клара с удивлением посмотрела на него, словно напоминая, что левым ухом она почти не слышала, но Себастиан молчал, и она тихо сказала: