Сердце на замке - Мелани Милберн

Джемма не планировала оставаться здесь навсегда. Но неужели ее жизнь будет более полной, если она вернется в город? Здесь она нужна людям. Она принадлежала гораздо большей семье, чем ее собственная. Приятно ощущать себя нужной и принятой, но будет ли это устраивать ее и дальше?

Марк еще не вернулся, когда прибыли первые гости. Джемма приветствовала всех, разнося еду и напитки, пока Рон, Роб и Рэй настраивали аппаратуру. После пары заминок из колонок раздалась музыка, и несколько пар вышли танцевать.

– Вижу, что три «Р» взяли все под контроль, – заметила Нейрель, когда Джемма проходила мимо нее с сырными кубиками, оливками и маринованным луком.

Джемма улыбнулась:

– Да, спасибо Господу за мужчин.

– К слову, а где твой Марк?

– Он не мой Марк, – ответила Джемма, и ее улыбка погасла.

– Дальше поцелуя дело не пошло, а?

– Я не хочу об этом говорить.

– О, вот и он. – Нейрель кивнула в сторону дверей. – Если ты не пригласишь его на танец, это сделаю я.

– Он отдавит тебе ноги, – предупредила Джемма.

– Оно того стоит, – заявила Нейрель и подняла повыше поднос с закусками.

Джемма сделала напитки для детей, которые пришли с родителями.

– Держи, Эми, – сказала она белокурой голубоглазой девочке.

– Спасибо, – скромно ответила она.

– А у нового сержанта настоящее оружие? – спросил старший брат Эми, Томас, пока Джемма наливала ему оранжад.

Джемма задумалась, как лучше ответить, как у столика возник Марк.

– О… привет. Томас и Эми, это сержант Ди Анджело. Сержант, это Томас и Эми Бентвуд.

Томас протянул руку, и после короткой паузы Марк ответил ему крепким рукопожатием.

– Приятно познакомиться, Томас. И с тобой, Эми. У тебя очень милое платье.

– Оно новое, – гордо ответила Эми. – Мамочка специально сшила его для меня.

– Вы когда-нибудь кого-нибудь убивали? – спросил Томас.

Джемма заметила, что тень промелькнула по лицу Марка, но он тут же справился с собой. Он взглянул на детей, улыбаясь, но видно было, что он напряжен.

– Иногда полицейским приходится делать то, что вовсе не хочется делать, ради того, чтобы спасти остальных.

– Когда я вырасту, я хочу стать полицейским, – ответил Томас. – Я хочу стрелять в людей. – Он сложил пальцы в виде пистолета и направил на сестру: – Пуф-пуф-пуф, ты мертва!

– Томас. – Джемма ласково положила руку на плечо восьмилетнего мальчишки. – Почему бы тебе с сестрой не подойти к столику миссис Иннс, где стоят кексы? Я видела у нее леденцы.

Дети сорвались с места, а Джемма взглянула на Марка:

– Дети…

– Да. – Он засунул руки в карманы и долгое время смотрел на танцующие пары. – Вы собрали много народу.

– Да, думаю, тут весь город. Это хорошая возможность повидаться со всеми.

– Думаю, мне стоит пригласить вас на танец.

Джемма неприветливо посмотрела на него:

– Никто за руку вас не тянет.

Его губы изогнулись в улыбке.

– Хочу удостовериться, что смогу станцевать под музыку.

– Думаю, вы справитесь. Это как кататься на велосипеде.

– Точно?

Джемма улыбнулась, когда Марк взял ее за руку и повел на площадку.

– Просто держите свои неповоротливые ноги подальше от моих, – сказала она и растаяла в его объятиях.

Джемма знала, что все смотрят на них, но почему-то сейчас это не имело никакого значения. Ей хотелось наслаждаться его объятиями как можно дольше. Ей все сложнее и сложнее было найти причины, чтобы не перевести эти отношения на новый уровень. Дело было не только в желании. Смешно, но она столько лет была вместе со Стюартом, не зная точно, любит ли его, а с Марком ей хватило нескольких дней, чтобы ее любовь к нему распустилась, словно цветок навстречу солнцу.

– Как я справляюсь? – спросил Марк, уводя ее с пути другой пары.

– Впечатляюще. Вы только один раз наступили мне на ногу.

– Значит, я не безнадежен.

– Сержант, могу ли я украсть вашу партнершу? – подойдя к ним, спросил Роб. – Извини, Джемма, один из детей упал. Я подумал, что тебе стоит его осмотреть.

– Конечно, – ответила Джемма, выскальзывая из рук Марка. – Кто, и что случилось?

– Мэтью Эйвери. Ты же знаешь, какой он сорвиголова. Он спрыгнул с бака и разбил коленку.

Джемма подошла к мальчику, который старался выглядеть очень отважным. Крови было много, но пары швов было бы достаточно. Марк отнес его в дом, и Джемма достала свою сумку.

Пришла мать Мэтью. На руках у нее сидел самый младший сынишка, а рядом стоял средний.

– Что он на этот раз натворил? – устало спросила она.

– Ничего серьезного. Я наложу пару швов, и если вы приведете его ко мне в понедельник, то я смогу проверить, все ли в порядке.

Рану вскоре обработали, и Мэтью, гордо демонстрируя всем перебинтованную коленку, направился с мамой в ангар.

– У вас когда-нибудь бывает перерыв? – спросил Марк, пока Джемма убирала бинты и вату. – Кажется, вы по первому же зову готовы прийти на помощь.

– Думаю, я уже привыкла. Сначала меня смущали неофициальные консультации, но потом я поняла, что люди приняли меня. Им удобно обращаться ко мне. Мне это нравится. Я чувствую себя нужной здесь.

– Вам стоит установить какие-то границы, – хмуро заметил Марк. – Иначе вы сгорите на работе.

– Я думала о том, чтобы взять выходной, когда Глэдис была больна. Теперь, когда мне надо заботиться о Флосси, мне стоит пересмотреть свой график.

– А куда вы собираетесь отправиться?

Джемма поправила покрывало на кровати:

– Думаю, куда-нибудь на побережье, где подают коктейли с зонтиками и тропическими фруктами.

– Я уже завидую.

– А когда был ваш последний отпуск?

– В прошлом году, целый месяц. Я съездил к сестре на Сицилию и прокатился по Европе.

– Один?

– Мне кажется, это лучший способ путешествовать. Ты делаешь что хочешь и когда хочешь. Не надо ездить туда, где тебе неинтересно.

– Вы всегда были одиноким волком, Марк?

Он сразу закрылся.

– Думаю, пора вернуться на танцплощадку, – сказал он, придерживая для нее дверь.

Джемма не сводила с него взгляда:

– Марк, расскажите, что с вами случилось?

Марк сжал губы так, что они побелели.

– Джемма, хватит. Ладно?