Зигзаги судьбы - Линда Френсис Ли

Строгий голос жены заставил его вздрогнуть. Но он все равно продолжал кружить ее в танце по кухне.

– Ну ладно, Марша, давай немного повеселимся.

Марша поджала губы, это означало, что она обиделась. На этой почве у них всегда возникали разногласия. Марша хотела, чтобы они со стороны выглядели безупречной парой, и не желала, чтобы кто-то узнал, что Джек вырос всего лишь в Бруклине.

– Тебе нравится? – Голос Грейс вернул его к реальности. Джек уставился на нее и заметил, что одно из перышек боа прилипло к ее нижней губе. Его охватило желание сорвать с Грейс это боа, поскольку картина его теперешней жизни никак не вязалась ни с воспоминаниями о родителях, ни с мыслями о Марше. Джек мысленно сказал себе, что он просто устал.

– Что нравится? Торт? – спросил Джек.

– Нет, мой новый наряд. Марк считает, что это превосходно. – Грейс замялась. – А тебе не кажется, что выглядит чересчур вызывающе?

Джек подумал – в тот момент, как он увидел Грейс в этом наряде, у него возникло желание тут же овладеть ею. Тут же вспомнилась Марша, то, как она переживала, когда вот-вот должны были прийти гости, а у нее был готов только торт. Тогда он только посмеялся над ее переживаниями и снова закружил в танце по кухне.

– Марша, да ну их всех к черту, идем лучше в спальню, а гости пускай едят торт, – прошептал он в ухо жене.

Но она оттолкнула его, бормоча сквозь рыдания:

– Прекрати думать только о сексе. Господи, у нас званый обед, приглашены двадцать человек, они будут здесь с минуты на минуту. Это мой первый званый обед, и он провалился. А ты думаешь только о себе!

Джек снова вернулся к реальности, чувствуя, что его мысли становятся все более мрачными. Грейс уставилась на него, словно на экзотическое животное в зоопарке. Она вовсе не выглядела расстроенной, ее, похоже, мало волновало то, что у нее не готов ужин. Ей просто было любопытно, о чем он задумался.

Присутствие этой женщины то и дело вызывало у него грустные воспоминания. Нет, он не собирается позволить ей нарушить свой устоявшийся, размеренный образ жизни. Вот сейчас он уйдет из этой квартиры и больше никогда не вернется!

Беренджер сделал шаг в направлении двери, но в этот момент в кухню вошли Хью и Надин.

– Значит, это и есть твоя новая соседка, – проворковала Надин.

Грейс застыла, услышав ее голос. Хью выглядел удивленным, а Надин свысока усмехнулась при виде царившего на кухне беспорядка. Элегантно одетая, с безупречной прической, Надин направилась к Грейс, но Хью опередил ее и протянул хозяйке руку.

– Великолепно выглядите, – произнес он и на французский манер поцеловал Грейс руку. – Гм, шоколадный торт, отлично, – добавил Хью.

Джек мог поклясться, что заметил тень смущения в глазах Грейс, но она моментально справилась с этим и рассмеялась, вытирая руки полотенцем.

– Приготовила по новому рецепту. Спасибо, что похвалили мою стряпню. Но скажите мне, кто вы?

– Младший и лучший из братьев Беренджер. Неудивительно, что Джек не хотел нас знакомить.

– Хью! – предупредил Джек брата.

Грейс бросила лукавый взгляд на Джека и повернулась к Хью.

– Думаю, будь его воля, ваш брат с радостью выселил бы меня из этого дома. Я не принадлежу к числу его любимых соседок. Он сказал, что это вы заставили его прийти сюда.

Хью прыснул:

– Ну, старший братец, как не стыдно. Мы перехватили его, когда он уже направлялся сюда.

Вскинув брови, Грейс повернулась к Джеку:

– Так оно и было?

– Да, именно так, – подтвердила Надин. – Но мы, наверное, отвлекаем вас...

– Грейс, не обращайте внимания на Надин, – сказал Хью, обнимая невесту. – Она слегка растерялась при виде вашей кухни, поскольку, что касается кулинарии, Надин знает только, как читать меню доставки блюд на дом и как звонить в рестораны.

Надин поджала губы, но Хью крепко обнял ее и поцеловал в щеку, стараясь загладить свою вину.

– Поскольку уж мы здесь, – продолжил Хью, обращаясь главным образом к брату, – и поскольку у нас праздничное настроение, то могу сообщить, что мы определились с датой свадьбы. Двадцать девятое мая.

Лицо Джека стало каменным.

– Эй, расслабься, – с усмешкой заявил Хью, – лучше порадуйся за нас.

Вздрогнув, Джек поймал себя на том, что он все же улыбается, хотя ему до сих пор не верилось, что его брат женится на этой недалекой женщине.

– Хью, я желаю тебе только счастья, – промолвил Джек.

– До чего же здорово! – оживилась Грейс. – Давайте откроем бутылку шампанского и произнесем тост!

– Оставим тосты для свадебной церемонии, – возразил Хью. – Джек, я хочу, чтобы ты был моим шафером.

Братья пристально посмотрели в глаза друг другу. Надин прикусила губу.

– Я счастлив, Джек, – произнес Хью тихим, мягким тоном. – Порадуйся за меня.

Джек крепко обнял младшего брата и даже поцеловал Надин в щеку. После поздравлений Хью и Надин удалились, сказав, что отправляются в ресторан. Это был намек на то, что они проголодались, а поужинать здесь им, похоже, не светило.

– Значит, это и есть твой брат.

– Да.

– Должно быть, хорошо иметь такие близкие отношения с родными.

Джек задумался.

– Вообще-то Хью трудно сходится с людьми. Он тихоня и обычно занят самим собой.

– Сегодня он совсем не выглядел тихоней. Жизнь так и бьет из него ключом, – пошутила Грейс.

– Да, я заметил. Очень не хочется признавать это, но, похоже, он действительно счастлив с Надин.

– Насколько я понимаю, она тебе не нравится.

– Не нравится.

– А ты, по-моему, нравишься ей еще меньше.

– На самом деле еще месяц назад я ей очень нравился.

– Что же случилось?

Джек пожал плечами и прислонился к стене. Он отказывался признавать за собой вину.

– Как-то мы ужинали вместе, и я, устав от ее бесконечных расспросов, – она хотела все знать о моей жизни и финансовом положении, – сказал что-то насчет ее туфель.

– Что именно ты сказал? Ох, какие у тебя красивые туфли? Похвалил ее безупречный вкус?

– Что-то вроде того. Я предположил, что она купила их у проститутки из стрип-бара.

После нескольких секунд изумления Грейс от души расхохоталась.

– Не могу себе представить, чтобы ты ляпнул такое, – сказала она, когда удалось перевести дыхание.

– Я и сам не мог. Вырвалось само собой.

– Ты совершил большую ошибку.

– А Хью мои слова позабавили.