Трефовый валет - Барбара Мецгер

Рашель вышла, хлопнув дверью. Харриет запрыгала.

– Так, значит, ваш дедушка на самом деле маркиз? Мой был всего только виконтом.

– Да, но лорд Монтфорд так и не признал брака моих родителей. Конечно, не нужно сообщать об этом мисс Пуатье.

– Все равно вы расстроили ее замыслы! Как хорошо, мисс Силвер! Спорю на сто фунтов, что мы никогда больше ее не увидим.

Элли не была в этом уверена, равно как и в том, что это имеет значение. Если не будет Рашель, капитан обзаведется другой женщиной, которая займет ее место и будет согревать ему постель.

Элли посмотрела на Джека, желая проверить, не сердится ли он, что она послала его любовницу куда следует, и сказала:

– Прошу прощения, я превысила свои полномочия. Вероятно, мне не следовало сообщать, что я знаю ее настоящее имя.

– Нет, вас вывели из себя, – пожал плечами Джек. – Это я должен принести извинения, ведь я обещал, что с вами не будут разговаривать никакие… э-э-э… райские птички. Нет, нет, постреленок, я не стану описывать тебе этих редких птиц. И по-моему, тебе полагается давно уже быть в постели.

Чтобы отвлечь его внимание от этого вопроса, Харриет налила себе лимонада.

А все еще кипевший капитан налил себе стакан вина. Потом снова принялся ругаться, но на этот раз по-французски, по-испански и по-португальски, поскольку находился в присутствии леди.

– Уж эти мне леди, – услышала Элли его бормотание, причем слово «леди» он произнес как ругательное.

– Вы рассердились. Очень жаль, однако вы должны понять, насколько невозможна подобная ситуация. Я не могла допустить, чтобы она приняла меня за… за такую же, как она.

– Никому и в голову не пришло бы подумать, что вы принадлежите к морально неустойчивому сообществу, – бросил он, отчего Элли почувствовала себя совсем неинтересной старой девой. – Но разве нужно было сообщать о своей родословной? Ее имя меня не тревожит. А вот ваше – очень даже.

– А, понимаю, что вас так взволновало. Бедная гувернантка ничего не значит; внучка маркиза – иное дело. Вы не только поняли, что я – порядочная женщина, вы испугались. Поскольку я из хорошей семьи, я вправе надеяться, что вы поступите как порядочный человек и пожелаете восстановить мою репутацию.

– Боже правый! Вы хотите сказать, что я должен на вас жениться?

– Ведь это вы поставили меня в такое неприемлемое положение, не так ли?

Стакан выскользнул из пальцев Джека и упал на пол. Харриет засмеялась.

– А ведь и правда, мы можем стать настоящей семьей!

– Нет, не можем, – твердо заявила Элли. – Потому что никакого брака не будет. А вам не стоит впадать в панику, капитан. Я не собираюсь предъявлять такие требования к вашей особе. Равно как никто из родственников моей матери не станет раздувать огонь и являться к вам с особым разрешением на брак или с пистолетом. Мой дед не признает меня, хотя честная женщина может потребовать от мужчины, чтобы он защитил ее честь.

Джек подобрал с пола осколки, чтобы Харриет или собака не поранились, затем выпрямился и сказал:

– Я никогда не посягал на вашу честь.

– Да, только на мое доброе имя и на мои средства к жизни. Но не бойтесь, вам ничего не грозит.

– Вы уверены? Я имею в виду, уверены ли вы, что не хотите выйти за меня замуж?

– Что? За картежника? За человека, у которого сотни женщин? За джентльмена, который повернулся спиной к своему достоинству и стал наживаться на чужих неудачах и впустую растраченном времени? Нет, сэр. Я не желаю выходить замуж за того, кого не могу уважать, даже если бы меня стало избегать все общество, а не только высшие классы, которые отвергли меня и мою мать много лет назад. Мой отец зарабатывал на жизнь своим трудом и происходил из нетитулованной семьи, поэтому его сочли неподходящим мужем для моей матери. Я выйду замуж только за такого же порядочного человека, каким был мой отец.

– Даже если вам придется ждать замужества всю жизнь? Или вы предпочитаете оставаться незамужней?

– Гораздо лучше остаться одинокой, чем быть прикованной к человеку, которым я не могу восхищаться, То немногое, что у меня есть, будет принадлежать ему. Любой выбор, который я буду делать, будет его выбором. Моя жизнь, душа и тело будут принадлежать ему. Так что благодарю вас, сэр, за предложение, которое вы не хотели сделать, и за то, что вы его не сделали.

Мисс Силвер не желает выходить за него? Почему-то Джеку от этого не стало легче. Почему – он подумает об этом позже. Теперь же он все еще был огорчен, что Элли была так откровенна в присутствии Рашели.

– Почему вас это расстроило? Да, я назвала свое имя, но ведь вы не боитесь, что я могу заявить, будто бы меня скомпрометировали? Или вы огорчены, поскольку наконец-то поняли, что вам придется поместить Харриет в другую обстановку. Думаю, теперь вы поняли, что «Красное и черное» ей решительно не подходит? Она не может расти среди ваших… э-э-э… подруг, если ей суждено самой вступить в достойный брак.

– Я тоже не хочу замуж, – вставила Харриет. – И не хочу, чтобы какой-нибудь мужчина забирал себе мои деньги. Вы все ещё должны мне десять фунтов, дядя Джек.

– До твоей свадьбы еще лет десять, и мы будем думать о ней ближе к делу. – Джек нашел чистый стакан и снова налил себе вина, но Элли от вина отказалась. – Нелл разберется, как все уладить, – сказал он ей, – несмотря на все неправильности в воспитании Харриет. Что же касается вашего пребывания здесь, меня оно не огорчает и не раздражает. Я не имею никакого отношения ни к вашим обстоятельствам, ни к вашему достойному происхождению, ни к вашей почтенной репутации. Я даже не оскорблен, что вы считаете меня настолько неприемлемым, что предпочли бы увянуть старой девой, чем принять мою руку. Нет, меня беспокоит то, что после того как вы долго бубнили о вашем добром имени, вы взяли и сообщили его Рашели Пуатье.

– Но она не может быть знакома с моими потенциальными работодателями. И я не рассчитываю на то, что она даст мне рекомендацию.

– Ее квартира расположена над редакциями самых известных скандальных газетенок в Лондоне. Этого вы, полагаю, тоже не взяли в расчет.