За твоей улыбкой - Тата Кит

Я потянулась к тумбочке и, посмотрев на часы, поняла, что у меня уже началась пара. Она уже не просто началась, а через десять минут закончится.

- Небольшая мамина шалость, - почти невинным голосом произнесла мама и поправила цветастый платок на голове. Видя моё замешательство, она показательно вздохнула и не поленилась даже закатить глаза. – Ну, помнишь, как когда ты училась в школе, я устраивала тебе незапланированный выходной раз в две недели? Считай, что я ненадолго вернула твою любимую традицию. Или… ой! Это же уже не школа, а университет. У тебя там, наверное, что-то важное сегодня? Зачет? Экзамен? – мама явно начала паниковать. Всё шаловливое настроение моментально улетучилось из её глаз.

- Просто лекции, мам.

Будь там даже пара, от которой зависит мое пребывание в университете, ради мамы я бы и её прогуляла.

- Ну, тогда подъём, Марьяна Семёновна. У меня там уже вафли готовы. С тебя на обед пицца.

Подмигнув мне, мама вышла из комнаты, напевая что-то себе под нос.

Только убедившись в том, что она не подглядывает и не подслушивает, я вновь взяла телефон и набрала Асе смс.

Подруга, кстати, тоже уже отправила мне несколько смс:

«Где ты?» и «У тебя всё нормально? Мне приехать?»

Я: «Всё хорошо. Мама решила устроить мне прогульный день. Прикрой меня, пожалуйста, если будет нужно»

Ася: «Прогульный день? Как в школе? Я вспомнила о своей старой мечте. И теперь все пары буду неистово мечтать, чтобы меня удочерила мама Катя»

Я: «Пиши, если что. Постараюсь быть на связи»

Ася: «Ок)»

Я кинула телефон на подушку, надеясь на то, что он мне ещё долго не пригодится. Посмотрела на свой внешний вид и решила, что проведу этот день в пижаме. Если это прогульный день, то он должен быть самым комфортным. И сытым.

Поэтому я пошла на кухню, где мама уже разливала по кружкам чай. На столе стояло блюдо с мягкими вафлями, аромат от которых разносился, наверное, по всему дому.

- Садись-садись, - мама указала взглядом на стул и поставила для меня кружку с чаем. Напротив – поставила кружку для себя. – Варенье или сгущёнка?

- Всё. И можно с мёдом, - выдохнула я и отпила немного чая.

Мама вынула из холодильника всё самое сладкое к вафлям, положила для нас чайные ложечки и села напротив.

Взяв вафлю и намазывая на нее варенье, я иногда поглядывала на маму и пыталась понять, откуда в ней сегодня столько бодрости. Руки её дрожат, но сегодня это не так бросается в глаза, как обычно.

- Что-то не так? Ты странно на меня смотришь? – мама чуть сощурила глаза, будто в них был встроен сканер, которым она меня сейчас увидит насквозь.

- Пытаюсь понять, в кого ты влюбилась. Цветешь и пахнешь сегодня, мам. Мне нравится, - я ободряюще ей улыбнулась, а на сердце стало тепло, когда мама смущенно опустила взгляд и поправила платок на голове. – Я знаю в кого ты втюрилась! Да-да!

- Марьяш, не выдумывай, - отмахнулась от меня мама, откусив уголок вафли. – Старая я уже, чтобы влюбляться.

- И ничего ты не старая. Видела, какими глазами тебя всегда провожает продавец из хозяйственного магазина на нашей улицы? Зуб даю, он втюрился в тебя!

- Марья! – мама нарочито возмущенно выпучила глаза, а у самой порозовели скулы, и заблестели и забегали глаза. – Он же ещё совсем молодой! Ему же не больше тридцати.

- Ну, и что? Говорить и считать умеет. Почти готовый жених, считай.

Мама мягко пнула меня под столом, а затем, посмотрев друг другу в глаза, мы рассмеялись.

- Как ляпнешь что-нибудь, - нарочито возмутилась мама, поедая вафли. – Хоть стой, хоть падай.

- Чем займёмся сегодня? Сходим в хозяйственный за порошком? – поиграла я бровями.

- Да ну тебя!

- А что? Давай проверим. Ты ему точно нравишься.

- И моющее для посуды заканчивается, - протянула мама задумчиво с очень хитрой полуулыбкой.

- Ну, всё. Значит, договорились? Завтракаем и идём глазеть на тридцатилетнего красавчика?

- Идём за порошком и моющим.

- Я так и сказала, - захлопала я невинно ресничками.

После завтрака мы с мамой убрались на кухне, помыли посуду, ещё раз деланно повздыхав о том, что у нас закончилось моющее. Особенно быстро оно закончилось после того, как я лила его на губку, не жалея.

Чтобы пойти в магазин, я не стала снимать пижаму. Как была, так и пошла. Только куртку, ботинки, шарф и шапку надела. А вот мама решила сегодня покрасоваться (с моей подачи, разумеется). Она надела прошлогоднее пальто, которое теперь было ей чуть велико. Но мы его подпоясали моим ремнем в стиле рок, в заклепках. А прямо на платок мама надела черную шапку, которую связала для меня, но мне она оказалась немного мала. Зато отлично подходила к маминому образу эдакой мисс гранж. Даже капюшон красной толстовки, торчащий из-под черного пальто, отлично вписался в образ.

- Я точно на пугало не похожа? – мама скептически смотрела на свое отражение.

- Точно, мам. Роль пугало выполняю я. Помаду?

- Красную?! – в самом настоящем страхе округлились её глаза. - Марьяш, ну мы же не проститутничать средь бела дня идем, а за порошком.

- Хозяйка на кухне, проститутка в… в магазине. Давай, мам. Красиво будет. Накрасишься, если не понравится, сразу сотрёшь.

Мама нехотя взяла у меня красную матовую помаду и чуть дрожащей рукой накрасила губы. Построила своему отражению глазки, вытянула губы уточкой и вынесла вердикт:

- Ладно. В этом что-то есть. Пусть будет.

Мы вышли из дома. Мой взгляд неосознанно скользнул по тому месту, где Максим обычно парковался, привозя меня к дому.

Прошло около одиннадцати дней с того момента, как он всё узнал о моей маме, и начал смотреть на меня, как на бездомную побитую собаку.

Я перестала с ним общаться. Начала избегать и предпочла делать вид, что вообще его не знаю, лишь бы не видеть то, что начала видеть в его глазах.

Он не стал настаивать на нашем