Бывшие. Только попробуй - Дина Лазарева

Во рту собирается горечь, я так ярко это все себе нарисовала, что как будто увидела своими глазами, и мне больно и обидно видеть, что он любит другую, что они счастливы.

В одну реку не войдешь дважды, решаю я, бывший останется бывшим навсегда. Пора строить новую жизнь и новые отношения. Вот и Макс для этого отлично подходит. А то, что чувств никаких нет, так может оно и к лучшему? Вот к Саше у меня есть чувства, только ему на них наплевать, растоптал и не заметил.

Мысленно возвращаюсь к последнему сообщению, видимо, писал его, когда Катя рядом была, больше никаких Кисунь, все в деловом тоне. Интересно, через две недели вернется с ней или ее оставит в Москве? Удобно же: она там, а тут можно заводить новые интрижки.

Мне противно даже думать об этом. Зачем откладывать решение, когда оно на поверхности? Беру в руки телефон и пишу сообщение сначала Максу:

«Спасибо за сегодня, ты меня очень выручил.»

И следом Саше:

«Не надо мне писать и звонить, все кончено.»

Глава 33

Саша

Выходные прошли чудесно, проснулись в понедельник (как и воскресенье, и в субботу) в одной постели. Ощущение от этого было правильное, весь этот мир принадлежит мне, и эта женщина — тоже моя. А если это все — мое, то, выходит, я и есть король мира.

Именно с таким чувством и проснулся, покормил Кисуню завтраком, облапал на прощанье и отбыл в офис. Где меня ждал неприятный сюрприз. В головном офисе налоговая начала проверку, мне надо было срочно лететь в Москву. Расстроился, только отношения начали налаживаться с Кисуней, а я должен улететь. А если не дождется? В прошлый же не дождалась. Одергиваю себя, что ее оговорили. Только все равно мысль не покидает — вдруг не дождется?

Но это было только начало. Часам к двенадцати прибыла Катя. Где вообще мой мозг был, когда я с ней два месяца прожил — вопрос сложный. Вероятно, не было мозга. Вообще не помню, как она появилась в моей жизни. Последние недели казалось, что она как-то пришла и осталась, а я столько работал, что и не понял, что она живет в моей квартире. Обнаружил этот факт за месяц перед отъездом на подписание контракта на строительство микрорайона. Обнаружил и сразу решил исправить. Ничего общего с ней не связывало. Эвелине сказал накануне, чтоб в ювелирном купила ей сережки какие-нибудь.

̶ Катя, у меня много работы, спасибо за уделенное мне время. Вот тут сережки, — протянул ей бархатную коробочку. — Уверен, они помогут тебе быстро забыть меня. Я сегодня улетаю в командировку на три дня, когда вернусь, этой коробочки тут не должно быть. И тебя тоже. Все, давай!

И укатил в командировку, прилетел — коробочки с сережками и Кати в моей квартире не было.

Я уже и забыл про нее. И вот пожалуйста — нарисовалась, не сотрешь. Стоит, ресницами своими хлопает как опахалами, губы еще больше стали, грудь, кажется, тоже. А если она лопнет как шарик однажды? Мои важные мысли прерывает ее голос:

̶ Саша, я соскучилась, решила прилететь. Я все понимаю, тебе надо было отдохнуть, ты уже отдохнул от меня, и я снова тут. Дай мне ключи от квартиры, я поеду домой и буду тебя ждать с работы.

Она призывно выгибается, поигрывает бровями. Наверно, в ее мыслях я сейчас должен пустить слюни. Чеканю:

̶ Катя, ты не поняла. Я же еще весной сказал, мы расстаемся. Это окончательное решение, ты забыла, что я сказал?

̶ Но мне негде жить, — ̶ вываливает она супер-аргумент.

̶ Домой езжай, причем тут я? — искренне удивляюсь наглости.

̶ Как домой? — Она возмущена. — Я к Москве привыкла. Ты со мной жил, я собиралась за тебя замуж, а сейчас решил уйти.

̶ Ау, ты себя слышишь вообще? Катя! Мы расстались больше трех месяцев назад. Мне без разницы, куда ты там собиралась и когда. Давай уже, иди поешь в кафе, купи обратные билеты и вперед.

Вызываю Эвелину, говорю, чтоб показала ей, где кафе и помогла билеты купить, и погружаюсь в работу. Когда выныриваю на минуту из бумаг, вижу, что Надя мне писала час назад и звала пообедать. Отвечаю, что не успеваю.

Снова ухожу с головой в графики и цифры, подписание бумаг. В документах не хватает контракта, который юристы наши готовили, по идее его сегодня Надя должна мне отдать. Набираю ее телефон, не берет трубку. Странно. Может на беззвучке стоит, и она не слышит, погрузившись в работу? Набираю еще несколько раз, ответа нет. Пишу в мессенджере. Когда она не откликается и спустя полчаса, еще набираю ее раз десять, потом снова пишу. Ответа по-прежнему нет.

Иду к ней в кабинет, телефон она потеряла что ли? Однако, в кабинете ее нет. Зато нахожу ее коллегу Наталью, которая изумляется сначала моему визиту так, как будто привидение увидела, потом также изумляется факту отсутствия начальницы на рабочем месте. И брякает:

̶ А я думала, она у вас.

̶ Нет, и я понятия не имею где она, потому что на звонки она не отвечает. — Начинаю заводиться, все это мне очень не нравится. — Вы не могли бы уточнить, где она?

̶ Хорошо, ̶ и послушно берет телефон.

Судя по всему, игнорят тут не только меня, потому что на звонок коллеги Надя тоже не отвечает. Наталья убирает телефон от уха и удивленно смотрит на экран, идет ли звонок. Идет. Я тоже проверял. В голову лезут идиотские мысли, что ее выкрали. Отбрасываю их, мы же не в кино.

Пишу ей еще десяток сообщений, и продолжаю набирать. Через час в дверях моего кабинета появляется Наталья и сообщает, что ее начальство и моя подчиненная «неважно себя чувствует и сегодня не придет», но работа будет вся сделана, я могу не переживать.

Ладно, Кисунь, ответишь мне за это. Спать ты что ли там легла, ну могла бы и написать. Я ж понимаю, ты не выспалась, и помню отчего. Воспоминания о ночи согревают.

Целых две недели не увидимся, зато потом оторвемся. Решаю, что билеты куплю в Сочи, завалимся в гостиницу, и не будем вылезать из постели. Замелькавшие картинки, что я с ней сделаю, очень сильно мешают работать. Но смотреть их так приятно, что я забиваю на работу, и начинаю