Любовь двухлетней выдержки - Бренда Джексон

Заслуга Элли отнюдь не только в том, как она заботилась об Эрике. И даже не только в том, что она воспитывала свою сестру. И даже не только в том, как она обращалась с ним.

Когда она переехала на ранчо, он пережил счастливейшие минуты своей жизни. И внезапно он понял, отчего это так.

Он любит ее.

Нет смысла отрицать. Он должен быть честным с самим собой и признать, что полюбил Элли, возможно, в ту самую пору, когда она полюбила его. И он хочет и дальше видеть ее любовь.

Его больше не смущало, что Эрика видит в нем отца. Когда она подрастет, они с Элли расскажут ей о ее настоящих родителях. Мэтт где-то там на небесах может быть спокоен: Марк подарит малышке свою любовь и не обречет на несчастное детство.

Марк поднялся. Он уже знал, что делать. Он должен убедить Элли в том, что любит ее и хочет, чтобы она осталась частью его жизни.

Элли поклялась себе, что не станет плакать, и все-таки тщетно вытирала глаза. Нет ничего страшного в том, чтобы уехать из Ройала. Остин – большой город, где перед ней откроется немало возможностей. У нее появятся новые друзья, а может быть, даже и человек, которого она сумеет полюбить...

Но ее сердце всегда будет принадлежать Марку.

Услышав стук в дверь спальни, она приподнялась на кровати. И не отозвалась, зная, что стучать мог только Марк. Между ними все сказано. Но стук продолжался, и ей захотелось узнать, чего он хочет. Безусловно, не ее.

Она встала и открыла дверь.

– Я выслушал все, что ты мне говорила. Теперь прошу тебя выслушать то, что должен сказать я, – заявил он прямо с порога.

Элли упорно смотрела в пол, не желая, чтобы он заметил ее покрасневшие, опухшие глаза. Она очень долго собиралась с духом и наконец взглянула ему в лицо.

– Марк, не трать слов зря. Ведь ты хочешь сказать то же самое?

– Пожалуйста, Элли, выслушай меня!

Вместо ответа она посторонилась, пропуская Марка в комнату. Он подошел к окну и долго смотрел наружу, потом взглянул на Элли.

– Я хочу рассказать тебе случай, воспоминание о котором очень дорого мне. Как-то мама повела нас с Мэттом на прогулку. По-моему, это было в тот день, когда врач сказал ей, что жить ей осталось недолго. – Он опять посмотрел в окно. – И она стала рассказывать нам то, что рассказывала уже много раз, – как наши дед и бабушка нашли месторождение нефти, которое сделало нас богатыми. И еще она сказала, что мечтает о том, чтобы это наследство перешло к нашим детям. После ее смерти, когда меня воспитывал отец, который не видел смысла в проявлениях любви, я решил, что никогда не женюсь и не буду иметь детей. – Он прошел к платяному шкафу. – Когда я служил во флоте, один друг познакомил меня с Патрисией. Детство ее было таким же тяжелым, как и мое, она не знала любви. По состоянию здоровья она была обречена оставаться бесплодной. Наш брак был скорее содружеством, чем настоящим браком. Ни она, ни я не умели выражать свои чувства, и нас это устраивало. Потом Патрисии не стало... – На мгновение Марк опустил глаза. – Но мне предстояло жить дальше, и все было хорошо, пока не пришлось взять Эрику. Я хотел отдать ей большую часть себя, но считал, что не смогу. И в то же время не мог допустить, чтобы ее детство было таким же безрадостным, как у нас с Мэттом. Только когда ты переехала сюда, я увидел, насколько отдалил ребенка от себя, пусть даже и не собирался этого делать. – Он встал прямо перед Элли. – Я никогда не был полностью счастлив до тех пор, пока ты не стала жить с нами. Думал, что проведу остаток жизни без любви, но оказалось, что это для меня невозможно. Когда я узнал, что ты можешь уехать из Ройала, я словно пришел в себя. Я люблю тебя, Элли. Я люблю и Эрику, и тебя. И не вынесу, если ты уедешь. Оставайся, выходи за меня замуж, и пусть этот дом будет нашим домом. Я хочу, чтобы мы трое стали семьей. Когда-то я сказал тебе, что ты нужна мне, но еще не понимал, насколько. Теперь знаю. Если ты согласишься, чтобы я был твоим, я никогда не дам тебе повода снова подумать об отъезде.

Губы Элли дрогнули. Она проглотила застрявший у нее в горле комок. После признания Марка она уже не могла говорить.

– Я буду добр к тебе и к нашей дочери. Обещаю.

Элли смахнула слезу.

– Нашей дочери?

– Да. Я хочу, чтобы мы удочерили Эрику. А когда она подрастет, мы расскажем ей про Мэтта и Кэндис. Я думаю, что они хотели бы, чтобы ее судьба сложилась бы именно так.

– А как же другие дети? Я хочу, чтобы они появились, а ты – нет.

– Теперь хочу, – мягко и серьезно произнес Марк. – Элли, я хочу, чтобы у нас с тобой были дети. Столько, сколько захочешь. Я хочу быть им отцом, добрым и любящим отцом. Теперь я не стану бояться показывать им, как их люблю.

Элли зажмурила глаза, чтобы из них ручьем не хлынули слезы. Итак, ее мечты сбылись.

– Я люблю тебя, Элли. Ты станешь моей женой? Будешь показывать мне, что такое чистейшая любовь? – Марк с надеждой смотрел на нее.

Элли взглянула Марку в глаза. Любовь – вот что они выражали.

– Да, – ответила она, всхлипывая. – Я тоже тебя люблю и тоже хочу, чтобы мы с тобой и с Эрикой стали семьей.

Марк обнял Элли и крепко прижал к себе.

– Я люблю тебя, Элли, – сказал он в который уже раз. – У нас все получится. Мы станем семьей.

Элли улыбнулась ему.

Он почувствовал на губах вкус ее слез. В свой поцелуй Марк вложил всю силу своего чувства, чтобы она ощутила, как его любовь пульсирует в его крови. Потом он взял Элли на руки и уложил на кровать. Не говоря ни слова, они раздели друг друга. Перед Марком лежала самая прекрасная женщина в мире.

– Люби меня, Марк.

Она продолжала произносить его имя, а он любил ее, желая слиться с любимой. И его желание сбылось.

Марк откатился от Элли и лег на спину, стараясь восстановить дыхание.

– Я люблю тебя.

Элли посмотрела на Марка. Ее дыхание было таким же прерывистым, как и его.

– Я тоже тебя люблю.

– И я хочу, чтобы наша свадьба состоялась в эти выходные. Это можно будет устроить? – с надеждой спросил он. – Тебе ведь надо пригласить сестру?

Элли засмеялась.

– Я позвоню Каре, хотя она в любом случае приедет за своей машиной. Так что все будет нормально.

– Когда Эрика проснется, мы съездим в ювелирный магазин, и ты выберешь себе кольцо.

Элли улыбнулась.

– Это здорово.

– Па-па, – послышался из монитора голос проснувшейся Эрики.

Элли опять улыбнулась, на этот раз застенчиво.

– Она наверняка проснулась от моих криков.

– Или от скрипа кровати.

– Марк!